Чтение онлайн

— Выпусти меня — говорит Индиго, когда мы отъезжаем на квартал. Она заряжает дробовик Бенелли M4[12], который лежит у неё на заднем сиденье. С этим дробовиком и пистолетом Десерт Игл она вполне может постоять за себя.

— Ты что, собираешься взлететь на здание? — спрашиваю я и съезжаю на обочину. Она выходит из машины и вешает на плечо патронташ с патронами.

— Ха. Нет. Я собираюсь взбежать по нему.

— Ты так и не сказала мне, в чём твой талант — говорю я.

— Ты не спрашивал — Она поворачивается к зданию и срывается с места. Я чувствую магию, когда она набирает скорость. Затем, с ощущением, будто у меня закладывает уши, магия достигает какой-то критической точки, и вот она уже взбегает по стене здания. Чёрт возьми, ей, должно быть, приходится через многое проходить.

— Где ты, чёрт возьми? — голос Летиции в рации — Нас тут убивают!

Я не утруждаю себя ответом. Я завожу двигатель и направляюсь в Сан-Педро. Теперь стрельба доносится из вестибюля здания. Я вижу трёх парней с автоматами, которые стреляют по машине. Я вижу, что Летиция подняла щит, а Габриэла присела и, кажется, накладывает повязку на левую руку.

Я направляю "Хонду" на вестибюль, где стреляют. Притормаживая у бордюра, я включаю дальний свет и давлю на клаксон. Я врезаюсь в стрелков на скорости около пятидесяти километров в час. "Хонда" врезается в дальнюю стену, передняя часть машины деформируется, срабатывают подушки безопасности. На секунду я теряю сознание.

Верно. Я больше не должен заниматься подобным дерьмом.

Я выхожу из машины, а Летиция и Габриэла подбегают ко мне. Парни, которые в них стреляли, лежат под передней частью "Хонды", истекая кровью.

— Где Индиго? — спрашивает Летиция.

— Она пошла наверх без нас — отвечаю я — Она бегает очень быстро. И у неё есть дробовик. И отличный "Десерт Игл.

— Нам нужно подняться туда — говорит Габриэла — Ты как?

— Немного кружится голова. А ты? — Она наспех перевязала левый бицепс.

— Немного кружится голова. Как нам подняться?

— Там десять этажей — говорит Летиция — Если мы попытаемся подняться по лестнице, то попадём под шквал огня.

— Подожди — я роюсь в своей сумке и нахожу кольцо Питера — Кто-нибудь из вас видел что-то подобное? Я почти уверен, что оно должно создавать порталы. Я понятия не имею, как им пользоваться.

— Я видела такие — говорит Габриэла — Если оно такое же, как большинство других, то нужно надеть его, подумать о том, куда ты хочешь попасть, и сказать ему, чтобы он открыл проход.

— Хорошо — говорю я, надевая кольцо на палец — Давай попробуем.

Это работает. Перед нами в стене открывается проход, ведущий на верхний этаж здания. Люди Фана беспорядочно стреляют во что-то, чего не видно. Либо они нас не видят, либо не замечают. Я достаю "Браунинг" и укладываю троих из них, а Летиция двоих, прежде чем остальные понимают, что кто-то зашёл им с фланга.

Я закрываю портал усилием мысли и открываю другой где-то на верхнем этаже. Из-за угла доносятся выстрелы. Индиго носится туда-сюда. Я окликаю её, она оборачивается и бежит к нам.

— Хитро — говорит она.

— Да, ловко. Как у тебя дела?

— Кажется, я им не нравлюсь — говорит она, перезаряжая "Бенелли". Они всё ещё стреляют, не понимая, что она спряталась за углом. Это ненадолго.

— Ты в хорошей компании — говорит Габриэла — Мы им тоже не нравимся.

— Как насчёт того, чтобы мы все вместе им не понравились? — говорю я и прохожу через портал. Габриэла следует за мной, а Летиция смотрит на него немного нервно, как будто ждёт, что он закроется и разрежет её пополам, прежде чем прыгнуть через него.

Это довольно мощная безделушка. Я думаю, для чего ещё её можно использовать. А ещё я думаю, почему Дариус вообще отдал её Питеру.

— Как ты собираешься это провернуть? — спрашивает Индиго. Я смотрю на Летицию. У неё больше опыта в таких делах, чем у меня.

— Вызвать спецназ? — говорит она — Это не совсем моя специализация.

— Боже, вы люди — говорит Габриэла и направляется к углу. Они перестали стрелять. Я слышу, как они перезаряжают оружие, и слышу несколько осторожных шагов из-за укрытия.

Габриэла кладёт руку на стену и закрывает глаза. От прикосновения по стенам и полу пробегает рябь, как по воде. Из-за угла доносится громкий рёв и грохот, словно реактивный двигатель и измельчитель древесины устроили соревнование по измельчению. Из труб хлещет вода, из разбитых люминесцентных ламп летят искры, погружая весь этаж во тьму. Крики. Выстрелы. Тишина.

Я жду несколько секунд, а потом выглядываю из-за угла. Я накладываю световое заклинание на остатки коридора и позволяю ему опуститься вниз, освещая путь разрушения на пять этажей вниз. Весь коридор от одного конца до другого и половина здания разрушены. Внизу лежит груда обломков и тел.

— Скажи мне, что нам не придётся идти по этому коридору, чтобы найти Фана – говорю я.

— Возвращайся тем же путём — говорит Индиго — Там есть офис, и, кажется, он выходит на другую сторону. Мы уверены, что это то самое место? Почему?

— Я не чувствую никакой магии — говорит она — Если он убивает людей, чтобы подпитывать свои заклинания, мы должны чувствовать, как он вытягивает из них силу, или, по крайней мере, то заклинание, над которым он работает.

Она права. Я не чувствую, чтобы что-то происходило. А потом чувствую, но это не магия. Я активирую кольцо для перехода в вестибюль и толкаю всех троих в портал, крича им, чтобы они убирались оттуда к чёртовой матери.

Я закрываю портал и оборачиваюсь как раз в тот момент, когда из-за угла с криками выбегает первый из диких призраков.

Впервые я увидел привидение, когда мне было семь лет. Моя сила уже проявилась, и, как вы запираете все остатки еды, когда у вас есть щенок, которому нельзя доверять, чтобы он не стащил все до последней крошки, моя семья должна была принимать меры предосторожности, чтобы в доме ничего не умерло. Потому что оно никогда не оставалось мертвым или, по крайней мере, неподвижным надолго.

Позже, когда я научился лучше контролировать свою силу, если что-то умирало, как, например, несколько кошек, которые заходили под наше крыльцо и падали замертво, я поднимал их, вел по улице и отпускал там. Это было похоже на мусор, который сам себя вывозит. Но я еще не видел призраков. Я смутно ощущал их присутствие, у меня было чувство, что вокруг много людей, что я никогда не был по-настоящему один.

Мои родители не знали, чего ожидать от ребенка, который может видеть мертвых. Когда мои невидимые друзья начали рассказывать мне о том, как их убили, это выбило их из колеи.