Чтение онлайн

Меню было закрыто.

— Выбирай что хочешь, а я пока закажу стейки.

Ожидая большего, Елена сверлила меня взглядом. Когда я не ответил и продолжил смотреть, она закатила глаза и посмотрела в меню. Официант вернулся с вином. Я взял предложенный им бокал, сделал глоток, пробуя, и коротко кивнул в одобрении, чтобы он наполнил наши бокалы.

Приняв наши заказы, официант ушёл. Прежде, чем я успел спросить Елену о том, как прошёл её день, завибрировал мой телефон. Я достал его и резко отвернулся от стола.

— Ответь, — она кивнула на телефон. — Это может быть кто-то из ресторанов.

Вряд ли.

Проведя пальцем по экрану, я отошёл от стола и увидел, что меня ждало сообщение от папы. Прекрасный способ, чтобы испортить отличный вечер.

Папа: Ты завтра будешь в боксе?

— Дерьмо, — пробормотал я себе под нос.

Я: Конечно. Спасибо.

Я поставил телефон на беззвучный режим, — то, что нужно было сделать ещё когда мы были дома.

— Всё в порядке? — спросила Елена, когда я вернулся. Беспокойство читалось у неё на лице.

— Папе необходимо, чтобы я встретился с клиентом завтра вечером.

— Хорошо. Разве ты не всё время это делаешь?

Пришло время раскрыть карты и увидеть её реакцию.

— Не по своему выбору.

Она ахнула.

— Ты хочешь сказать, что твой отец заставляет тебя это делать?

— Нет, — я потёр заднюю часть шеи, массируя мышцы. — Во всяком случае, это не совсем так. После того, как папа оплатил моё обучение в кулинарной школе, он попросил меня взять на себя эту часть бизнеса. Он так много сделал для меня, что я не смог ему отказать.

Подняв бокал, она сделала глоток и поставила его обратно.

— Буду честна, я не понимаю этого. Каждый день ты подталкиваешь меня, заставляя делать собственный выбор и то, что приносит мнк счастье. Но не делаешь того же для себя.

— Это не одно и то же. Я делаю это, потому что люблю отца, и он любит меня.

Она наклонила голову и откинулась на спинку стула.

— Это было подло.

— Чёрт, — я потянулся к ней. — Это не то, что я имел в виду.

Она отодвинулась, и её глаза сфокусировались на чём-то в другой стороне комнаты.

— Тогда объяснись, потому что это действительно прозвучало так, словно ты напоминал мне, какой глупой я была, делая всё это для Доминика, в то время как он обращался со мной как с дерьмом.

— Елена, посмотри на меня.

Она сделала, как я попросил.

— Не смей думать, что это подействует на меня сейчас. Ты можешь разговаривать так со мной в спальне, но не во время спора.

Потянувшись к бокалу, я ощутил, как её слова морозом опустились на мою руку. Никто, ни мужчина, ни женщина, никогда не говорили со мной подобным образом, но это делало меня твёрдым как камень.

— Что, прости?

Скрестив руки на груди, она огрызнулась:

— Что, не думал, что я могу ответить подобным образом?

— Мне интересно, почему ты говоришь со мной таким тоном, — возразил я, имитируя её позу.

Её плечи оставались в напряжении, словно она готовилась к бою.

— К чему ты клонишь?

Блядь, она не собирается уступать.

— До того, как ты сорвала на мне злость, я пытался сказать тебе, что я не это имел в виду.

— Тогда что ты имел в виду?

Я стиснул зубы, пытаясь сохранить хоть какое-то подобие контроля. Рациональная часть моего мозга знала, что ей нужно было постоять за себя. Не имело значения, что я показывал свой характер. Я отпустил его, и он искал крови. Потребовались все мои усилия, чтобы обуздать себя.

— Папа дал мне и Миллеру всё, поэтому, когда он попросил нас взять на себя часть его бизнеса, мы не могли отказаться, хотя, возможно, нам это и не нравилось. Его семья занималась этим в течение многих десятилетий. Правильно это или нет, но это всё, что я умею.

— Ты умеешь готовить. Очень хорошо, могу добавить.

— Да, но он мой отец.

Между нами возникло напряжение. Я взбалтывал вино в бокале, отпивая и ища официанта, чтобы поторопить его. Напряжение медленно покидало её тело.

— Сегодня я звонила родителям.

Святое дерьмо. Этого я не предвидел.

— Что они сказали?

В её глазах появились слёзы.

— Что скучали по мне, и обрадовались, услышав, что я теперь не живу с Домиником.

Мысли об её проживании со мной наполнили мой разум.

— Ты рассказала им о шоу?

Она улыбнулась сквозь слёзы.

— Да. Они очень гордятся мной. Сказали, что хотели бы посмотреть его.

— Почему не могут? Где они живут?

— В Делавэре. Слишком дорогостоящий перелёт ради одного шоу.

— Но они же твои родители?

— Да. Но ты должен понимать, что у моих родителей нет таких денег, как у твоих. Такой билет будет стоить около шестисот долларов каждый. И это не включая гостиницу.

В голове появилась идея. Мне просто нужно понять, получится ли у меня.

— Я не осознавал, что перелёты такие дорогие, — сказал я, запинаясь и надеясь, что она не поймает меня на том, о чём я думал на самом деле.

Официант вернулся с её салатом. Он заметил мой бокал, и когда я вновь взглянул в его сторону, тот уже был полон.

Принесли остальную часть нашего заказа, и мы принялись за еду в тишине. Когда съели половину, Елена отложила вилку и посмотрела на меня:

— Мне кажется, если бы ты поговорил со своим отцом и рассказал ему, что чувствуешь, он не сошёл бы с ума от того, что ты хочешь это прекратить. Всё, что от тебя требуется, это мужество для разговора с ним. И если я могу поговорить с моим папой, то и ты можешь.

— Брось, Елена. — Раздражение в голосе вылилось вместо со словами.

У неё отвисла челюсть, скорее всего, из-за моего тона, но она ответила:

— Отлично. Это твоя жизнь, — и вернулась к еде.

Превосходно. Теперь она на меня злилась.

За ужином мы с Еленой почти не разговаривали, что помогло нам немного успокоиться. Когда тарелки опустели и нам принесли кофе, я наконец-то начал расслабляться впервые после сообщения от отца.

Проверил часы.

— Пойдём? За десертом можно заехать по дороге домой после кино.