Прикосновение горца (полная версия)

ВЫСОКОГОРЬЕ ШОТЛАНДИИ

ЗАМОК БРОУДИ - 1308 год

АДАМ БЛЭК МАТЕРИАЛИЗОВАЛСЯ В ГЛАВНОМ ЗАЛЕ.

Он тихо наблюдал за высоким воином, расхаживающим перед камином.

Цирцен Броуди, лэрд и глава клана Броуди, источал магнетизм человека, родившегося не просто, чтобы существовать, а чтобы завоевать мир. ‘Мощь никогда ещё не была столь соблазнительной, - подумал Адам.
– Может, кроме моей'.

Объект его изучения отвернулся от огня, нисколько не смущенный молчаливым присутствием Адама.

– Что тебе надо?
– спросил Цирцен.

Его тон не удивил Адама. Он давно усвоил, что именно от этого лэрда-горца любезности не дождешься. Адам Блэк, обожающий плести интриги шут при дворе Королевы Эльфов, лишь раздражал Цирцена, терпевшего его как помеху. Подтолкнув стул ближе к огню, Адам уселся на него задом наперёд, положив руки на спинку.

– Может, поприветствуешь меня после месяцев разлуки?

– Ты знаешь, я ненавижу, когда ты являешься без предупреждения. А что по поводу твоего отсутствия, так я наслаждался своей судьбой.

Цирцен повернулся к огню.

– Да ты бы соскучился по мне, уйди я надолго, - заверил его Адам, изучая профиль лэрда.

‘Грешно, что он выглядит, как могущественное чудовище и вдобавок ведет себя с такими же манерами', - подумал Адам. Если Цирцен Броуди собирался быть похожим на дикого воина пиктов, то, о Дагда, он, Адам, будет вести себя соответствующе.

– Также соскучился бы, как по дырке в моём щите, свинье-бородавочнику в моей кровати или пожару в моих конюшнях, - парировал Цирцен.
– Развернись на стуле и сядь, как приличный человек.

– Ах, но я не приличный и не человек, так что не жди, что буду соответствовать твоим требованиям. Я содрогаюсь, думая, как бы ты обошёлся без всех своих правил ‘нормального' существования, Цирцен.

Когда Цирцен напрягся, Адам усмехнулся и протянул изящную руку девице, замешкавшейся в тени у стены Главного зала. Он тряхнул головой, отбрасывая шелковистые, чёрные волосы за плечи.
– Подойди.

Девица приблизилась, её пристальный взгляд метался между Цирценом и Адамом, словно сомневаясь, кто из мужчин представлял большую угрозу. Или - кто соблазнительнее.

– Чем могу служить милордам?
– спросила она, затаив дыхание.

– Нет, Гиллендрия, - отпустил её Цирцен.
– Иди в постель. Уже далеко за полночь, - он бросил мрачный взгляд на Адама, - и у моего гостя нет никаких потребностей, которые я хотел бы видеть удовлетворёнными.

– Да, Гиллендрия,- промурлыкал Адам.
– Есть много способов, которыми ты можешь послужить мне этой ночью. Я с удовольствием обучу тебя им всем. Иди к себе, пока мужчины разговаривают. Я присоединюсь к тебе позже.

Глаза молодой девицы расширились, когда она поспешила выполнить приказание.

– Оставь моих девушек в покое, - приказал Цирцен.

– От меня они не забеременеют, - Адам ухмыльнулся самым наглым образом.

– Меня это не касается, помимо факта, что они становятся безмозглыми, после того, как ты закончишь с ними.

– Безмозглыми? А кто потерял голову сегодня вечером?

Цирцен напрягся, но ничего не сказал.

– Где Святыни, Цирцен?
– озорной блеск загорелся в равнодушных глазах Адама.

Цирцен повернулся к эльфу спиной.

– Ты охраняешь их для нас, не так ли?
– спросил Адам.
– Не говори мне, что ты потерял их, - бросил он упрек, когда Цирцен отказался отвечать.

Цирцен снова повернулся к нему лицом. Ноги расставлены, голова вскинута, руки скрещены на груди - обычная поза, выражающая скрытую ярость.

– Зачем ты впустую тратишь моё время, задавая вопросы, когда уже знаешь ответы?

Адам слегка пожал плечами.

– И у стен есть уши.

– Никто не подслушивает в моём замке.

– Я забыл, - промурлыкал Адам, - никто не ведёт плохо себя в замке Броуди. Замок Броуди - самый безупречный, самый дисциплинированный. Ты скучен, Цирцен. Эдакий образец сдержанности, которым ты прикидываешься, пустая трата прекрасного воспитания, которое ты получил.

– Давай закончим этот разговор, не против?

Адам обхватил руками спинку стула.

– Хорошо. Что случилось сегодня вечером? Тамплиеры должны были встретить вас в Беллихоке. Они должны были вручить Святыни на твоё попечение. Я слышал, что они попали в засаду.

– Ты правильно услышал, - спокойно ответил Цирцен.

– Ты понимаешь насколько важно, чтобы тамплиеры получили убежище в Шотландии? Особенно сейчас, когда они распущены?

– Конечно, понимаю, - прорычал Цирцен.

– И крайне необходимо, чтобы Святыни не попали в чужие руки?

Цирцен отмахнулся от вопроса Адама нетерпеливым жестом.

– Четыре Святыни в безопасности. Как только мы поняли, что тамплиеров собираются взять в осаду, Копьё, Котёл, Меч и Камень, срочно отправили обратно в Шотландию, несмотря на продолжающуюся войну. Лучше пусть они покоятся в раздираемой междоусобицей стране, чем путешествуют с преследуемыми тамплиерами, чей Орден раскололся на части. Святыни в безопасности…

– За исключением фляги, Цирцен, - напомнил Адам.
– Что с ней? Где она?

– Фляга не святыня, - уклончиво сказал Цирцен.

– Я знаю это, - сухо сказал Адам.- Но фляга - сакральная реликвия моего народа и мы все можем оказаться в опасности, стоит ей попасть в чужие руки. Я повторяю: где фляга?

Цирцен погрузил руку в волосы, убирая их назад с лица. Адам был поражен чувственной величественностью этого мужчины. Шелковистые, чёрные волосы, зажатые между изящными пальцами, открыли лицо, состоявшее из резких линий, мощной челюсти и тёмных бровей. У него была смуглая кожа, пронзительные глаза и смелый властный характер предков Броуди.

– Не знаю, - наконец отозвался Цирцен.

– Не знаешь?
– передразнил его просторечный выговор Адам, зная, что подобное признание, должно быть, вызвало привкус горечи на языке Цирцена Броуди. Ничто никогда не ускользало из-под контроля лэрда Броуди. Правила и ещё раз правила руководили всем и всеми в мире Цирцена.

– Фляга, содержащая священный эликсир, созданный моим народом, исчезает из твоих рук, а ты, не знаешь, где она?

– Ситуация не настолько катастрофична, Адам. Она потеряна не навсегда. Думай о ней, как о … временно перемещённой и скоро она вернётся назад.