Чтение онлайн

Граф Руген снова нанёс удар, но по какой-то причине, скорее всего, потому что не ожидал, что его противник начнёт двигаться, не попал в сердце, и ему пришлось удовлетвориться тем, что его лезвие прошло сквозь левую руку испанца.

Иниго не возражал. Он даже не почувствовал этого. Его интересовала лишь его правая рука, и он сжал эфес шпаги, и почувствовал в ней силу, достаточную, чтобы нанести противнику лёгкий удар, и граф Руген не ожидал и этого, поэтому он невольно вскрикнул и отступил назад, чтобы заново оценить ситуацию.

Сила лилась из сердца Иниго в его правое плечо, и ниже, от плеча к пальцам, и затем в великолепную шестипалую шпагу, и он оторвал своё тело от стены, прошептав:

– …привет… меня зовут… Иниго Монтойя; ты убил… моего отца; готовься умереть.

И они скрестили шпаги.

Граф попробовал быстрое убийство, обратный Бонетти.

Ни единого шанса.

– Привет… меня зовут Иниго Монтойя; ты убил моего отца… готовься умереть…

И вновь они скрестили шпаги, и граф применил защиту Мароццо [13], потому что Иниго всё ещё истекал кровью.

Иниго втолкнул свой левый кулак поглубже в рану.

Привет, меня зовут Иниго Монтойя, ты убил моего отца, готовься умереть.

Граф отступил вдоль бильярдного стола.

Иниго поскользнулся в собственной крови.

Граф продолжил отступать, выжидая, выжидая.

– Привет, меня зовут Иниго Монтойя, ты убил моего отца, готовься умереть.

Он всунул кулак ещё глубже, и ему не хотелось думать о том, чего он касается, что он запихивает и удерживает на месте, но впервые он почувствовал себя в силах попытаться двигаться, и шестипалая шпага сверкнула –

– и длинный порез появился на одной щеке графа Ругена –

– ещё одно стремительное движение –

– ещё один порез, параллельный, сочащийся кровью –

– Привет, меня зовут Иниго Монтойя, ты убил моего отца, готовься умереть.

– Перестань говорить это! – У графа начали сдавать нервы.

Иниго нацелился на левое плечо графа, куда граф ранил его. Затем он пронзил его левую руку, в том же самом месте, где граф проткнул его.

– Привет. – Его голос стал увереннее.

– Привет! Меня зовут Иниго Монтойя, ты убил моего отца, готовься умереть!

– Нет!..

– Предложи мне деньги…

– Что угодно, – сказал граф.

– И власть. Пообещай мне.

– Всё, что у меня есть, и даже больше. Прошу.

– Предложи мне всё, что я пожелаю.

– Да. Да. Скажи, что хочешь.

– Я ХОЧУ ДОМИНГО МОНТОЙЮ, ТЫ СУКИН СЫН, – и шестипалая шпага сверкнула ещё раз.

Граф закричал.

– Я ударил лишь чуть левее твоего сердца. – Иниго нанёс ещё удар.

Ещё вскрик.

– Это было ниже твоего сердца. Угадаешь, что я делаю?

– Вырезаешь моё сердце.

– Ты забрал моё, когда мне было десять; теперь я хочу твоё. Мы сторонники справедливости, ты и я – что может быть справедливее.

Граф вскрикнул последний раз и упал, умерев от страха.

Иниго посмотрел вниз на его тело. Застывшее лицо графа окаменело и стало пепельным, и кровь ещё текла из параллельных царапин. Его неестественно выпученные глаза были полны ужаса и боли. Это было великолепно. Если вам нравится подобное.

Иниго обожал это.

В 5:50 он, пошатываясь, вышел из комнаты, не зная ни куда, ни доколе, но лишь надеясь, что то, что вело его в последние дни, чем бы оно ни было, не оставит его сейчас...

– Я скажу тебе кое-что, и то, умрёшь ты или нет, будет зависеть всецело от тебя самого, – сказал Уэстли, вольготно развалившись на постели. В другом конце комнаты принц держал шпагу поднятой. – Я скажу тебе вот что: брось своё оружие, и, если ты сделаешь это, я уйду с этим багажом, – он бросил быстрый взгляд на Лютик, – и ты будешь связан, но не умрёшь, и вскоре вновь будешь свободен заниматься своими делами. Но если ты выберешь драться, то нам не остаться в живых обоим.

– Я собираюсь подышать ещё какое-то время, – ответил принц. – Думаю, ты блефуешь – ты несколько месяцев был узником, и я сам убил тебя меньше суток назад, поэтому сомневаюсь, что в твоих руках так уж и много силы.

– Возможно, это правда, – согласился Уэстли, – и когда время придёт, помни: я могуна самом деле блефовать. В сущности, возможно, что я лежу здесь потому, что у меня не хватает сил стоять. Подумай хорошенько.

– Ты ещё жив лишь потому, что сказал «до боли». Я хочу, чтобы ты объяснил эти слова.

– С удовольствием. – На часах было 5:52. Оставалось три минуты. Он думал, что восемнадцать. Он выдержал долгую паузу, затем заговорил: – Несомненно, ты догадался, что я – не обычный моряк. На самом деле, я сам Робертс.

– На самом деле, я нисколько не удивлён и не напуган.

– До боли означает вот что: если мы сражаемся, и ты побеждаешь, я умру. Если мы сражаемся, и я побеждаю, ты живёшь. Но на моих условиях.

– Что ты имеешь в виду? – Всё это могло быть ловушкой. Его тело было наготове.

– Есть люди, считающие тебя первоклассным охотником, хотя я в этом сомневаюсь.

Принц улыбнулся. Парень дразнил его. Зачем?

– И если ты хорошо охотишься, то, выслеживая свою леди, ты, конечно же, должен был начать со Скал Безумия. Там состоялась дуэль, и, если ты отметил движения и шаги, ты знаешь, что там сражались мастера. И это были мастера. Вспомни вот что: я выиграл эту схватку. И я – пират. У нас есть свои секреты обращения со шпагой.