Чтение онлайн

Я с ней согласен, но не хочу ей об этом говорить. Из-за импульсивности люди погибают. Уж я-то знаю.

— Что ты тогда хочешь сделать?

— Чёрт, да просто ворваться туда и всех убить.

— Я бы хотел сказать, что буду прямо за тобой, но ты меня обгонишь. И как только ты начнёшь бежать, он точно поймёт, что мы здесь.

— Нет, он поймёт, что я здесь. И я смогу увернуться от всего, что он в меня бросит.

Есть момент, когда уверенность в себе превращается в самоуверенность, а та в глупость. Мы уже давно прошли этот момент, поэтому я говорю:

— Давай сделаем это.

Она удивлённо смотрит на меня.

— Серьёзно?

— Я не особо известен своим самоконтролем.

— Тогда увидимся внизу.

— Удачной охоты. Не попадись в ловушки. Если я замечу, что какая-то из его призрачных бомб взорвалась, я постараюсь сообщить тебе об этом по рации.

Она кивает, крепко сжимает дробовик и принимает стартовую стойку бегуна.

— И ещё кое-что — говорю я — Не умирай. Я этого никогда не переживу.

— Поняла — отвечает она. Я чувствую, как её магия вспыхивает, как сигнальная ракета, и она исчезает.

— Возможно, ты только что отправил её на верную смерть — Зал наполняется запахом дыма и роз. Санта Муэрте появляется передо мной.

— Думаю, я сделал это, когда спросил, не хочет ли она пойти с нами.

— Эрик, уже третий день.

— Да. Но третий день ещё не закончился. Если я не доведу дело до конца, то буду злиться всё то время, что проведу в Миктлане, а тебе бы не хотелось, чтобы я злился. Я как грёбаный ребёнок. Все будут говорить: "Этот клоун главный? — а потом начнут гадать, что у тебя за вкус в мужчинах.

Санта Муэрте меняется, сжимается. Плоть облегает кости, пока её место не занимает Табита.

— У меня отличный вкус в мужчинах — говорит она — Ладно. Закончи это. Но если к полуночи ты не закончишь, то отправишься туда, независимо от того, закончу я или нет.

— Это полночь по тихоокеанскому времени?

— Эрик.

— Отлично. Полночь. Тогда увидимся. О, а ты, случайно, не знаешь, действительно ли он там?

— Да. Он там, внизу, всё ещё готовится. И тебе нужно поторопиться. Он почувствовал магию Индиго и собирается ускорить процесс жертвоприношения. Давай я помогу.

— Как.. — свет в коридоре гаснет, и освещённый налобным фонарём коридор внезапно сменяется просторным помещением, по краям которого горят промышленные лампы, питающиеся от генератора в углу.

На полу лежат тела. Много тел. Сорок? Пятьдесят? Некоторые из них похожи на бездомных. Другие выглядят так, будто их схватили, когда они возвращались домой с работы. Здесь есть люди в уличной одежде, полицейские, пожарные и солдаты Национальной гвардии. Пара человек в лабораторных халатах. Довольно много китайцев, некоторых из них я, кажется, видел в зале для игры в маджонг. Похоже, Фань наводит порядок и избавляется от старой гвардии. Все они без сознания, но живы. Так что у них есть преимущество.

Каждый человек связан с другими сложным сигилом, нарисованным на полу серебряной краской. Каждая точка сигила соединяется с несколькими другими. В центре сигилы стоит поддон, доверху набитый стопками бумаги для жертвоприношений. Куча выглядит так, будто её в два или три раза больше, чем та, которую я использовал в Городе-крепости. С одной стороны, окружённый серебряным кругом с лучами, расходящимися к остальным точкам сигилы, стоит Фань.

Он не выглядит особенно радостным при виде меня. Жалко. Я очень рад его видеть. Я поднимаю "Бенелли" и делаю пару выстрелов картечью. Пули замирают в воздухе, окутанные магической аурой его щита, а затем с грохотом падают на землю.

— Как, чёрт возьми, ты оказался здесь раньше меня? — спрашивает Индиго, внезапно останавливаясь рядом со мной.

— Моя жена подвезла меня. Кажется, сейчас начнётся фейерверк.

Она видит Фана и разряжает в него весь магазин своего "Бенелли". Эффект тот же.

— Чёрт возьми.

— Я бы сказал тебе не тратить патроны, но не хотел прерывать твой поток. Ты выглядела очень решительной.

Я слышу, как с другого конца зала бегут Габриэла и Летиция. Летиция делает то же самое со своим "Глоком", и, конечно же, пули замирают в воздухе и падают на пол.

Я машу им.

— Эй! Вы не умерли — Мне приходится кричать, чтобы перекрыть шум генератора, к тому же у меня звенит в ушах от выстрела из дробовика 12-го калибра, который прозвучал рядом с моей головой, когда я этого не ожидал.

Они направляются к нам, обходя сигил.

— У него в туннеле было несколько самодельных взрывных устройств, но это всё — говорит Габриэла — А у тебя?

— Путь свободен. Я прошёл половину пути, а Индиго пробежал остаток.

— И он всё равно добрался сюда раньше меня. Не знаю как.

— Может, сосредоточимся на нём? – говорю я. Я вижу, как шевелятся губы Фана, но не слышу его. Магия в этом месте нарастает, и он уже начинает потеть. Я чувствую, как призраки из Скид-Роу пытаются отойти подальше, но их притягивает к нему.

— Что происходит? — спрашивает Индиго.

— Он затягивает призраков, как рыбу в траловую сеть — говорю я. Жаль, что я не знал об этом заклинании двадцать лет назад. Это сэкономило бы мне кучу времени и сил — Как только они окажутся достаточно близко — а я не знаю, насколько близко для него — он активирует заклинание, перенаправит большую часть силы на всех этих людей, чтобы она не поджарила его мозг, а затем притянет их к купюрам на поддоне.

— Можем ли мы стрелять по его щиту, пока он не рухнет? — спрашивает Индиго.

— Вряд ли — отвечаю я — Я видел, как он использовал его, чтобы защититься от одной из вихревых гранат Габриэлы.

— Вихревых гранат? — переспрашивает Габриэла.

— Так проще, чем говорить "шарики, которые взрывают все вокруг, а затем засасывают в адское измерение.

— Он выжил после этого? — Она тихо присвистывает от удивления — Черт. Он лучше, чем я думала. Вихревые гранаты. Мне нравится, как это звучит.

— Если мы не можем вытащить его оттуда, что нам делать? — спрашивает Летиция — Что, если мы сосредоточим на нем всю нашу магию? Он не сможет противостоять нам всем.

— У меня есть идея получше — говорю я — Мы подождем.

— И что? — спрашивает Габриэла — Будем сверлить его взглядом, чтобы он почувствовал себя неловко?

— Мне не нравится эта идея — говорит Индиго и разряжает в Фана ещё один магазин. Щит останавливает пули, но Фан вздрагивает от выстрела. Как и все мы.

— Не могла бы ты предупреждать нас, прежде чем разряжать оружие прямо у меня над головой?