Чтение онлайн

Недолго думая, я сгребла платье в охапку и отправилась с ним в примерочную, откуда как раз выходила довольная Аня.

К несказанному облегчению, платье подошло мне идеально: и по размеру, и по длине. Когда я вышла показаться девчонкам, они наперебой заверили, что лучшего мне не найти, а Света моментально подобрала к нему серебристые туфли на высокой шпильке и подходящую бижутерию.

Вслед за крупным торговым центром мы посетили еще пару магазинчиков, где Алена с Аней прикупили кое-какие мелочи, а затем зашли погреться в небольшую кафешку.

Следующий день у меня значился выходным в Большом Доме, но рабочим в офисе. Да-да, мне следовало показаться в нем лично, чтобы обговорить детали нового заказа. С некоторых пор, по понятным причинам общение с Димой стало для меня настоящим испытанием, но, наверное, во мне дремал талант актрисы, поскольку он ничего подозрительного не замечал. Не так давно Кирилл поговорил со мной и попросил, по возможности не привлекая внимания, стараться узнать что-нибудь полезное. Например, вслушиваться в разговоры по телефону, или наблюдать за тем, кто приходит в офис. Но поскольку в офисе я появлялась не так часто, осуществить все это было довольно таки проблематично.

Однако сегодня мне улыбнулась удача.

Мы обсуждали стилистику новой серии персонажей, когда у Димы зазвонил телефон. Посмотрев на дисплей, он как-то сразу напрягся и, коротко извинившись, вышел из кабинета.

Но дверь закрылась за ним не полностью, и я не преминула этим воспользоваться. Убедившись, что он отошел достаточно, чтобы меня не заметить, я тихонько подошла к двери и, еще немного ее приоткрыв, прислушалась.

— Да, все так, — прозвучал голос, в котором улавливалось напряжение и легкая взволнованность. — Послушайте… да, тридцать первого. Я говорил, что в это время граница между мирами истончается, эфир ослабевает… да, это лучшая возможность. Прошу прощения, мне сейчас не очень удобно говорить.

Дима положил трубку, и я спешно вернулась на прежнее место. Когда он вошел, я увлеченно чиркала карандашом по бумаге, создавая новый эскиз.

— Ну, что тут у тебя? — улыбнувшись, спросил начальник.

Сделав вид, что глубоко погружена в работу, я «не сразу его услышала», и только через несколько секунд подняла глаза. Напряженность Димы, с которой он говорил по телефону, бесследно исчезла, и теперь мне адресовалась обезоруживающая, обаятельная улыбка.

— Тебе кто-нибудь говорил, что ты сегодня особенно хорошо выглядишь?

«Ага, с чего бы мне выглядеть плохо после напряженных рабочих дней и нескончаемой суматохи?» — мысленно сыронизировала я.

Но вслух, разумеется, сказала совсем другое:

— Уверена, это же говорили и тебе.

Мы смотрели друг на друга, и в какой-то миг я ощутила легкую пульсирующую боль в висках. Кирилл предупреждал, что такая реакция организма свидетельствует о попытке вмешаться в мое сознание. После установки защитной магии в обществе Димы я чувствовала такую боль уже неоднократно, но сейчас она была сильнее обычного.

И что, интересно знать, он пытался мне внушить?

Моя рука лежала на столе, и я упустила момент, когда Дима накрыл ее своей.

— Я все хотел поговорить о том вечере, — произнес он, поймав мой взгляд. — Там, в ресторане… прости, что так вышло. Не знаю, почему все пошло наперекосяк. Я много думал и понял, что ты мне по-настоящему нравишься, Юля. Мы не могли бы… то есть, я пытаюсь сказать… не согласишься ли ты на повторение свидания? Обещаю, на этот раз все будет по-другому!

А, так вот оказывается, к чему воздействие на мои мысли… хочет, чтобы я согласилась. С ума сойти — да с того несчастного вечера прошла уже целая вечность, а он только теперь опомнился! Или все это время он думал, что я подвержена его влиянию и сегодня решил закрепить успех?

Не будь у меня указаний Кирилла, прямо сейчас послала бы этого «умника» к такой-то бабушке и гордо ушла. Но главный маг на меня рассчитывал, тридцать первого октября — а это ночь Самайна — явно что-то затевалось, и я подумала, что в неформальной обстановке смогу узнать еще что-нибудь полезное.

Поэтому, скрепя сердце и заставив себя мило улыбнуться, ответила:

— Хорошо. Только давай без ресторанов.

— Понял, — просиял Дима. — Никаких ресторанов! Завтрашний вечер у тебя свободен?

Да, завтрашний вечер у меня был свободен. Но все же над «романтическими» планами нависла угроза пострашнее полчища безликих.

Герман.

Я валялась на кровати в его комнате, подперев подбородок ладонями, болтая ногами и глядя на него снизу вверх. Он, в свою очередь, возвышался надо мной, сложив руки на груди, грозно расставив ноги и медленно уничтожая меня мрачным взглядом.

— Ты не пойдешь! — повторила Его категоричность.

— Позволь спросить, почему? — вкрадчиво уточнила я.

— Потому что я не хочу, чтобы ты проводила вечер в его компании! — отрезали мне в ответ. — И флиртовала!

Ведьмочка, живущая где-то внутри меня, внезапно проснулась, лениво потянулась и заурчала, точно довольная кошка.

Я прикрыла один глаз и, хитро покосившись на «категоричность», промурлыкала:

— Ревнуешь?

— Да, — неожиданно легко согласился Герман и, не менее неожиданно опустившись рядом, повалил меня на спину.

Я засмеялась и попыталась шутливо сопротивляться, но он заглушил протест поцелуем, от которого по телу разлилась жаркая волна. Ведьмочка проснулась окончательно и пританцовывала, обуреваемая вихрем ярких чувств.

— А ревность тебе к лицу, — на выдохе проговорила я, непроизвольно пробежав кончиками пальцев по заросшей щетиной щеке. — Надо почаще заставлять тебя ее испытывать.

Несмотря на все недовольство Германа, на назначенное свидание мне точно предстояло пойти. И, как ни странно, он это понимал. Наверное, именно поэтому его ревность так льстила моему самолюбию и… ой, да кого я обманываю? Не в самолюбии дело — от него так восхитительно не переворачивается душа, и не сжимается в сладостных спазмах сердце.

Не удержавшись, я остановила пальцы на крестообразном шраме, одновременно чувствуя, как по моему лицу скользит внимательный взгляд. Обычно холодный, сейчас он буквально обжигал, как и губы, через несколько мгновений вновь накрывшие мои.

Я не поняла, когда исчезла рубашка, и мои руки заскользили по открытой коже спины. Не поняла и того, как мой свитер оказался снят и отброшен куда-то в сторону. Какие-то укоренившиеся в сознании принципы призывали остановиться, но ведьмочка кричала громче.