Чтение онлайн

— Меня не устраивает только целевое назначение, — ответил он и крепко обнял ее. — Я хочу объявить всему миру, что вы — моя!

— Не мне судить, но распродажу рабов можно было бы устроить получше, — сказала она, глядя на него счастливыми глазами. — Интересно, каким вы будете мужем, неужели деспотичным?

— Вы будете за мной как за каменной стеной, — прошептал он и, усадив ее на колени, стал снова целовать.

Ха! — подумала она. Вам не мешало бы немного подучиться, мистер Лейси! А учителем буду я. Тут она взглянула на пса. Рекс все еще сидел, держа голову на недосягаемой, если так можно выразиться, высоте. Элинор пыталась вскарабкаться на него, но свалилась и теперь сидела между его передними лапами, едва касаясь макушкой подбородка Рекса. Оба были довольны, и Джеб тоже.

Мэг соскочила с коленей Джеба как раз в тот момент, когда в комнату вернулась Энни Мэй, на этот раз в инвалидной коляске.

— Слуг в доме, что селедки в бочке. Эту женщину надо уволить! — заявила она.

— Нашего повара?! — в один голос воскликнули Мэг и Джеб.

— Так называемого повара, — поправила Энни Мэй. — Вы почему не сказали мне, что она жила в Таппаханноке? Она понятия не имеет, как готовить устриц! Кстати, что здесь делали полицейские сегодня утром?

Тут в комнату стремительно вошел Диксон, без пиджака, в одной рубашке, и встал позади бабушки.

— Извините, — сказал он. — Гертруда, кажется, провинилась. Обещаю вам, что такое было в первый и последний раз!

— А стоит ли держать в доме этого здоровенного верзилу? Дворецкий! Ха!

— Он-то чем вам не угодил, Энни Мэй? — удивился Джеб. — Дворецкие отдают распоряжения прислуге, переносят тяжести, вот вас, например.

— Гм! — сказала миссис Хаббард. — Что-то не припомню, чтобы он меня носил… А что полиция тут делала? Знать, о доме пошла дурная слава, раз явилась полиция!

— Ничего подобного. Они просто распространяли билеты на благотворительный концерт. Я купил дюжину билетов в пользу вдов и сирот полицейских, помните, я говорил вам?

Энни Мэй недоуменно огляделась.

— У меня что-то с памятью. Я ничего не помню. Не лучше ли мне поспать перед обедом? Диксон!

Неожиданно сменив гнев на милость, старая дама подала ему знак, и он покатил инвалидную коляску в ее спальню. Как только они ушли, в дверном проеме показалась миссис Брилл.

— Меня уволили?

— Ни в коем случае, — успокоил ее Джеб. — Ох уж эти маленькие старушки, вы же понимаете.

— Я все понимаю, — кивнула головой она. — Я служила в домах, где жили старушки.

— В самом деле, что полицейским тут было нужно? — спросила настойчиво Мэг. — И не пытайтесь уйти от ответа — такого любителя сглаживать углы я еще не видела.

— Смотрю прямо вам в глаза, — пообещал ей Джеб. И затем, подмигнув, рассказал все — разумеется, все из того, что считал нужным рассказать.

— Выходит, мы так ничего нового и не узнали, — сказала она, пытливо всматриваясь ему в лицо.

— Почти ничего, кроме кое-каких сведений о малышке: создается впечатление, что мафиозная банда что-то замышляет, и нам необходимо принять меры предосторожности. Вследствие этого и появился Диксон.

— Диксон? Что он сможет сделать, если над нами нависнет опасность?

— Разве вы не видите, дорогая, какой Диксон богатырь?

— О Госдоди, так он что, телохранитель? — спросила Мэг.

— Правильнее сказать, — чадохранитель, — ответил Джеб.

— Я… Я… — Мэг замялась. — Если бы я так сильно не любила вас, то собрала бы свои вещички и уехала куда-нибудь в глубинку.

— Прекрасная идея! — сказал Джеб. — Возьмите меня с собой!

Энни Мэй вышла к ужину, полная сил и энергии. Джеб вопросительно взглянул на Мэг.

— Я показала ей свое кольцо, — прошептала она. — Бабушка одобрила ваш выбор. Она сказала, что мы с ней должны на один день вернуться в наш дом — завтра, — чтобы провести собрание садоводов, и я нужна ей…

— Чтобы помочь? — предположил Джеб. Мэг отрицательно покачала головой.

— Показать, — поправила она, плавно покачивая рукой и любуясь кольцом. — Вы не возражаете?

— Я? Разумеется, нет. Все, что от меня требовалось, я уже сделал. Единственное, что теперь от меня нужно, так это в соответствующий момент сказать „да“. И я готов, поверьте!

— Вам лучше не отвлекаться от работы над книгой, — охладила она его пыл. — Положить устриц?

— А какой от них прок? Вы случайно не знаете?

— Ешьте, — ласково проговорила Мэг. — Я слышала, это сильно разжигает половое влечение.

— Вы серьезно? — спросил он с явным отвращением. — А какая польза от других блюд? — поинтересовался Джеб.

— Кто их знает! — промурлыкала Мэг. — Может, вам в чем-нибудь повезет?

— Будьте добры, передайте мне устрицы, — попросил Джеб громким голосом.

Энни Мэй широко улыбнулась.

— Какой молодец! — сказала она, протягивая ему глубокое блюдо устриц, обжаренных во фритюре.

Мэг прыснула и уткнулась в салфетку. Этот „молодец“ не тот, за кого себя выдает.

Энни Мэй засиделась дольше, чем обычно, и выглядела счастливее, чем обычно. Яркий сноп разноцветных искр на пальце внучки испепелил ее последние сомнения и подозрения. Уминая ужин, миссис Хаббард обдумывала вслух различные варианты повестки дня завтрашнего собрания садоводов. Мэг внимательно ее слушала. Джеб тем временем поиграл с малышкой, выкупал ее, одел для сна, а в голове у него зрел сюжет нового романа, главными действующими лицами которого будут похищенный ребенок и грешная мать. Мэг, теперь героиня романа, только что вышла победительницей над своей бабушкой и одержала вторую победу — выкрала ребенка, только тогда Джеб почувствовал, что джинн сюжета выпущен из бутылки. Не ограничиваясь перипетиями любви к Мэг, он в равной степени был увлечен юной Элинор, просто Элинор, так как ее фамилия была ему неизвестна. Компьютер живо откликался на прикосновение его пальцев.

Сначала приблизительные, разрозненные слова, перешедшие затем в полнокровный стремительный поток. „Проделки малышки“ — так озаглавил он свой новый роман. Закрученный сюжет, приправленный таинственными похищениями и убийствами, — два убийства втиснуты в сюжет специально для его агента — Сола Берковича. Сол любил пощекотать нервы читателей убийствами и леденящими душу кровавыми эпизодами.

Постепенно в доме воцарилась тишина. Виргиния-стрит опустела. Мэг унесла Элинор наверх. Диксон проверил все замки и поднялся к себе в спальню на третьем этаже. Гертруда ушла домой на Кросс-стрит, а за миссис Брилл заехал муж. Наклонив голову, удобно расположив кисти рук над клавиатурой, чтобы пальцы меньше уставали, Джеб Лейси набирал сто знаков в минуту. События романа развивались по законам жанра.