Чтение онлайн

Уэс бледнеет. Встает и пытается взять меня за руку, но я вырываюсь. Мне нужно немного пространства.

— После аварии мне даже дышать стало трудно, а он явился просить меня помочь тебе. Меня. Ту, которая никогда тебе даже не нравилась! Ту, которую ты ненавидел за то, что я любила его. Ту, которую ты хотел вычеркнуть из его жизни!

Уэс трет лицо, а затем проводит руками по голове.

— Я не хотел, чтобы ты исчезала из его жизни! — кричит он, внезапно тоже утратив контроль. — Я хотел, чтобы ты с ним порвала, потому что я был влюблен в тебя! Я хотел, чтобы ты стала моей.

Глава 23

Уэс был влюблен в меня? Мир вокруг начинает кружиться, и я с глухим «бум» плюхаюсь на столик для пикников. Потом поднимаю глаза. Я не в силах это переварить. Это попросту невозможно. Уэс беспомощно глядит на меня. Я отвожу глаза первой и пытаюсь глубоко дышать через нос, потому что чувствую, что вот-вот потеряю сознание или меня вырвет. Или и то, и другое разом.

Уэс садится напротив и бросает между нами рюкзак. Прежде чем я успеваю понять, что происходит, он достает мою старую шкатулку Hello Kitty и протягивает ее через стол.

— Открой ее.

Мне вдруг становится страшно смотреть, что там внутри, но я должна это сделать, ведь я давно сгораю от любопытства. Отстегнув маленькую ржавую защелку, я осторожно открываю ее, а затем ахаю.

Когда нам было по девять, я решила, что выйду замуж за них обоих. Я села во дворе продавать лимонад, а затем потратила с трудом заработанную горсть четвертаков на пару дешевых колец из автомата со жвачками в продуктовом. Я купила одно и себе, а затем объявила мальчишкам, что все мы помолвлены. Кольца с большими сердечками были девчачьими, а дешевый металл оставлял на наших пальцах зеленые полосы, но Уэс и Спенсер с гордостью носили их все лето.

Все три кольца лежат в моей старой шкатулке для украшений. Мое надежно закреплено в маленькой прорези для колец, а кольца Уэса и Спенсера лежат в пластиковых коробочках, в которых они продавались. В шкатулке есть еще одна вещь: лист бумаги, свернутый в трубочку и перевязанный моей старой ленточкой для волос.

Слезы щиплют глаза, когда я вытаскиваю колечко и надеваю его на мизинец.

— Я думала, что потеряла его.

— Оно было в шкатулке, когда мы забрали ее, — бормочет Уэс. — И это подало нам идею добавить к нему и свои.

Когда я поднимаю глаза, он пристально смотрит на стол, потирая покрасневшую шею.

— Ты говорил, что вы закопали шкатулку, когда вам было одиннадцать? — уточняю я.

Его взгляд, по-прежнему отказываясь встречаться к моим, скользит к капсуле времени.

— Угу.

— Я подарила вам кольца, когда нам было по девять. Вы их сохранили?

— Конечно. — Уэс поводит плечом. — Мы были мальчишками, безнадежно влюбленными в одну и ту же девчонку.

Уэс со вздохом достает пластмассовую коробочку со своим кольцом и открывает ее.

— Прочти договор.

— Договор?

Уэс ничего не объясняет, поэтому я достаю свиток и развязываю старую ленточку. Договор написан корявым мальчишеским почерком, и в нем говорится, что поскольку они оба влюблены в меня и не могут решить, кто из них должен стать моим парнем, то ради их дружбы ни один из них никогда не пригласит меня на свидание. Даже под страхом смерти — так написано в самом низу.

Это так забавно, так глупо и так… похоже на них, что у меня вырывается смешок, и я проглатываю ком в горле. Как только я убеждаюсь, что мой голос будет звучать ровно, я спрашиваю:

— Что за пятна под вашими именами? Вы что, между делом лопали шоколад?

Уэс смотрит на договор, и его губы изгибаются в полуулыбке.

— Это кровь.

Я в шоке, но мне в то же время смешно.

— Вы подписали его кровью?

Уэс наконец-то встречается со мной взглядом.

— Нам было одиннадцать.

— Что вы сделали? Кололи себя детскими ножницами?

Уэс снова отводит глаза, но улыбается, глядя на траву.

— Расковыряли болячки.

— Ох, ну и гадость! — Я со смехом роняю испачканную кровью бумагу на землю.

Уэс тоже хихикает, но его веселье длится недолго.

— Помнишь ту вечеринку у Триши? — Его голос становится каким-то пустым, а взгляд затуманивается. — Когда нам было тринадцать, и мы играли в бутылочку?

Помню ли я? Конечно же помню. В тот вечер я впервые поцеловалась и наконец сделала выбор между Уэсом и Спенсером. Тот вечер изменил мою жизнь.

— Когда Триша предложила сыграть, мы со Спенсером договорились, что если бутылка укажет на одного из нас и тебя, то на один вечер договор можно нарушить. Всего один раз. Мы дали друг другу зеленый свет.

Я вздрагиваю. Так это и есть то, что имел в виду Спенсер? Что теперь, когда его нет, Уэсу можно попробовать завоевать меня?

— Когда пришла твоя очередь…

— Бутылка указала на Спенсера, — заканчиваю я.

Уэс убирает кольцо обратно в шкатулку и смотрит мне прямо в глаза.

— Да. Она указала на Спенсера, и твое лицо засияло так, как я никогда прежде не видел.

У меня сдавливает в груди. Я обрадовалась, что мне выпал Спенсер, потому что бутылка едва не указала на Джейка. Но я была бы не менее счастлива, если бы мне пришлось поцеловать Уэса.

— Всю следующую неделю ты парила от счастья, — печально вспоминает Уэс. — Когда ты попросила его стать твоим парнем, он отказался — из-за нашего договора. Но его отказ так расстроил тебя, что я уступил. Я сказал, чтобы он согласился. Я дал ему зеленый свет.

На минуту я лишаюсь дара речи.

— Ты сказал ему стать моим парнем?

Все эти годы я думала, что Уэс ненавидит меня из-за того, что я стала встречаться со Спенсером. А он, оказывается, сам настоял на том, чтобы мы были вместе.

— У меня не было выбора. Ты так грустила, что больно было смотреть. И я знал, что этого хочет Спенсер. Из верности мне он сказал тебе «нет», но я видел, как сильно это его убивало. Его потрясло, что ты выбрала не меня, а его. Он просто не мог в это поверить. Я не мог стоять на пути счастья двух своих лучших друзей.

Все это… ошеломляет. Нет, конечно, история в точности совпадает с тем Уэсом, с которым я выросла. Он мог быть настолько самоотверженным — в этом сомнения нет. Но остальное просто не укладывается в голове. Я закрываю глаза и пытаюсь переосмыслить те годы боли, которую он мне причинил.