Чтение онлайн

Расслабившись от внутренних мемуаров, я посмотрел на сияющую Эльвиру. Эх, не особо она застала тех великих годков. И решил от щедрот порадовать ее хоть чем-то. Ведь по моему стойкому убеждению, наши вчерашние интимно-половые контакты не должны были принести никакой взаимной эйфории. Впрочем, пес его знает. Из серии – не был, не знаю.

– Знаете, девушка, я столько передумал, столько прочувствовал, пока шел с вами сюда…

– Еще бы, – не на секунду не усомнилась Эзопова, – такую девку отхватил!

Э-эх, кто о чем, а вшивый об эпиляции.

– Просто я здесь раньше работал, хочу всего-навсего вспомнить молодость и провести для тебя экскурсию. Как в старые времена. В виде творческой благодарности за незабываемую ночь. Представь меня небритого, с похмелюги, короче, ну как сейчас, только моложе лет на двадцать пять. Итак, поехали.

Дамы-господа и примкнувшая к ним Эльвира! Вы находитесь на выставке «Эрос». Лучше бы вы сюда не ходили, но раз приперлись, внимайте.

«Эрос» – слово греческое, ученое, тебе не понять, короче говоря, эрективно приподнятый над суетой процесс, умело афоризированный в детской загадке: «Туда-сюда, обратно – тебе и мне приятно». Ответ «качели» сразу выкиньте из башки. Тут все гораздо серьезней. Условно всю экспозицию можно разделить на три части: 1) голые картинки, 2) просто голые бабы живьем, 3) голые бабы живьем с макияжем, пирсингом, татуировками и, как говорил Высоцкий в «В месте встрече…», прочими причиндалами для кобелирующих особ.

Начнем с первой. Если вы хотите увидеть изображения красивых женщин, купите «Плейбой». Если это не вдохновляет, разденьте жену или любовницу и сфотографируйте. Но представленные здесь полотна художника Григория Потоцкого смотреть категорически не рекомендуется. Представьте, что на них в технике полуабстрактной размазни стоят раком ваша мать, сестра, жена, любимая девушка или, упаси господи, губернатор Санкт-Петербурга Валентина Матвиенко! Представили? После этого хочется зажмуриться и с закрытыми глазами бежать до ближайшего ларька, где остервенело жрать пиво.

А теперь скульптура. Неизвестного мне автора. Видимо, это женские ноги. Но, простите за каламбур, почему у этой дамы ноги вверх ногами. И где, наконец, самые ценные женские органы? Я, конечно, имею в виду уши. Вообще, эта композиция мне напоминает сцену из «Белого солнца пустыни», когда товарищ Сухов откапывает Саида, только Саид вверх ногами и к тому же женщина.

Представляете, как Сухов поливает эти ноги из чайника и роет лопатой.

Все, дамы и господа, с искусством покончено. Перейдем непосредственно к голым бабам. Вот что я скажу вам с полной ответственностью. Сегодня она ходит без штанов, вихляет бедрами, завтра наверняка продаст родину и будет спекулировать телом где-нибудь в Риме! Вы знаете, что, по докладу ООН, а там в этом толк знают, больше половины проституток в мире говорят по-русски. Пятьдесят тысяч наших, с позволения сказать, девушек ежегодно уезжают по этому делу на Запад. Кошмар. А знаете, в царской России основная масса проституток была откуда? Из Евросоюза. То есть из Финляндии, Польши, Франции и Германии. Тут одна надежда на Владимира Владимировича Путина. Он же обещал в недалеком будущем всеобщее благоденствие. Может, они опять по старой привычке к нам попрут, а наши прошмандовки дома останутся, детей воспитывать.

Вон, вон, смотрите, как та особа похотливо грудями помахивает. Вы можете сказать, что, мол, невинная забава – голышом перед мужиками скакать… Ан нет. Вот, например, какой-нибудь гражданин в детстве стекла из рогатки бил, консервные банки к кошачьим хвостам привязывал, а повзрослел – и бац, спер из госбюджета пару миллиардов долларов.

А сейчас перейдем к заключительной части экскурсии. То есть ко всяким пирсингам, татуировкам и вообще фаллоимитирующим членам.

Вот татуировки. Говорят, их начали делать еще дикие вожди из твердокаменного века, чтобы вести учет съеденных идеологических противников. Мастера по этому делу любят рассказывать, что татуировки были даже у государя Николая II. Тут загвоздка. Кто интересно ходил в баню с императором, чтоб нести такую чушь, совершенно не ясно. И вообще непонятно, зачем милые дамы делают эту гадость на теле.

Обратимся к первоисточнику. К роману Дюма «Три мушкетера». Там полкнижки построено на том, чтобы оттяпать башку миледи, которой за безграничное блядство поставили на плече клеймо в виде лилии. Только аристократка это тщательно скрывала, а нынешние, наоборот, выставляют.

Но тату – это ерунда по сравнению с пирсингом. Это такие железяки, вставляют в разные части тела. Да, и туда тоже.

– Вот у тебя, Эльвира, имеется ли пирсинг на самом главном для каждой приличной барышни месте?

Посмотрев на удивленную Элю, я даже слегка заволновался и внутренне выругался. Идиот, я же, по ее мнению, если чего-то и есть, то должен был, по идее, заметить это еще вчера ночью! Она же не понимает, что я ни хрена не помню! Ну да ладно. И продолжал: – Итак, представьте: раздеваете девушку, а там, на интимно-причинном месте, кольчуга князя Игоря! Единственное, что приходит в голову – это примеры из сельской жизни. Там, если быку воткнуть кольцо в самое нежное место – нос, он становится добрым и ласковым, и за это кольцо можно водить его куда угодно. А если, допустим, привязать веревку к кольцу, сами понимаете где присобаченное у девушки, то станет ли она доброй и ласковой? И куда ее водить в таком виде?!

Когда я уже выходил вон из этого богоугодного заведения, милая девушка, призывно отставив мизинчик, протянула мне листовку с телефоном. Над ним крупными буквами было написано: «Только сегодня. Только у нас. Эксклюзивное предложение. Элитные девушки по цене панельных».

Эльвира почему-то восприняла эту информацию как личное оскорбление. Я быстро воспользовался ее интеллектуальным замешательством и, сославшись и на неотложные дела, и на внезапно нагрянувшую импотенцию, слизнул домой.

4

Я вдохновенно сидел на собственном балконе, вдохновенно покуривал, наблюдая за столпотворением на Ленинградке.

Мысли о беременной Инне, обиженной Карине, недотраханной Эле я отодвигал куда-то в амфитеатр. Размышлял о судьбах многострадальной России. А чем же еще?! Как там, у Леонида Филатова: «Мажу маслом бутерброд, сразу мысль, а как народ?!»

Вот, например, даже двоечники в школе знают, что есть у нас стабилизационный фонд. Где-то миллиардов под сто, а может, даже и больше. Причем до конца года его обещают удвоить. Что с ним делать, куда девать? Экономисты в отчаянии ломают головы и стулья. То ли вложить в ценные бумаги других государств на радость местному населению, то ли увеличить пенсии и зарплаты, то ли построить в родной отчизне какие полезные вещи типа дорог, заводов. На худой конец, обеспечить теплыми сортирами сельское население.

Ан нет, говорят нам члены правительства. Если поменять все эти нефтедоллары на рубли, то есть Центральный банк наштампует их несколько самосвалов и запустит в страну, тогда инфляция будет просто мрак. Я даже в словарь иностранных слов заглянул узнать, что такое «инфляция». Оказалась, на языке Овидия и Сенеки эта дребедень означает «пучить». И министр Кудрин прямо так и говорит: если эти долларовые рубли засунуть в экономику, то так вспучит, памперсами не оботрешься.

Я еще попил немножко воды, и в голове появилась гениальная комбинация. Если нельзя переводить доллары в рубли, то и не надо. Нанимаем на Западе ихних рабочих, платим им зарплату в валюте, и пусть они шарашат нам и дороги, и сортиры, и электростанции. А денежки им выдавать только по возвращении на историческую родину. В итоге мы остаемся со всякими нужными для хозяйства причиндалами и без инфляционных извращений, а они, довольные, прутся к себе и тратят наши деньги у себя.

Я так возбудился широтой и глубиной своих мыслей, что немедленно помчался сначала за сосисками к пиву, а затем в Дом приемов МИДа, меня туда приглашали, на гулянку, посвященную выходу книжицы некоего Станислава Жизнина под загадочным названием «Энергетическая дипломатия России».

Очень солидное здание этот самый Дом приемов МИДа, бывший особняк буржуйки Зинаиды Морозовой. Там полно всяких фресок Врубеля, но больше всего мне нравится матиссовское панно в гостиной. Я всегда на него любуюсь. Стою столбом и наслаждаюсь искусством, надуваю щеки и жду, пока к фуршету не позовут. Естественно, я думал, что уж тут-то найдутся здравомыслящие люди, которые оценят мои экономические измышления.