Чтение онлайн

«Испробуйте Созодонть».

«Покупайте Солнечный Печной Лакъ».

«Испытайте Бензалинъ».

Онъ былъ арестованъ и оказался американцемъ. Во время разбирательства дла судья сказалъ ему:

— Вы пріхали изъ страны, гд всякій наглецъ можетъ безнаказанно профанировать и оскорблять природу, а слдовательно и самого Творца ея, если только это можетъ прибавить хоть одну копйку въ его карман. Но здсь на такіе поступки смотрятъ иначе. Такъ какъ вы иностранецъ, и кром того невжественны, то я налагаю на васъ легкое взысканіе; если бы вы были здшнимъ уроженцемъ, то я поступилъ бы съ вами гораздо строже. Слушайте же и повинуйтесь. Немедленно вы должны уничтожить на памятник Шиллера вс слды вашего оскорбительнаго поступка; вы заплатите десять тысячъ франковъ штрафу; на два года вы будете отданы въ принудительныя работы; затмъ васъ слдовало бы наказать плетью, осмолить и посыпать перьями, отрзать вамъ уши, и, выведя на границу кантона, изгнать навсегда изъ его предловъ. Послднія тяжкія наказанія не будутъ примнены къ вамъ, не изъ снисхожденія лично къ вамъ, но къ той великой республик, которая иметъ несчастіе быть вашимъ отечествомъ.

Пароходныя скамейки были составлены въ два ряда спинками другъ къ другу такъ близко, что волосы на моемъ затылк почти касались волосъ двухъ дамъ, сидвшихъ сзади меня. Вдругъ я услышалъ, что съ ними заговорилъ кто-то изъ подошедшихъ, при чемъ я подслушалъ слдующій разговоръ:

— Вы, кажется, американки? — Я тоже американецъ.

— Да, мы американки.

— Я такъ и зналъ, — я всегда узнаю американцевъ. На какомъ судн прибыли вы въ Европу?

— На «Честер».

— А, знаю. А мы пріхали на «Батавіи Кюнэрдъ»; знаете? Благополучно ли совершили свой перездъ?

— Вполн благополучно.

— Какъ вы счастливы! Во время нашего перехода погода была очень бурная. Капитанъ говорилъ, что никогда еще не видалъ боле скверной погоды. Вы изъ какой мстности?

— Нью-Джерси.

— И я также. Впрочемъ, нтъ, я не то хотлъ сказать; я изъ Новой Англіи. Моя родина Нью-Блюмфильдъ. Это ваши дти? — Принадлежатъ они вамъ обимъ?

— Нтъ, только одной изъ насъ; это мои дти; моя пріятельница не замужемъ.

— Двица, значитъ? Я тоже не женатъ. Вы путешествуете одн?

— Нтъ, съ нами детъ мой мужъ.

— А мы путешествуемъ всмъ семействомъ. Ужасная скука здить одному — не правда ли?

— Полагаю, что да.

— А вонъ опять показалась гора Пилата. Она названа по Понтію Пилату, который, знаете, стрлялъ въ яблоко, положенное на голов и Вильгельма Теля. Въ путеводителяхъ все объ этомъ сказано. Самъ-то я не читалъ, но мн разсказывалъ одинъ американецъ. Я никогда не читаю въ такихъ путешествіяхъ, когда можно и безъ того пріятно провести время. Видли вы когда-нибудь ту часовню, гд Вильгельмъ Тель обыкновенно проповдывалъ?

— Я даже и не знала, что онъ когда-либо проповдывалъ здсь.

— О какже, проповдывалъ. Тотъ же американецъ мн и говорилъ. Онъ ни на минуту не закрываетъ своего путеводителя. Объ этомъ озер онъ больше знаетъ, чмъ сами рыбы, которыя живутъ въ немъ. Часовня эта такъ и называется, часовнею Теля — вы можете спросить у кого угодно. Бывали вы когда-нибудь здсь прежде?

— Да.

— А я не былъ. Это моя первая поздка. Но зато мы бывали въ Париж и въ другихъ мстахъ. Въ будущемъ году я поступаю въ Гарвардъ, а теперь все время изучаю нмецкій языкъ. Пока не изучу его, нельзя и поступить. Это у меня грамматика Отто; лучшая книга, чтобы изучить вс эти «ich habe gehabt haben». Но, правду говоря, я совсмъ не могу заниматься во время такихъ шатаній съ мста на мсто. Если мн и придетъ охота позаняться, то и то я больше старое повторяю: ich habe gehabt, du hast gehabt, er hat gehabt, wir haben gehabt, ihr habet gehabt, sie haben gehabt, что сейчасъ же подйствуетъ на меня, знаете, усыпительно, и я опять дня три не беру книги въ руки. Этотъ нмецкій языкъ ужасно скверно дйствуетъ на мозгъ; необходимо заниматься имъ понемногу, иначе голова пойдетъ кругомъ и все въ ней такъ спутается, точно тамъ масло сбивали. Вотъ французскій языкъ совершенно другое; при изученіи его не можетъ быть ничего подобнаго; съ нимъ у меня не больше хлопотъ, чмъ у гуляющаго съ попавшейся ему сорокой. Вс эти j'ai, tuas, на и такъ дале, я также легко запоминаю, какъ a, b, c. Я отлично обходился и въ Париж и везд, гд только говорятъ по-французски. Въ какой гостинниц вы остановились?

— Въ «Швейцергоф».

— Быть не можетъ! Я ни разу не видалъ васъ въ большой гостиной. а я провожу въ ней большую часть времени, такъ какъ тамъ можно встртить очень много американцевъ. Я длалъ массу знакомствъ… Были вы уже на Риги?

— Нтъ.

— Пойдете?

— Думаемъ идти.

— Въ какой гостинниц думаете вы тамъ остановиться.

— Не знаю еще.

— Остановитесь у Шрейбера, тамъ масса американцевъ. На какомъ корабл перешли вы черезъ океанъ?

— На «Честер».

— Ахъ, да, припоминаю, — я уже спрашивалъ васъ объ этомъ. Но я всегда у каждаго спрашиваю относительно судна и поэтому часто забываю и задаю тоъ же вопросъ снова. Вы подете въ Женеву?

— Да.

— Гд вы тамъ остановитесь?

— Мы думаемъ остановиться въ пансіон.

— Не думаю, чтобы вамъ тамъ понравилось; въ пансіон весьма мало американцевъ. А здсь гд вы остановились?

— Въ «Швейцергоф.»

— Да, я уже спрашивалъ. Но я и о гостинниц всегда всхъ спрашиваю и поэтому у меня въ голов перемшались вс названія гостинницъ. Но это поддерживаетъ разговоръ, а я люблю поговорить. Это доставляетъ мн немало развлеченія въ подобной поздк; вы согласны со мной?

— Да, иногда.

— Пока я могу говорить, я никогда не соскучусь, вроятно тo же самое примнимо и къ вамъ?

— Вообще говоря, да. Но бываютъ и исключенія изъ этого правила.

— Ну, понятно. Я и самъ не со всякимъ въ состояніи говорить. Чуть кто начнетъ безконечную рацею о видахъ, исторіи или живописи или о другихъ подобныхъ-же скучныхъ вещахъ, я сейчасъ же навостряю лыжи. «До свиданія, говорю, мн надо идти, надюсь еще увидться съ вами», — и сейчасъ же ухожу. Вы изъ какой метноcти?

— Изъ Нью-Джерси.

— Ахъ, опять я забылъ, что уже задавалъ вамъ этотъ вопросъ. Видли вы Люцернскаго Льва?

— Нтъ еще.

— И я также. Но тотъ же американецъ, который разсказывалъ мн о гор Пилата, говорилъ, что этотъ левъ замчательнйшая вещь. Длина его цлыхъ 28 фут. Это кажется невроятнымъ, но, тмъ не мене, онъ это утверждаетъ. Онъ видлъ его вчера и говоритъ, что онъ тогда умиралъ; полагаю, что теперь онъ уже умеръ. Но это ничему не мшаетъ, вроятно, изъ него сдлаютъ чучелу. Это ваши дти, или же вашей спутницы?

— Мои.

— Ага, вы уже говорили. Подете вы въ… да, я уже спрашивалъ объ этомъ. На какомъ судн… я спрашивалъ и о томъ. Въ какой гостинниц вы… нтъ, вы уже говорили мн. Позвольте спросить… э… а, какая погода… нтъ, мы уже говорили поэтому поводу. Э, э… кажется, мы говорили уже обо всемъ. Bonjour — весьма счастливъ познакомиться съ вами, mesdames. Guten Tag.

Риги-Кульмъ представляетъ внушительную горную массу въ 6 000 футовъ вышиною, стоящую нсколько особнякомъ; съ вершины ея открывается видъ на громадную площадь, усянную голубыми озерами, зелеными долинами и снжными горами — величественное зрлище на протяженіи цлыхъ 300 миль во вс стороны. Подняться на вершину горы можно или по желзной дорог, или верхомъ, или же пшкомъ, какъ кому боле нравится. Однажды утромъ, когда ярко свтило солнце, запасшись дорожными костюмами, я перехалъ со своимъ агентомъ озеро на пароход и высадился въ деревушк Беггисъ въ разстояніи трехъ четвертей часа пути отъ Люцерна. Деревушка эта лежитъ у caмаго подножія горы.

Вскор мы весело шагали по покрытой листьями тропинк и между нами завязался обычный разговоръ. Наступилъ полдень, день былъ ясный, небо безоблачно, поввалъ легкій втерокъ, подъемъ былъ отлогій, а картины, открывавшіяся при каждомъ поворот дороги, то на голубыя озера съ красивыми парусными лодками, то на причудливо выступающія скалы, были прелестныя, какъ волшебный сонъ. Все шло прекрасно, мы были въ хорошемъ настроеніи и въ недалекомъ будущемъ предвкушали новое наслажденіе — увидть въ первый разъ въ жизни зрлище солнечнаго восхода въ Альпахъ, что и было главною цлью нашего путешествія. Спшить не было, повидимому, никакой надобности, такъ какъ разстояніе отъ Беггисъ до вершины горы во всхъ путеводителяхъ показано не боле, какъ три съ четвертью часа. Я говорю «повидимому» потому, что разъ уже «спутникъ» надулъ насъ относительно разстоянія между Аллерхейлигенъ и Оппенау и съ той поры я постоянно боюсь, что онъ можетъ обмануть насъ вторично. Мы были уврены только относительно высоты горы, разстояніе же въ часахъ отъ подошвы ея до вершины мы разсчитывали опредлить гораздо врне сами при помощи личнаго опыта. Мы знали, что высшая точка горы находится на высот 6.000 футовъ надъ уровнемъ моря; надъ уровнемъ же озера не боле, какъ на 4.500 футовъ. Спустя полчаса посл начала восхожденія мы чувствовали прежнюю бодрость, и желаніе наше достигнуть намченной цли ни мало не уменьшилось; къ тому же мы придумали нсколько облегчить себ трудъ; короче сказать мы наняли мальчугана, которому и поручили нести за собой наши альпештоки, мшки и плащи.