Чтение онлайн

Мартин, сам того не желая, создал из нас прекрасную семью.

Целую неделю я наслаждаюсь безмятежностью и радуюсь тому, что Кэт рядом, зная, что отныне она всегда будет со мной. Если погода позволяет, Кэндис старается проводить время на свежем воздухе. Здесь, конечно, не тусонский жаркий климат, препятствующий развитию туберкулеза, но такое впечатление, что она помолодела и окрепла — если не телом, то душой.

После обеда мы часто располагаемся на одеяле под персиковым деревом и слушаем рассказы Кэндис о ее детстве. Я поощряю такое времяпрепровождение, чтобы Кэт всегда чувствовала связь со своей первой матерью.

Я помогаю Белинде управлять гостиницей, и мне это очень нравится. Сару по ночам все еще приходится кормить, и я быстро беру на себя обязанности по приготовлению завтрака для нас и постояльцев. По моей просьбе Белинда также поручает мне заниматься стиркой. А стирать я люблю. Это напоминает мне о том, что есть вещи, которые можно отчистить всего лишь с помощью воды, мыла и небольших усилий.

Эллиот бывает в гостинице почти каждый день. Видно, что он обожает Белинду, а у нее самой меняются представления о романтической любви. Я уверена, что со временем она перестанет страдать из-за того, что сделала ошибочный выбор, отдав предпочтение Мартину, а не Эллиоту. И когда это произойдет, Эллиот будет рядом.

Улучив момент, когда мы с ним остаемся одни, я спрашиваю про шахту. По его словам, во время землетрясения вход в нее основательно завалило. Не исключено, что золото в шахте еще осталось, но теперь, чтобы попасть туда, нужно немало потрудиться, а то и взрывчатку применить.

— В шахту еще долго никто не войдет, если туда вообще можно проникнуть, но я поставил знак, предупреждающий посторонних, что это частная собственность, — докладывает он. — Белинда там не бывает, а сама шахта находится довольно далеко — из гостиницы она ее не увидит. Кроме горя, эта шахта ничего ей не принесла.

Я спрашиваю Эллиота, известно ли ему, каким образом Мартину удавалось добывать золото без ведома Белинды. Он подозревает, что Мартин нанял для этого пару работяг. В Сан-Матео его часто видели в компании двух оборванных китайцев. Давний друг отца Белинды интересовался у Эллиота, не знает ли он, что это за китайцы, с которыми общается муж Белинды.

— Сам я тех китайцев в глаза не видел, — добавляет Эллиот. — И в последнее время они в округе не показываются.

После этого разговора с ним я сама сходила к шахте, чтобы посмотреть на разрушения. Вход завален огромной грудой каменных глыб. Рядом стоит знак «Посторонним вход воспрещен». Слава богу, что шахта находится на дальнем краю земельных владений Белинды и никому из нас больше не придется стоять там, где сейчас стою я.

Наступает первое июня. Я понимаю, что откладывать поездку в Сан-Франциско больше нельзя. Я должна собственными глазами увидеть развалины нашего дома. Я проверяла окончательные списки погибших и раненых во время землетрясения и пожара. Имя Мартина Хокинга ни в одном из них не фигурирует, а это значит, что он либо не выбрался из дома и никто не опознал его останки, либо ему каким-то чудом удалось спастись, но он лечился от полученным травм под другим именем. И я должна пролить свет на эту загадку.

Однажды вечером, уложив детей спать, мы вчетвером — Белинда, Кэндис, Эллиот и я — усаживаемся в холле пустующей гостиницы, чтобы обсудить мои дальнейшие действия. Хорошо, что Эллиот сегодня с нами: парень он здравомыслящий и в какой-то степени лицо постороннее, никакого отношения к тому, что случилось в Сан-Франциско, он не имеет. Более того, он съездил в окружной архив, расположенный в Редвуд-Сити, чтобы выяснить юридические тонкости, связанные с расторжением брака с исчезнувшим супругом.

Чуть раньше мы уже пришли к единому мнению, что я не должна заявлять на Мартина в полицию Сан-Франциско, обвиняя его в многоженстве. Это было бы неразумно. Ни Белинда, ни Кэндис не желают, чтобы меня посадили в тюрьму за то, что я бросила Мартина умирать. И мы, разумеется, не хотим, чтобы на Кэт пала вина за его падение с лестницы, в результате которого он сильно покалечился. Расследуя его преступную деятельность как многоженца, полиция непременно установила бы, что Мартин все же возвратился в Сан-Франциско в тот день, когда произошло землетрясение. Мне стали бы задавать слишком много вопросов.

А вот в интересах Белинды сообщить, что ее бросил некий Джеймс Бигелоу. По утверждению Эллиота, Белинда не вправе подать заявление о расторжении брака на основании того, что муж бросил ее, если она не сообщила властям о его исчезновении. Мы решили так: она скажет полиции, что после скоропалительного бракосочетания они с Джеймсом отдалились друг от друга, он не горел желанием стать отцом и грозился ее бросить. Может, власти и станут его искать, но что они могут о нем выяснить? Джеймс Бигелоу — призрак. Его сочтут подлецом, который бросил беременную жену и бесследно исчез.

Однако не совсем ясно, как должна поступить я.

— Если я вернусь в Сан-Франциско и сообщу в полицию, что Мартин пропал без вести, его станут искать? — вслух рассуждаю я. — Не уверена. Все силы брошены на восстановление города после землетрясения.

— Тогда и в твоем случае будет действовать тот же закон, что применим ко мне, — замечает Белинда. — Ты тоже станешь свободна и будешь вправе снова выйти замуж. А Мартина в конечном счете объявят умершим, так ведь?

— Через семь лет, — поясняет Эллиот. — Это очень долгий срок, Софи.

— А что еще мне остается? Здесь я ничего изменить не могу, — отвечаю я. — Через семь так через семь. Значит, буду ждать.

— Ты, как и я, можешь заявить, что Мартин тебя бросил. И твой брак тоже будет расторгнут, — говорит Белинда.

Но я не хочу, чтобы мой брак был расторгнут. Пусть лучше меня считают вдовой, чем незамужней женщиной. Я не желаю снова становиться Софи Велан.

— Никто не поверит, что Мартин меня бросил, — возражаю я. — Он хорошо относился ко мне и к Кэт. Ему принадлежал чудесный дом с красивой мебелью. К тому же на его банковском счету лежали три тысячи долларов. Просто так он не оставил бы все это, как твой Джеймс — тебя и твою гостиницу. Нет, я не смогу доказать, что он поступил бесчестно.

Какое-то время мы молчим. Я не хочу обвинять Мартина в том, что он меня бросил, но и не уверена, что должна заявлять о его исчезновении.

— Допустим, я сообщу, что он пропал без вести. Полиция, занимаясь его поисками, осмотрит пепелище на месте нашего дома и обнаружит там его останки. Что тогда? — спрашиваю я. — Разве у них не возникнет вопрос, почему он не выбрался из дома? Полицейские, пожарные, солдаты ходили по улицам и криком предупреждали жильцов, что они должны эвакуироваться. Я читала об этом в газетах. Неужели они не задумаются, почему Мартин ослушался их распоряжения?