Чтение онлайн

— А пока что приходи ещё, — Майя снова повернулась к собачонке, которая уже упала на спину и охотно подставляла животик, чтобы его погладили. — Ты славная.

Бесшумно приоткрылась незапертая калитка. Во двор заглянула соседка Вика и, заметив их, уверенным шагом поспешила вперёд.

— Ого, а вы здорово поладили! — как всегда жизнерадостно воскликнула она, заметив, чем занята Майя. — Наша Мошка, конечно, любит всех, но пузо подставляет немногим.

— Я люблю животных, — отозвалась Майя, поднимаясь ей навстречу. — Даже ветеринаром хотела стать, но не сложилось.

— Так это прекрасно! — обрадовалась Виктория. — Может, ты меня выручишь? Я зашла Арсения просить о помощи, но если ты умеешь делать котам уколы, с тобой мы наверняка лучше справимся! У меня, представляешь, кошак уже несколько месяцев мучается с отитом. Капли не помогли, так теперь врач антибиотики в уколах назначил. А я колоть боюсь. Мы вчера с Алисой, подругой, мучились-мучились, еле справились — три раза убегал, зараза такая, все руки нам ободрал.

— Тут главное знать, как подступиться, — Майя заметно оживилась. — Я тебе покажу. Лучше не брать его на руки. Прижимаешь к полу или дивану, придерживаешь за холку и…

— Не надо, не объясняй, — поспешно отказалась Вика. — Давай лучше ты поколешь, через дорогу ведь живём. А с меня чай с печеньками!

Майя охотно кивнула. Сейчас, когда речь зашла о том, что было ей интересно, в чём она разбиралась, она выглядела спокойной и уверенной, увлечённой. Ни следа той перепуганной девушки, готовой забиться в угол при любом намёке даже не на угрозу, а на любую неясность.

Арсений поймал себя на том, что невольно засмотрелся на неё, поражённый настолько разительной переменой. Спохватившись, что неприкрыто глазеть на постороннюю женщину не слишком-то прилично, он тряхнул головой.

— Майя, можно тебя на пару слов, пока вы не ушли, — позвал Арсений, вспомнив, что у него на день есть собственные планы.

— Конечно! — ответила за неё Виктория. — Май — в общем, мы договорились. Приходи, как освободишься, дверь будет открыта.

Тряхнув гривой всегда немного встрёпанных русых волос, соседка умчалась так же внезапно, как и появилась.

— Я еду в город до вечера, — сообщил Арсений, когда они снова остались во дворе одни. — Тебе нужно что-нибудь привезти?

— Нет, спасибо, — быстро отозвалась Майя, но, помедлив, добавила: — Хотя вообще мне нужна газета с объявлениями о работе. Если тебе не сложно…

— А зачем газета? — удивился он. — В интернете же удобнее посмотреть.

— Может быть, только у меня нет сейчас телефона.

— Можешь взять мой ноутбук, — предложил Арсений. — Я оставлю в гостиной на столе, пользуйся.

— Спасибо, — она тепло улыбнулась, всё ещё излучая тот мягкий свет, который загорелся в ней во время недавнего разговора.

Наверное, на него повлияла эта душевная, умиротворённая утренняя атмосфера, но к дому родителей Арсений подъезжал, почти не волнуясь. Откуда-то возникла уверенность, что только сейчас в его жизни что-то начинает складываться правильно, и кто как не семья сможет это понять и одобрить. Его поддержат, общение со временем вольётся в новое русло, и всё будет хорошо — теперь у него не осталось сомнений.

Его встретили как всегда приветливо, но с лёгким оттенком удивления — в их семье не принято было заявляться в гости без предупреждения.

— Арсюша! — мама обняла его, окутав с детства знакомым запахом ненавязчивых, чуть горьковатых духов. — Молодец, что заглянул. Раздевайся, проходи. Мы вечером собрались в театр, но сейчас время есть. А ты один? Где Оля?

— Мам… Я приехал рассказать вам кое-какие новости. Только хотел сразу обоим, чтобы не повторять.

Мама окинула его внимательным долгим взглядом, от которого Арсению показалось, что та уже всё поняла. Но если у матери и возникли какие-то подозрения, она решила пока оставить их при себе.

— Хорошо, — ровно произнесла она. — Тогда иди позови отца, он в кабинете, а я приготовлю нам чай.

Когда-то этот кабинет был их с Аркадием комнатой. В стандартной трёшке не было дополнительного пространства, и они неплохо обходились двумя спальнями — родительской и детской — и гостиной. Уже потом, когда они с Аркашей выросли и разъехались, освободившуюся комнату переоборудовали под рабочую зону. Арсению до сих пор было непривычно видеть, что там, где раньше стояли кровати, теперь расположились два письменных стола с удобными эргономичными креслами, а вдоль стены, у которой раньше возвышался одёжный шкаф и в раздражающем мать беспорядке громоздились ящики с игрушками, теперь тянулись открытые стеллажи, сплошь уставленные книгами и папками. Впрочем, он не ностальгировал о прошлом и был рад, что теперь родители могут разместиться с комфортом.

Он постучался, чтобы предупредить о своём появлении, но не стал ждать ответа. Отец сидел за столом, склонившись над какими-то документами и сосредоточенно хмурясь, и отреагировал на его появление только тогда, когда Арсений подал голос.

— Здравствуй, пап. Я не вовремя?

Ответом послужило то же выражение сдержанной радости и удивления, с которым его приветствовала мать.

— О, сынок! Заработался, не слышал, как ты пришёл. Проходи, располагайся. Ты просто так или чего-то хотел? А Ольгу почему не видно?

— В общем-то, об этом я и хотел поговорить, — он даже обрадовался, что набивший оскомину вопрос прозвучал сразу, и можно переходить к делу. — С тобой и мамой. Она там чай заваривает — пойдём?

Отец озадаченно хмыкнул и, отодвинув разложенные перед ним папки, поднялся с кресла.

— Ну-ну, интригуешь, сынок.

К чести родителей стоило заметить, что его выслушали совершенно спокойно, не перебивая и не выказывая ни возмущения, ни непонимания. Только когда Арсений умолк, выложив всё, что собирался, отец побарабанил пальцами по столу и откашлялся, выдавая, что новость задела его за живое.

— Ничего себе известия! — он снова кашлянул, вопросительно посмотрел на жену, будто безмолвно советуясь. — Скажи, сын, у кого-то из вас новый роман?

— Нет, — Арсений подавил вздох. — Я ведь всё объяснил.

— Да-да, — кивнул отец. — Но всё-таки — зачем разводиться, если нет никаких особых причин? Почему именно сейчас? Я не понимаю. Двенадцать лет отжили — и вот вам. Что изменилось?

— А я давно подозревала, что этим закончится, — внезапно объявила мать. Если она и была несколько выбита из колеи, то виду не подавала — сидела, расслабленно откинувшись на спинку стула, со спокойным вниманием переводила взгляд с сына на мужа и неспешно попивала чай.

— Подозревала? — ошарашенно переспросил Арсений.

— Лиза, ты это серьёзно? — в тон ему произнёс отец.

Елизавета Дмитриевна царственно кивнула.

— Они ведь и правда из разных песочниц, Саш, — с лёгкой грустью усмехнулась она. — Даром что воспитывались похоже. И хорошо, что сейчас решили, а не ещё через столько же.

— Ты правда так думаешь? — хоть Арсений и надеялся на понимание, всё-таки не рассчитывал, что всё пройдёт настолько легко. Даже брат с невесткой не так быстро смирились с назревающими в семье переменами.