Чтение онлайн

А можно ли использовать запись не официально? Натравить Волкова на Стрельцова. Хотя на это его слишком честный брат вряд ли пойдёт.

Арсений так глубоко погрузился в раздумья, что тихий голос Майи заставил его вздрогнуть от неожиданности.

— Ты теперь считаешь меня ужасным человеком? — потерянно поникнув на краешке дивана, спросила она.

— Что? — в изумлении переспросил он, думая, что ослышался.

— Я должна была куда-нибудь с этим пойти. Я просто не знала, к кому… Но если вариант есть, значит, он был всегда, так?

— Майя, конечно же, нет! — он запнулся, не сумев сразу подобрать подходящие слова.

Поражало, с какой жертвенной готовностью эта уязвимая, хрупкая женщина, неспособная защитить даже себя, обвиняла себя же в неспособности бороться с произволом имеющих власть.

Арсения затопила волна пронзительной, щемящей нежности. Он подавил желание придвинуться ближе и просто обнять её, укрыть собой от всего враждебного мира.

Ему хотелось этого весь вечер после возвращения, и он почти решился в тот миг, когда она растревоженной одинокой птицей металась по комнате, но всё-таки передумал в последний момент.

Он не был уверен, как Майя отнеслась к их стычке со Стрельцовым, к его потере контроля. Она видела в жизни столько насилия, что, наверное, любое его проявление должна воспринимать со страхом и неприятием. Не станет ли она и к нему теперь относиться настороженно, с недоверием? Пока что по её поведению Арсений этого не понял. Она оставалась взвинченной и растерянной, но было ли это связано только с внезапным появлением Стрельцова, или с ним тоже?

В любом случае, волновать её ещё больше своими спонтанными порывами было однозначно плохой идеей. Поэтому вместо того чтобы наделать глупостей, он лишь повернулся к ней и попытался найти правильные фразы.

— Майя, даже я сейчас ещё не представляю, что и как с этим делать. А у меня юридическое образование и вся семья так или иначе связана с правовыми вопросами. Ты ничего не могла сделать раньше. Только навредить себе, а больше ничего бы не изменилось. И то, что ты сейчас решилась действовать — это очень смело. Поверь мне, и я, и все, кто тебя сейчас окружает, понимают, как это сложно.

Её лицо немного разгладилось.

— Но что-то ведь получится придумать? — уточнила она, и на этот раз в голосе слышалась готовность не отступать.

— Обязательно, — пообещал Арсений. — Теперь — обязательно.

Арсений проснулся с большими планами на день. Пусть он не мог явиться на работу с распухшим носом и синяком на пол-лица, но ничто не мешало встретиться с братом и матерью. Тех, конечно, придётся выдернуть куда-нибудь, где нет посторонних глаз, но это не представлялось проблемой. Мама, безусловно, согласится уделить ему время в обеденный перерыв, а Аркадий не привязан к строгому графику, главное, чтобы у него не были расписаны деловые встречи на весь день.

Конечно, брат непременно устроит ему нудную словесную выволочку за драку. Арсений даже заранее знал, что тот скажет: «Безобразный, примитивный, плебейский способ решать конфликты, который с абсолютной долей вероятности принесёт больше вреда, чем пользы, и тебе ещё повезёт, если своими безрассудными действиями ты не усугубил проблему до стадии нерешаемой». Не то чтобы Аркадий сам всю жизнь был паинькой, но годы адвокатской практики отложили свой отпечаток на жизненные взгляды. А когда он злился, превращался в жуткого зануду.

Решив сначала разобраться с неотложными делами, Арсений первым делом позвонил на работу. К его удивлению, заготовленные объяснения не понадобились, а от обещания передать с кем-нибудь заявление на отпуск за свой счёт начальник только отмахнулся. Всё, что его интересовало — останется ли Арсений на связи и готов ли при необходимости поработать из дома. Услышав положительный ответ на оба вопроса, тот без дальнейших разговоров предоставил ему целую неделю.

Это не было особенно важным моментом, но Арсений решил считать столь быстрое решение вопроса хорошим знаком.

Спустившись вниз, он обнаружил на кухне Майю. Уже собранная для выхода из дома, она поджаривала гренки на завтрак. На подоконнике он заметил книгу, которую раньше вручила ей Ирма.

— Я думал, ты сегодня отдохнёшь подольше, — заметил он. — Стоило бы после вчерашних потрясений.

Майя обернулась. На её лице читалось непривычное оживление. Казалось, решившись на открытую борьбу, она разом сбросила с себя груз и оцепенение прошедших лет.

— Я не хочу брать отгул, — уверенно произнесла она. — Очевидно, что эта ситуация затянется надолго, и я не могу сидеть дома всё время, пока Эдуард на свободе. А отсидеться пару дней — это только подвести Юлию. Я работаю всего две недели и не хочу с этого начинать.

В глазах мелькнуло упрямство, которого он не видел в ней раньше. Арсений невольно засмотрелся. Такая — со здоровым румянцем, блеском в глазах и выражением спокойной решительности на лице — Майя показалась ему редкой красавицей. Он едва не выпалил это вслух, но вовремя спохватился. Вряд ли это прозвучало бы уместно, учитывая неопределённый, но точно не романтический характер их отношений.

— Я поеду в город, тебе что-нибудь привезти? — вместо этого произнёс он.

И тут Майя снова его удивила.

— Да. Ты можешь купить мне электрошокер, пожалуйста?

Это было так неожиданно, что он на всякий случай уточнил:

— Ты ведь не шутишь?

— Нет, — всё с той же новой, проснувшейся в ней этим утром уверенностью ответила Майя. — Это ведь не запрещено?

— Нет. И я привезу, конечно. Но, Майя, тебе всё равно не стоит ходить одной.

Она усмехнулась.

— Я и не собиралась. Не волнуйся, если я решила больше не прятаться, это не значит, что я готова умереть. Просто я не хочу быть беззащитной, если повторится вчерашнее. И не хочу, чтобы Вике снова пришлось бросаться ему наперерез. Это моя проблема, и вы не должны всё время меня спасать.

Арсений восхищённо улыбнулся.

— Я ведь уже говорил, что ты очень храбрая?

Майя помолчала, о чём-то задумавшись.

— Знаешь, сегодня ночью я размышляла о том, что буду делать, когда всё закончится. А потом поняла, что уже не помню, когда до этого я последний раз думала о своих желаниях и строила планы. Тогда я окончательно решила, что готова идти до конца. И стало так спокойно…

— А про будущее? — с неизвестно откуда взявшимся волнением поинтересовался Арсений. — Ты уже что-нибудь решила?