Чтение онлайн

В моей квартире кто-то был. Из комнаты доносились странные звуки. Кто-то тихонечко насвистывал, расхаживая по комнате. Потом запахло сигаретным дымом. Скрипнула балконная дверь, повеяло прохладой.

Человек, забравшийся в мой дом, вел себя так, будто это был его дом. Совсем распоясались бандиты, обнаглели. Сейчас я им покажу!

Я юркнула в ванную, схватила швабру, подняла ее над головой, как знамя, на цыпочках вошла в комнату и… столкнулась нос к носу с Володькой Кирьяновым. Приятель изумленно посмотрел на швабру и пробормотал:

– Ты чего это, Тань, а? Полы мыть собралась? Не успела домой прийти и сразу за уборку?

– Ты меня напугал, Володька! – разозлилась я. – Еще секунда – и эта швабра обрушилась бы на твою голову. Я думала, тут бандиты. Предупреждать надо, если в гости собираешься!

– Пытался. Звонил тебе, звонил, а твой номер все занят и занят. Сорок минут занят, я засекал. Разве так можно? Да, мне надоело торчать на лестнице, и я вошел. И никто меня за это не осудит. Сколько можно трепаться по телефону, когда твой друг мается под дверью?!

– Откуда же я знала, что ты маешься под дверью! Кстати, как ты сюда попал?

– Вошел. Открыл ключом. Серега забыл отдать тебе пятый ключ. Возился с замком, проверял ключом, а потом машинально сунул его в карман.

– И ты поспешил собственноручно вернуть мне ключ? За этим и приехал?

– Не за этим. Сейчас узнаешь зачем. Слушай, Тань, пошли в комнату, а? Очень кофе хочется. Угостишь?

Я кивнула, прислонила швабру, которой едва не убила лучшего друга, к стене и отправилась на кухню варить кофе. Кирьянов, продолжая ворчать на тему «Некоторых невозможно оторвать от болтовни с подружками», потащился следом. Затушил сигарету в блюдце на столе, уселся на табуретку и сразу же изрек:

– Тань, тебе что-нибудь говорит имя – Гаврилов Сергей Петрович?

Джезва, которую я собралась поставить на конфорку, дрогнула в моей руке. Не поворачивая головы, я сказала:

– Ничего не говорит. А кто это? Первый раз слышу эту фамилию.

– Глянь-ка сюда, – коротко бросил Киря.

Я насыпала в джезву молотый кофе, налила воды, зажгла газ и только после этого села напротив Кирьянова и вопросительно на него уставилась. Он протянул мне фотографию, с которой на меня смотрел Гаврюша. На черно-белой фотографии он был в костюме, при галстуке и лет на пять моложе. Но я его все равно узнала. Не забуду эту рожу до конца своих дней. Я положила снимок на стол и подняла глаза на Володьку.

– Нет, Володь, я его не знаю. Мне очень жаль. А кто он?

– Говорю же: Гаврилов Сергей Петрович. Подумай, посмотри хорошенько, может, все-таки вспомнишь.

Он смотрел на меня, не отрываясь. Я опустила глаза и помотала головой.

– У меня память хорошая, Володь, не сомневайся. Я его не знаю. А почему ты решил, что я должна его знать?

– Потому что в заднем кармане его джинсов нашли твой домашний телефон.

Вот это номер! Значит, этого типа арестовали. Что ж, известие обнадеживающее. Не думаю, что Гаврюша поведает полицейским о «пылких» чувствах, которые он ко мне испытывает. Уверена, что он молчит, как рыба. Мне тоже очень не хотелось посвящать Володьку в историю с похищением. В таком случае пришлось бы рассказать и о полотнах Вазари, уплывших за границу, и о той роли, которую в этой истории мне отвел Олег. Очень не хочется выглядеть простофилей в чужих глазах. В Володькиных тоже.

– Да не знаю я его, Володь, не знаю, – устало проговорила я. – Чес-слово, не знаю! Первый раз вижу этого гражданина. – Протянув руку к карточке, я поднесла ее к глазам, делая вид, что рассматриваю. – Неприятный тип. Интеллектом не изуродован. Среди моих знакомых таких нет.

– А среди незнакомых?

– То же самое. Не видела, Володь, никогда.

Над джезвой поднялась шапка коричневой пены, и я соскочила с табуретки, чтобы выключить газ. Разлила кофе по чашкам, поставила на стол, одну придвинула поближе к Кирьянову.

Некоторое время мы молча пили кофе. Потом я сказала:

– Володь, ты забыл, чем я зарабатываю себе на хлеб. Думаю, что не ошибусь, если скажу: номер моего телефона ему дал кто-то из моих бывших клиентов.

– Ну да, конечно, – хмыкнул Киря. – Слава о частном детективе Ивановой идет по всему Тарасову. Сергею Петровичу Гаврилову потребовалась твоя помощь.

– Почему бы нет? Скажу без ложной скромности: обо мне знают, бывшие клиенты мне благодарны. Некоторые даже поздравляют – с Новым годом, с 8 Марта. Кстати, а сам-то он что говорит, Гаврилов этот?

– Он, Танька, уже ничего не говорит, – вздохнул Киря. – Потому что умер.

Вот оно что! А я-то удивлялась: что-то давненько Гаврюши не видно. Раньше с моего хвоста не слезал и вдруг пропал куда-то. Поставил камеру, воткнул в телефон жучка и испарился. Странно.

– Умер? От чего?

– От пули в голову, – сухо пояснил Володька.

– Где нашли? Кто убил, не выяснили еще?

– Быстрая ты какая, Иванова! И много знать хочешь, – бросил Кирьянов. – Зачем тебе знать, ведь Гаврилов – не твой знакомый, не клиент?

– Не мой. Но я могла бы вам чем-нибудь помочь.

– Слушай, Танька, ты вот рассказывала, что за тобой следили два типа. Может, это один из них? – предположил Кирьянов.

– Ну-ка, дай-ка мне еще раз на него взглянуть, – попросила я.

Володька вынул фото Гаврюши из нагрудного кармана и протянул через стол. Я сделала вид, что внимательно рассматриваю его.

– Может, он, а может, и не он. Темно было, я толком и не разглядела. Овал лица такой же, а больше не скажу, уж прости. А отпечатки пальцев? Если камеру и микрофон, которые вы нашли в моей квартире, монтировал он, должны остаться отпечатки.

– Нет отпечатков, работали в перчатках. Но твою квартиру не мешало бы проверить. Где-нибудь пальчики он мог случайно и оставить.

Мне эта идея не понравилась, и я попыталась отвлечь Кирю от мысли о том, чтобы натравить на меня криминалистов.

– А где нашли труп?

Киря рассказал, что тело нашел сегодня ранним утром мужчина, который выгуливал своего добермана в посадках на окраине Тарасова. Убили Гаврилова поздним вечером, но не там, в посадках, а где-то в другом месте. А потом привезли на машине и оставили, забросав ветками.

– Ох, Татьяна, что-то мне подсказывает, что именно он установил в твоей квартире камеру. Так что не рассказывай мне тут басни про то, как благодарные клиенты делятся со всеми подряд номером твоего телефона. Ну-ка, признавайся, во что ты ввязалась? И не пудри мне мозги, не ври, что тебя с кем-то перепутали.

– Когда это я тебе пудрила мозги, Володь? – возмутилась я. – Ты же знаешь, что я расследую дело Нины Петрушиной. А тебе не приходило в голову, что наш покойник имеет отношение к убийству, в котором обвиняют бедняжку Ниночку?