Чтение онлайн

Я и мой агентъ были единственными всадниками. Мы хали впереди на самомъ опасномъ посту, и для безопасности каждый изъ насъ былъ связанъ съ пятью проводниками. Наши оруженосцы несли за нами ледяные топоры, альпенштоки и прочіе снаряды. Мы сидли на очень маленькихъ осликахъ, что было придумано нами въ видахъ большей безопасности; въ случа чего-либо мы могли распрямить ноги и тотчасъ же встать на землю, предоставивъ ослику одному продолжать свой путь. Кстати, я не могу рекомендовать этихъ животныхъ, по крайней мр, для экскурсіи съ цлью удовольствія, такъ какъ уши ихъ заслоняютъ всякій видъ. Мы съ Гаррисомъ имли полный горный костюмъ, но, обсудивъ дло, оставили его дома. Изъ уваженія къ множеству туристовъ обоего пола, собравшихся около гостинницы, чтобы посмотрть на наше шествіе, а равно и къ тмъ, которыхъ мы разсчитывали встртить во время нашего путешествія, мы ршили совершить восхожденіе въ вечернемъ костюм.

Въ четверть пятаго я отдалъ приказъ къ выступленію и мои помощники разошлись на свои мста по линіи. Громадная толпа, собравшаяся у гостинницы «Monte Rosa», съ привтственнымъ крикомъ раздлялась на-двое, какъ только показалась наша процессія. Я скомандовалъ: «Смирно! Шагомъ маршъ!» И моментально зонтики раскрылись на протяженіи всей полмили. Это было прекрасное зрлище, вызвавшее всеобщее удивленіе. Ничего подобнаго не видали до сей поры Альпы. Всеобщій восторгъ чрезвычайно радовалъ меня, и чтобы выказать свою благодарность, я все время халъ съ открытой головой, держа въ рукахъ свою пробковую шляпу. Это былъ единственный способъ, которымъ я могъ выказать свою признательность — я былъ слишкомъ растроганъ, чтобы говорить.

Напоивъ животныхъ и запасшись водою у холоднаго источника, бьющаго неподалеку отъ деревни, мы тронулись дале и скоро оставили за собой предлы цивилизаціи. Около половины шестого мы подошли къ мосту, перекинутому черезъ Виспъ, по которому посл предварительнаго осмотра, произведеннаго особымъ, высланнымъ для этого отрядомъ, караванъ нашъ и перешелъ благополучно на другую сторону. Путь нашъ шелъ теперь слегка въ гору и до церкви Винкельмоттенъ пролегалъ по лугамъ, покрытымъ сочною зеленою травою. Не останавливаясь для осмотра этого зданія, я произвелъ фланговое движеніе направо и перешелъ мостъ черезъ Финделенбахъ, предварительно испробовавъ его прочность. Здсь я повернулъ опять направо и, наконецъ, вышелъ на обширные луга, совершенно пустынные, если не считать двухъ покинутыхъ хижинъ, стоявшихъ на самомъ дальнемъ конц ихъ. Пользуясь отличнымъ мстомъ для стоянки, мы раскинули свои палатки, поужинали, разставили стражу, занесли въ свой дневникъ вс событія дня и легли въ постель.

Встали мы въ два часа ночи и одлись при свт свчекъ, при чемъ порядочно таки прозябли. На потемнвшихъ небесахъ блестло нсколько звздъ, а величественная громада Маттергорна была окутана срою облачною пеленою. Главный проводникъ совтовалъ подождать; онъ говорилъ, что боится дождя. Мы ждали до 9-ти часовъ, а потомъ двинулись дальше при довольно ясной погод.

Путь нашъ шелъ по ужаснымъ крутизнамъ, густо поросшимъ лиственницей и кедромъ, и поминутно прескался глубокими рытвинами, вымытыми дождями и засыпанными камнемъ. Въ добавленіе ко всмъ опасностямъ и трудностямъ, мы поминутно встрчали возвращающихся пшихъ и конныхъ туристовъ, которые въ своей поспшности замшивались въ наши ряды и приводили ихъ въ разстройство.

Положеніе наше становилось все боле и боле затруднительнымъ. Часовъ около двухъ посл полудня проводники наши расположились сдлать остановку и въ полномъ состав, въ числ 17-ти человкъ, принялись совщаться. Просовщавшись цлый часъ, они объявили, что возникшее у нихъ подозрніе, повидимому, оправдалось — другими словами, они полагаютъ, что заблудились. Я удивился и спросилъ, почему они только предполагаютъ, а не з_н_а_ю_т_ъ этого наврное?

— Нтъ, — отвтили они, — сказать съ увренностью, заблудились мы или нтъ, мы не можемъ, потому что никто изъ насъ никогда здсь не бывалъ.

У нихъ было сильное предчувствіе, что они заблудились, но доказательствъ этого никакихъ, если не считать того обстоятельства, что они совершенно не знали, гд мы находимся. Съ нкотораго времени мы перестали встрчать туристовъ, и это принято было проводниками, какъ весьма подозрительный признакъ.

Было ясно, что мы сбились съ дороги. Весьма естественно, что проводникамъ совсмъ не хотлось идти впередъ однимъ и разъискивать дорогу; поэтому мы пошли вс вмст; для большей безопасности мы двигались медленно и осторожно, такъ какъ лсъ былъ чрезвычайно густъ. Шли мы не въ гору, а вокругъ горы, разсчитывая попасть на свой старый слдъ.

Передъ самымъ наступленіемъ ночи, почти выбившись изъ силъ, мы уперлись въ скалу. величиною съ домъ, преградившую намъ дорогу. Препятствіе это лишило моихъ спутниковъ послдняго мужества; ихъ охватилъ паническій страхъ. Плача и всхлипывая, они жаловались, что никогда уже не увидятъ своего дома и своихъ близкихъ. Затмъ они стали обвинять меня за то, что я повелъ ихъ въ эту фатальную экспедицію. Нкоторые даже грозили мн.

Моментъ былъ не таковъ, чтобы выказать слабость. Я произнесъ рчь, въ которой говорилъ, что многіе другіе альпійскіе путешественники находились въ положеніи не мене опасномъ, чмъ наше, но, благодаря мужеству и присутствію духа, счастливо изъ него выпутались. Я общалъ не покидать ихъ; я общалъ спасти ихъ. Указавъ имъ на то, что у насъ достаточно запасовъ, чтобы выдержать цлую осаду, я спросилъ, неужели они думаютъ, что жители Зермата позволятъ безслдно исчезнуть подъ самымъ ихъ носомъ цлой экспедицій и не постараются навести о насъ справокъ? Нтъ, это невозможно; Зерматъ пошлетъ, конечно, экспедицію на поиски, и мы будемъ спасены.

Рчь эта возъимла хорошее дйствіе. Люди съ ободренными лицами схватились за палатки, и прежде чмъ наступила ночь, мы были уже подъ кровомъ. Я былъ чрезвычайно доволенъ, что запасся неоцнимымъ средствомъ, о которомъ, однако же, не упоминается ни въ одной книг, трактующей о путешествіяхъ по горамъ. Я говорю объ успокоивающихъ лекарствахъ. Ее будь у меня этого благословеннаго средства, никто изъ людей ни на минуту не заснулъ бы въ эту ужасную ночь, не будь его они провели бы всю ночь безъ сна и на утро встали бы утомленные, разбитые и неспособные свершить предстоящую имъ тяжелую задачу; для меня же была виски. Итакъ, вс спали въ эту ночь, кром меня и моего агента: бодрствовали только мы двое, да еще буфетчикъ. Я не могъ дозволить себ лечь спать въ такую минуту. Я считалъ себя отвтственнымъ за всхъ своихъ спутниковъ. Я хотлъ быть наготов на случай лавины. Теперь я знаю, что тамъ не могло быть никакой лавины, но тогда я этого не зналъ.

Въ теченіе этой томительной ночи мы наблюдали за состояніемъ погоды и поминутно посматривали на барометръ, чтобы во-время замтить перемну къ худшему. Но за все время инструментъ не показалъ ни малйшей перемны. Невозможно описать словами, какою отрадою была для моего встревоженнаго духа эта постоянность. Правда, барометръ былъ испорченъ и не имлъ другой стрлки, кром неподвижнаго мднаго указателя, но обстоятельство это сдлалось мн извстнымъ только впослдствіи. Если мн случится снова попасть въ подобное положеніе, то я не желалъ бы имть лучшаго барометра.

Люди поднялись въ два часа ночи. Позавтракавъ и дождавшись свта, мы связались веревкою и направились къ скаламъ. Нкоторое время мы при помощи крюка съ веревкою и другихъ средствъ пытались взбираться на нихъ, но успха не имли, т. е., мы не имли особеннаго успха. Однажды крюкъ нашъ зацпился, и Гаррисъ сталъ подниматься по веревк, но внезапно крюкъ сорвался, и если бы не капеланъ, который въ ту минуту сидлъ какъ разъ подъ нимъ, то несомннно Гаррисъ остался бы на всю жизнь калкой. Но онъ упалъ на капелана и спасся. Посл этого я приказалъ прекратить попытки и убрать крюкъ, который представляетъ черезчуръ опасное орудіе тамъ, гд скопляется такъ много народу.

Съ минуту мы стояли, не зная, что длать; но вотъ, кто-то вспомнилъ о лстницахъ. Одна изъ нихъ тотчасъ же была принесена и приставлена къ скаламъ; связавшись попарно, люди начали взбираться. Наверхъ была послана другая лстница, которая могла пригодиться для спуска. Полчаса спустя вс уже были наверху, и скала оказалась побжденною. Въ первый разъ мы издали здсь крикъ восторга. Но радость была кратковременна, такъ какъ кто-то задалъ вопросъ, какъ же поднимемъ мы нашихъ животныхъ.

Это представляло серьезныя затрудненія; мало того, это было невозможно. Мужество нашихъ людей начало колебаться; еще минута и они были бы охвачены паникой. Но въ ту минуту, когда опасность казалась неизбжной, неотвратимой, насъ спасло совершенно невроятное обстоятельство. Одинъ изъ муловъ, съ самаго начала отличавшійся необыкновенною страстью къ различнымъ экспериментамъ, сълъ пятифунтовую банку съ нитроглицериномъ. Случилось это какъ разъ около самой скалы. Взрывомъ всхъ насъ сбросило на землю и засыпало щебнемъ и всякаго рода осколками; мы были сильно перепуганы, такъ какъ грохотъ былъ ужасный, а сила взрыва такова, что дрожала земля. Тмъ не мене мы были чрезвычайно обрадованы, увидвъ, что скала исчезла, и на мст ея образовался провалъ футовъ около 30 шириною и 15 глубиною. Взрывъ былъ слышенъ въ Зермат; часа черезъ полтора посл описаннаго событія на улицахъ этого города многіе жители были сбиты съ ногъ и даже серьезно ранены кусками мяса мула, упавшими туда въ замороженномъ состояніи. Обстоятелство это лучше всего можетъ объяснить, какъ высоко залетлъ нашъ смлый экспериментаторъ.