Чтение онлайн

Не прерывая работы, бритоголовый мельком глянул на Генри и спросил:

–  Это что за киска к нашей миске?

–  Я… э-э-э… я Генри, - нервно отозвался мальчик.

–  Генри, а как дальше?

–  Э-э-э… Бон.
– Генри и сам не знал, почему назвал эту фамилию. Просто ему вдруг показалось, что фамилия Юбим в данный момент ничего хорошего не принесет.

–  Сам, что ли, точно не знаешь, как твоя фамилия?
– Бритоголовый хмыкнул и продолжал забивать гвозди.

–  Знаю, и вполне точно, не волнуйтесь.

–  У нас тут еще один Бон учится, жуткое дело, а не Бон.

–  Он мой кузен.

–  А-а, так ты, поди, тоже из этих одаренных ребятишек? Одни неприятности от вас всех, малец, вот что я тебе скажу.
– С этими словами бритоголовый бахнул молотком по двери так, что стены задрожали.
– Вон, полюбуйся, один из ваших дверь раскокал, тот, который мастер бури устраивать. А я теперь чини. Чтоб ему пусто было!

–  Ого!
– вежливо удивился Генри и бочком двинулся к выходу в сад.

–  Псину выгуливать пошел?
– спросил ему вслед бритоголовый.

–  Что-что?
– Генри на всякий случай ускорил шаг.

–  Собаку, говорю. Дурная псина совсем, и страховидная к тому же.

Под ногами у Генри кто-то запыхтел; он опустил глаза и обнаружил Душку, искательно вилявшего хвостом.

–  Да, конечно. Пошли, песик, гулять, гулять.
– И он быстренько шмыгнул в сад.

На улице Генри вздохнул с некоторым облегчением. Душка, который не отставал от него, выглядел каким-то обеспокоенным, озирался и принюхивался.

–  Ты чего?
– Генри потрепал пса за уши. Душка был не красавец, это точно, но в выражении его складчатой пожилой морды было что-то стариковское, унылое, и Генри сделалось его жалко.

Посреди сада четверка мальчишек увлеченно гоняла в футбол, поднимая тучу брызг и ничуть не смущаясь снежной кашей под ногами. На Генри и Душку игроки не обратили ни малейшего внимания. Затем Генри миновал огромное поваленное дерево, распиленное на куски. Ему страшно захотелось попрыгать по этим колодам, но впереди соблазнительно маячили руины, и Генри вспомнил, что время терять нельзя.

По мере того как Генри приближался вплотную к развалинам, сердце у него все сильнее колотилось от восторга и предвкушения. Чувствовалось, что место это старое, даже древнее, и от него исходило ощущение неопределенной опасности. Генри живо представил себе, как рыцари в полном вооружении штурмуют стены красноватого камня, как с пронзительным ржанием несутся внутрь руин боевые кони, как свистят в воздухе стрелы. Он уже собирался войти под арку, но тут его окликнули:

–  Эй, парень, иди-ка сюда!

Генри нагоняли два мальчика постарше, оба в фиолетовых плащах и с редкостно неприятными и враждебными физиономиями.

–  Ты кто?
– еще издали спросил тот, что был повыше.

Генри, не раздумывая, сиганул внутрь руин и оказался во внутреннем дворике, из которого расходилось пять коридоров. Он метнулся в тот, что был посредине. Генри бежал со всех ног, но слышал позади голоса тех мальчишек. Коридор вывел его в следующий дворик, Генри пересек его, кубарем скатился по каменной лестнице со стертыми ступенями и вылетел на травянистую прогалину, окруженную покалеченными статуями - та без головы, та без рук. А посреди прогалины на монументальной надгробной плите из тесаного камня сидели две девочки в фиолетовых плащах, одна - изящная, смуглая, в золотых очочках и с темной косичкой, а вторая - румяная, бойкого вида и с противоестественно-синими волосами.

–  Привет, - пропыхтел Генри, - я…

–  Ты ведь Генри?
– перебила его синеволосая.
– Чарли мне о тебе говорил. Тебя ищут, ты в курсе? С самого утра вся академия на ушах стоит. Манфред перерыл всю музыкальную башню, даже книги с полок повыкидывал. Он прямо лопался от ярости. Да, кстати, я - Оливия, а это Бинди.

–  Очень приятно с вами познакомиться.
– Генри подошел поближе, чтобы пожать им руки.
– Как поживаете?

–  Ого, какой ты воспитанный!
– восхитилась Оливия.
– Это, наверно, потому что старый?

–  Кто старый - я?
– удивился Генри.
– Ах, ну да, с вашей точки зрения, я, конечно, весьма преклонных лет. Но чувствую себя на одиннадцать.

–  Да и я примерно на столько же. Но мне одиннадцать и есть. Вообще-то обычно мы с Бинди в субботу уезжаем, но нас оставили после уроков.

Над головой у них послышались крики, и по ступенькам на прогалину прошлепал Душка.

–  Должно быть, пес их сюда и привел, - понизив голос, сказал Генри.
– За мной гнались два мальчика, один высокий и с прической как у девочки.

–  А, с хвостом, - догадалась Оливия.
– Это Манфред Блур, староста.

–  Нельзя, чтобы он тебя нашел, - решительно заявила очкастая Бинди.
– Прячься быстренько.

Девочки пушинками вспорхнули с каменной плиты, а затем не без труда сдвинули ее, и перед глазами Генри открылся темный провал, из которого пренеприятно пахло плесенью, гнилью и еще всякой гадостью, о которой даже думать не хотелось.

–  Залезай, - скомандовала Оливия.
– Да не бойся, дышать там можно. Мы уже пробовали.

Манфред наверху опять что-то крикнул, и Генри поспешно залез в саркофаг. Девочки общими усилиями вернули плиту на место, но не до конца - осталась щелка, пропускавшая воздух. Затем они, как ни в чем не бывало, уселись обратно и напустили на лицо беспечное выражение. И вовремя - по лестнице вихрем пронеслись Манфред с Азой.

–  Мальчишку не видели? Незнакомого?
– отрывисто спросил Манфред.

–  Нет, но мы видели Даниэля Бенбери.
– Оливия назвала мальчика с музыкального отделения, соответственно тоже носившего синий плащ и к тому же примерно одного роста с Генри.
– Он во-о-он туда побежал!
– Она указала на самую дальнюю арку.

–  Бенбери? Уверены?
– Желтые глаза Азы подозрительно сузились.

–  А то! Конечно!
– поспешно ответила Бинди.
– Он насвистывал на ходу. Он же всегда насвистывает.

Преследователи ринулись в указанном направлении.

Изнутри саркофага раздалось нервное постукивание.

–  Чш-ш!
– зашипела Оливия.
– Сиди тихо. Вылезать пока нельзя. Они могут вернуться.

Увы, она оказалась права. Через несколько минут Манфред с Азой прибежали обратно.

–  Он точно побежал туда?
– с нажимом спросил Манфред.

–  Чтоб мне лопнуть, если вру!
– убежденно воскликнула артистичная Оливия, и лицо у нее было честное-пречестное.
– Только он потом почему-то выбежал из другой арки и умчался наверх. Вы, наверно, разминулись.

–  А кстати, чем он провинился?
– невинно поинтересовалась Бинди.

–  Не твоего ума дело, - грубо отрезал раздосадованный и взлохмаченный Манфред, приглаживая волосы.

–  И вообще мы не его ищем, - ляпнул Аза.

Манфред метнул на него испепеляющий взор.