Чтение онлайн

Я рассказываю им все. Говорю, говорю, говорю… Это лучшая терапия за всю мою жизнь. И они слушают. Не перебивают, не задают вопросов, не называют меня сумасшедшей. Они просто позволяют мне выговориться, а затем мы снова сидим в тишине. Шарлотта нарушает молчание первой. В ее голосе слышится улыбка, когда она говорит:

— Я так и знала, что он влюблен в тебя.

Я давлюсь изумленным смешком.

— После всего, что я вам рассказала, ты обратила внимание только на это?

Джулия и Шарлотта хихикают.

— В данный момент это кажется наиболее актуальным, — объясняет Шарлотта. — То, что ты рассказала о Спенсере, немного из раздела фантастики, но мне кажется, что он здесь лишь для того, чтобы помочь, и надолго не задержится. Так что неважно, правда ли он приходит тебе или ты создала его в голове, чтобы помочь себе исцелиться. И то, и другое нормально. Все остальное, о чем ты нам рассказала, теперь в прошлом. Его уже не изменишь, но ты можешь повлиять на свое будущее и настоящее, а это, моя девочка, Уэс.

Я делаю глубокий вдох.

— Но смогу ли я простить его? Как мне любить его после того, как он признался, что смерть Спенсера принесла ему облегчение, потому что после нее у него наконец появился шанс со мной?

Джулия берет меня за руку и тихо спрашивает:

— Ты винишь его в смерти Спенсера — теперь, когда ты все узнала?

Мой ответ мгновенный и уверенный.

— Конечно, нет.

— Ты считаешь его плохим человеком?

Я качаю головой. Уэс максимально далек от слова «плохой». Он добрый, заботливый, бескорыстный. Я же видела его с Рози и другими больничными пациентами. Он хочет стать врачом. Хочет спасать жизни, а не уничтожать их.

— У нас у всех бывают моменты затмения, Бэй, — произносит Шарлотта, кладя голову мне на плечо. — Мы не можем противиться нашим инстинктам и чувствам. Ты же сама говорила, что от этих мыслей ему было противно.

— Было, — бормочу я. — Вы бы видели его лицо. Он испытывал отвращение к самому себе. Не думаю, что в мире есть человек, который ненавидит себя больше, чем Уэс.

— Что ж, — говорит Джулия, словно дело закрыто, и ответ очевиден. — Я не думаю, что есть что прощать. Уэс переживал очень трудное время и справлялся с этим, как мог. — Она с серьезным лицом поворачивается ко мне. — Тебе ведь тоже кое-что об этом известно, верно?

Определенно. Ведь я год была не в себе и причинила много боли друзьям и семье. Я не лучше, чем Уэс, и виновата во всем, что случилось, не меньше.

Шарлотта права: нам не под силу контролировать свои чувства. Встречаясь со Спенсером, я была самой счастливой девушкой на земле. Но все-таки когда меня поцеловал Уэс, не смогла противостоять пробужденным им чувствам. То, что я сделала, было хуже, чем то, что после гибели Спенсера испытывал Уэс. Ведь я ответила на его поцелуй, я растворилась в нем и наслаждалась каждой секундой — до тех пор, пока не услышала тяжкий вздох Спенсера, и меня не настигла реальность. Может, Уэс и обрадовался тому, что Спенсер больше не стоял у него на пути, но он сделал все, чтобы скрыть это чувство.

Джулия тоже права. Мне нечего прощать Уэсу. Я не сержусь на него. И больше не расстроена из-за его чувств. Они были настоящими. Он не мог им противиться.

Я вздыхаю, когда с моей груди спадает еще один груз. И Шарлотта с Джулией понимают, что я приняла это.

— Так что же ты собираешь делать? — спрашивает Джулия.

Я, не имея понятия, пожимаю плечами, и тогда Шарлотта пугает меня новым вопросом:

— Ты любишь его?

— Я… — Мое сердце замирает, пропуская удар, а затем, словно пытаясь наверстать упущенное, ускоряется. — Я не знаю. Наверное, в каком-то смысле я всегда любила его. Но не так, как Спенсера.

Шарлотта терпеливо улыбается.

— Конечно, не так. Уэс не Спенсер. Любовь индивидуальна, как снежинки. Вместо они — снег, но по отдельности уникальны. Люди разные, и ты будешь воспринимать их по-разному. Будешь любить их по-разному. Но то, что твои чувства другие, не значит, что они не любовь.

Мне нравится ее аналогия. Не стала ли она такой проницательной, потому что тоже пыталась перебороть свои чувства? Должно быть, ей было трудно признать, что она отличается от большинства. Можно представить, с каким смятением в сердце ей пришлось разобраться, чтобы понять, что лишь то, что она любит иначе, не делает ее чувства менее важными и реальными, чем у всех остальных.

— Ты права, — шепчу я. Ее мужество придает мне новые силы. — Я правда люблю его. Не так, как люблю Спенсера, но это любовь.

Шарлотта забрасывает руку мне на плечо и ласково обнимает.

— Ну, тогда все решено.

— Что именно?

— Я совершу окончательный каминг-аут.

— Что?

Мое замешательство веселит ее.

— Джулию пригласил на бал Юри, ты пойдешь с Уэсом, и я не собираюсь торчать там одна. Так что, похоже, Ракель придется до субботы купить себе платье, — усмехается она. — Хотя вряд ли ее это расстроит.

— Подожди. — Мое сердце снова начинает беспорядочно колотиться. Я чувствую, как возвращается паника. — То, что я признала свои чувства к Уэсу, это одно, но я не думаю, что смогу признаться ему самому.

— Что? Почему? — Джулия хмурится, словно я полная идиотка, и этим смешит меня. Вот к такому поведению своей младшей сестры я привыкла.

— Просто все сложно. — Ужасающе сложно. — Уэс и я… у нас слишком много общего багажа. И ему словно больно быть со мной рядом. Я не знаю, сможем ли мы когда-нибудь оставить все позади, чтобы иметь здоровые отношения.

— Ты не узнаешь, если не попробуешь, — настаивает Шарлотта.

Я решительно мотаю головой, все еще борясь с волной страха, который вселяют в меня отношения с Уэсом.

— Не думаю, девочки. Я к этому не готова.

Они обе вздыхают.

— Ну, я все равно заставлю Ракель купить платье. На всякий случай. И учитывая, что у нее всего пара дней, мне стоит позвонить ей прямо сейчас, — Шарлотта снова обнимает меня. — Ты в порядке? Если тебе еще нужна компания, я не уйду.

Как же мне повезло, что я нашла эту девушку и помирилась с сестрой. Может, господь и правда заботится обо мне. В конце концов, он послал ко мне Спенсера.

— Теперь я в порядке, — уверяю я, крепко обнимая ее, а потом обнимая и Джулию. — Девочки, спасибо, что выслушали меня и не подумали, что я совсем спятила.

— О, нет. Ты реально чокнутая, — шутит Джулия. — Но мы все равно тебя любим.

Хихикая, я отталкиваю ее, чуть не скинув с кровати. Она встает, потягивается и похлопывает себя по животу.

— Я тебя провожу, Шарлотта. После всех этих девичьих разговоров мне необходим шоколад. Кажется, на кухне еще осталось несколько шоколадных печений из партии, которую вчера сделала мама. — Она улыбается мне. — Не хочешь тоже испортить аппетит перед ужином?