Чтение онлайн

Я сглатываю. Официант много раз кликает по экрану телефона, забивая заказ, а потом поднимает голову, ожидая принять его у меня.

– Мне просто воды, - говорю хрипло.

Жесть! Она назаказывала самого дорогого! Я не настолько богат, а в этом месяце еще и практически на мели. Надо срочно писать Тошику, чтобы скинул мне денег, хорошо, что он не так сильно на меня злится. Смотрю вправо и вижу за столом двух симпатичных девчонок, у них по салату и напитку, я думал девчонки так и едят. Но моя королева решила гульнуть на широкую ногу. Чумакова замечает, что я куда- то долго и задумчиво смотрю и поворачивает голову, потом возвращает ее ко мне и тяжело вздыхает.

– Гарсон!
– вопит на весь ресторан и щелкает пальцами в воздухе, подзывая официанта, который еще не успел уйти, - А еще можно бутылку вашего самого дорогого вина вон за тот столик. Джентельмен хочет угостить девушек!

Она коварно мне улыбается, а я думаю, что когда она говорит «самого дорогого», она даже приблизительно не понимает насколько.

– Ничего я не хочу!
– пищу испуганно, - Вино отмените!

Официант смотрит на меня с пониманием. Спасибо за поддержку, чувак! Тебе все это еще выносить, а потом убирать… Надо держаться вместе…

– Что-то, Гофман, ты загрустил, - Чумакова откидывается на кресло и растягивается в широкой улыбке.

– Все в порядке, - говорю грустно и лезу в карман за телефоном.

Я умолял Тошика скинуть мне как можно больше денег, потому что на счет мне смотреть очень страшно. Я не буду смотреть на терминал, лучше завтра проверю уведомления, чтобы сегодня не портить себе настроение.

Когда начинают выносить блюда, Чумакова все внимательно пробует, что-то ей нравится, что-то нет и она морщится, от устриц особенно. Меня умиляет ее детская непосредственность, она так забавно все комментирует, а еще тянет свою вилку через весь стол, чтобы я тоже попробовал, не догадываясь, что в ресторанах так не делают. Наш стол ломится от не съеденного, но попробаванного. Но Василиса совершенно очаровательна, особенно когда вымазывается в шоколаде. Я не могу перестать на нее смотреть. Пусть еще что-нибудь закажет, лишь бы мы сидели здесь подольше и я на нее смотрел.

– Ох! Натрескалась, как на первый день Пасхи!
– Чумакова спускается ниже и хлопает себя по животу, - Обязательно зови меня еще!

– Обязательно, - говорю в пол голоса и не могу оторвать от нее глаз. Я что, влюбился что ли?

– Ну давай, проси счет, - она хихикает, - Хочу поскорее посмотреть на твое лицо! Это тебе за то, что не можешь удержать свои руки!

– Надеюсь, тебе понравилось…

– Не сомневайся!
– смотрит шкодно и хохочет, как демон.

На обратном пути мы немного поговорили. Правда, Чумакова осталась себе верна и сообщила, что от той гадости, что я ее накормил у нее скрутило живот и ее вот-вот стошнит на мои новенькие сиденья. Я был в восторге. Мне нравится, когда она меня задевает и провоцирует, значит точно не равнодушна.

Проводив дикарку до ее комнаты , упираюсь плечом в дверной косяк и снова начинаю строить ей глазки, пока она возится с замком.

– Сходим куда-нибудь на выходных?
– стараюсь придать голосу бархатную окраску, но Чумакова только устало цокает.

– Что, Гофман, недостаточно потратился?

– Это того стоит, - я улыбаюсь, - Пойдем! Я знаю пару очень клевых мест, тебе обязательно понравится!

– Нет, Фил, - она качает головой, - В эти выходные я занята, нужно кое-куда съездить.

– Так возьми меня с собой!
– Чумакова хочет пройти в комнату, но я выставляю руку в дверной проем и преграждаю ей путь, - Я тебя подвезу, а на обратном пути что-нибудь придумаем.

– Нет.

– Ну почему? Я же хорошо себя веду!

– На обратном пути у меня не будет настроения…

– Я придумаю, как тебя развеселить!

– Не думаю…

– В общем, я поеду с тобой в любом случае! Можешь даже никуда от меня не бежать! Это тебе за то, что не можешь удержать свои руки!

Чумакова опять на меня смотрит странно. Как-то въедливо что ли, очень внимательно.

– Ладно, посмотрим… - делает еще одну попытку попасть в свою комнату.

– А как же поцелуй на ночь?
– я играю бровями, но уточняю на всякий случай, - В щеку…

– Спокойной ночи, Гофман.

Чумакова тянется ко мне рукой и я сразу опускаю свою, чтобы обнять ее, но вместо поцелуя, дикарка дарит мне два легких, коротких шлепка по щеке и дверь снова хлопает перед моим носом.

Она потрясающая!

Василиса

Я больше никогда не надену на себя что-то красивое и женственное! Видала я такую женственность! Лежала в чужой кровати и терпела, пока Гофман меня лапал. И самое обидное, что не терпела. Это было так… странно… Спокойно что ли… Комфортно… Я не много с кем обнималась. Пару раз с девчонками в интернате, в моменты внезапной радости, ну и со Скворцом. Он тоже несколько раз пытался схватить меня, так же, как Гофман, но ничего кроме приступа паники это у меня не вызывало. А тут я просто лежала и ощущала тепло человеческого тела. Очень необычные ощущения. Но на всякий случай я ему отомстила, назаказывала всякой ерунды примерно на один миллион долларов и вела себя, как дикая. Пусть платит, он же у нас богач. А еще страшный бабник! Привел меня в ресторан и не стеснялся пялиться на всех подряд, видимо, горбатого только могила исправит. Но я его не виню, Фил в принципе очень поверхностный, когда до меня долетают случайные обрывки его разговоров с друзьями, сразу становится ясно, что это за птица. Тачки, вечеринки, девчонки, приставка и тому подобное. А еще у меня никак не выходят из головы события ночи, когда в нашем корпусе отключили свет. Гофман развлекался с какой-то девчонкой, но пошел мне за фонарем на улицу, в страшный ураган. Вроде бы с ним могло быть не все так плохо. Но он поцеловал меня, а потом просто к ней вернулся. Вообще ничего святого у человека. Гребанный коллекционер! А еще жуткий доставала! Прицепился ко мне с этой поездкой и никак не слезает. Даже не знаю, зачем я вообще согласилась. Хотя знаю, пусть везет меня. Во-первых это будет бесплатно, во-вторых два часа трястись в электроне совсем не хочется.

***

– Почему я не мог забрать тебя от интерната?
– Гофман недовольно на меня смотрит, как только я сажусь в его машину.

Мы договорились встретиться на дороге, в десяти минутах ходьбы от детского дома. Я не хочу, чтобы его там видели, меня просто заколебают вопросами, да и вообще, если Скворцов увидит меня с кем-то, ничем хорошим это не закончится.

– Не хочу позориться, - я устраиваюсь поудобнее.

– Позориться?
– возмущенно на меня косится.

– Ну да! А ты думаешь, твоя компания это великое счастье?

– А может быть дело в том парне, что приходил к тебе? Переживаешь, что он нас застукает? Он же по-любому здешний.

– А может быть и в нем, - я скрещиваю руки на груди и пялюсь в окошко.

– Кто это, Чумакова?
– могу поклясться, что Фил сейчас хмурится, хотя я этого не вижу.

– Это не твое дело, - бросаю через плечо.

– Конечно, мое! Только не говори, что это твой парень!

– Это мой парень!
– говорю коварно, - И он просто отбитый! Это он научил меня драться. Он вообще очень вспыльчивый и агрессивный, может уложить одним ударом, и я сейчас совсем не шучу. Он Кирпичу одним махом пять зубов выбил. Ну что, Гофман, будешь меня отбивать?

Поворачиваюсь и хитро смотрю на его растерянно лицо.

– Буду… - отвечает сквозь зубы. Пока целые зубы.

– Как знаешь, - я пожимаю плечами, - Наверняка, у вас есть хороший семейный стоматолог. Травматолог…Проктолог…

– Я что похож на труса?
– говорит обижено, пока я хихикаю.

– Ты похож на глупого ловеласа, который никак не поймет, что игра не стоит свеч.

– Я с тобой не играю, Чумакова. Ты мне похоже нравишься, так что не надо меня пугать, об инстинктах самосохранения подумаем потом.