Пробужденный дампир
Шрифт:
Я глубоко вздохнула и повернулась к нему лицом. Он стоял в паре шагов от меня, засунув руки в карманы. Высокие фонари на парковке отбрасывали тень на его лицо, но я видела, что он наблюдает за мной. Я просто не была уверена, что означает выражение его лица.
Я несколько раз открывала рот, чтобы произнести дюжину разных заверений и оправданий, но все они звучали слабо, даже в моем воображении. Я не была уверена, что смогу что-то контролировать. Да, мы с моим дампиром были полны решимости, но решимость не означала успеха.
Мгновение спустя Натан и Эллиотт вышли из-за грузовика, оба с сумками на плечах. Натан остановился рядом с Кенридом, но Эллиотт направился прямо ко мне и заключил меня в крепкие объятия. Я не сопротивлялась. Я обвила его руками за талию и прижалась щекой к его груди. Его сердце стучало у моего уха, чуть быстрее, чем обычно.
— Увидимся через два дня, — прошептал Эллиотт.
В груди у него заурчало, и по всему телу пробежала дрожь. Магия Эллиотта окутала меня. Зеленая дымка, предшествовавшая превращению в волка, окутала нас обоих. Она проникла под мою кожу и коснулась моей собственной магии. Это было так хорошо. Не так, как у Кенрида, но так же правильно. Если магия Кенрида была похожа на мягкий летний дождь, то магия Эллиотта — на то, как если бы мы с любимым человеком уютно устроились под теплым одеялом у камина.
Наше волшебство исчезло, и Эллиотт отпустил меня. Его плечи слегка ссутулились, а руки сжались в кулаки как раз перед тем, как он повернулся и пошел прочь.
Натан шагнул ко мне, прижимая Кенрида к себе. Моя дампирша всплыла на поверхность, но не пыталась взять верх. Она просто смотрела, как меня окутывает его запах. Мне не нужно было, чтобы она говорила мне, что его кровь будет сильнее, чем у Конрада. Я чувствовала силу его магии.
«Мы не можем сдаться», сказала я своей второй половине.
«Нет, не можем», согласилась она.
— Когда ты приедешь к нам домой, тебе нужно будет стать наполовину фейри, наполовину человеком, — сказал Натан. — Я все еще пытаюсь решить, стоит ли нам продолжать использовать твою настоящую личность или придумать новую. Надеюсь, то, что мы найдем в коробках, украденных у Конрада, поможет нам с выбором.
— Хочешь взять их с собой? — спросил Кенрид. — Мы не сможем ничего с ними сделать, пока будем в дороге.
Натан отвел от меня затуманенный взгляд и посмотрел на фейри.
— Хорошая идея.
— Я возьму тележку, — предложил Деймон, направляясь к небольшому терминалу аэропорта, не дожидаясь ответа.
Натан повернулся ко мне, и я задрожала под пристальным взглядом. Несмотря на то, что свет падал на его лицо, я чувствовала, как магия в его крови зовет меня.
— Я доверяю тебе двух моих самых ценных людей и лучших друзей, — прошептал Натан. — Кенрид способен погрузить тебя в магический сон, если потребуется. Не заставляй его принимать это решение.
Все мое влечение к вампиру сжалось в комок негодования. Его слова задели, какими бы обоснованными они ни были. Я была чужой для него — для них всех — и он стольким пожертвовал, чтобы сохранить мою тайну. Я обхватила живот руками и уставилась на потрескавшийся бетон у себя под ногами.
«Придурок!» прошипела мой дампир.
«Нет, он прав», сказала я.
— Обещаю не причинять им вреда и не ставить их в неловкое положение, — сказала я. — Спасибо вам за жертвы, на которые вы все идете и уже пошли, чтобы обеспечить мою безопасность. Я не буду для вас обузой.
По парковке разнеслось несколько глухих стонов, но мне не нужно было отрывать взгляд от земли, чтобы понять, что это Эллиотт и Деймон. Я хотела сказать им, чтобы они остановились, потому что Натан был прав. Но я ничего не сказала, просто продолжала смотреть на бетон. Я и так уже доставила им достаточно хлопот. Спор не улучшит ситуацию.
— Пошли, — сказал Натан, и его сочный аромат исчез.
Я стоял на том же месте, пока они не закончили грузить все коробки на тележку. Эллиотт бросил на меня полный тоски взгляд, прежде чем последовать за Натаном к терминалу.
— Давай, д'Лэй. Нам предстоит долгая поездка, — сказал Деймон. — И мне нужно, чтобы ты села впереди, чтобы я мог восстановить силы.
— Сколько тебе нужно времени? — спросил Кенрид, открывая для меня переднюю пассажирскую дверь.
Я предположила, что он разговаривает с Деймоном, поэтому запрыгнула на переднее сиденье и пристегнулась ремнем безопасности.
— Три или четыре часа, — ответил Деймон, забираясь на заднее сиденье. — Но нам следует остановиться и купить что-нибудь поесть для Лорны, прежде чем я отключусь.
— Хорошая идея, — сказал Кенрид и закрыл мою дверь.
Разговор показался мне немного странным, но я не собиралась отказывать себе в еде. Теперь, когда они упомянули об этом, при мысли о настоящей еде у меня заурчало в животе.
Раздавшийся сзади смешок Деймона сотворил странные вещи с моими внутренностями. Я хотела быть ближе к нему, но знала, что не смогу. Не только из-за предупреждения Натана. Я не была готова испытать свою решимость. Тот факт, что мой дампир не настаивала, заставлял меня думать, что она тоже не была готова. Однако у меня было чувство, что Деймон не станет ждать. Они все хотели выяснить, как далеко смогут зайти, прежде чем мы вернемся в крепость.
Через несколько минут мы снова были в пути. Еще через полчаса заехали в кафе быстрого питания. Я заказала несколько чизбургеров, картошку фри и большую порцию содовой. Кенрид заказал салат и несколько бутылок воды. Заказ Деймона был очень похож на мой.
Я чувствовала себя немного виноватой из-за того, что Кенриду пришлось платить, но на мне не было ничего, кроме одежды Эллиотта. Как только я вернусь в дом Кенрида, мне нужно отдать ему большую часть наличных, которые я сняла со счета. Я оставила все в комнате, которую он разрешил мне использовать, что, наверное, было хорошо.
— Не стоит есть все это сразу, — сказал Кенрид, выезжая из магазина на главную дорогу. — Тебя, скорее всего, стошнит.
Я все равно просмотрела пакеты. Возможно, он был прав, но я умирала с голоду. К счастью, в ресторане наши заказы разделили на три порции. Я передала Деймону его тарелку, а тарелку Кенрида положил на центральную консоль, размышляя, как он станет есть салат за рулем. Может быть, я могу предложить ему сесть за руль, чтобы он мог поесть.
Я нахмурилась, когда меня осенило.