Проклятие эльфов
Шрифт:
— Погода совсем испортилась, - сказала Николь тихо, чувствуя, как корабль все сильнее раскачивается. За окном стало темно, как ночью.
— Что теперь с нами будет?
– княжна поежилась и надела китель.
– Я узнала о семье. Они поедут в Холоу.
— Виктория позаботится о них, - предположила Николь.
– Я слышала, что там все так же как в Вандершире.
— Не совсем, - Бьянка подумала о младшем брате.
– У них магия не в почете. Вернее она вовсе запрещена.
В небе вспыхнула молния. Раздался оглушительный удар грома и в стекла забарабанил дождь. Девушки вздрогнули от неожиданности.
Принцесса задернула шторы и вернулась к княжне. Они взобрались на кровать, прикрепленную к полу. Стоять уже было сложно, стулья скользили по полу, ударяясь в стены.
— Я читала об этом, когда училась в Итилиане, - начала Бьянка, вздрагивая при каждом раскате грома. Они становились все чаще, словно преследуя корабли.
— Я тоже слышала о Холоу, когда бывала в гостях в городе, - Николь старалась не думать о шторме, надеясь на брата и его команду.
– Отец бывал там, но никогда не говорил со мной о тех местах.
— Странно, почему?
– Бьянка посмотрела на подругу.
— Не знаю, он всегда менял тему. Наверное, ему там не понравилось, - Николь вспомнила отца, лучше всего умевшего уходить от щекотливой темы.
— Не удивительно. Я сама не хочу туда ехать, даже чтоб посмотреть, - княжна закатила глаза, ясно выражая свое отношение к восточному соседу.
— Ты заинтриговала меня. Чем эта страна так тебе не угодила?
— Ты знаешь, что когда-то там сжигали на кострах всех, кто имел хоть какое-то отношение к магии?
– понизив голос, спросила Бьянка. Николь удивленно посмотрела на нее, отрицательно мотнув головой.
— В Холоу была под запретом любая магия, даже эльфийская, - продолжала Бьянка.
– Сейчас, конечно, уже все это в прошлом, но магов по-прежнему недолюбливают. А после того, что я увидела в Уайтпорте, думаю, эти традиции могут вернуться.
— Мадлена как-то рассказывала мне об этом, - Николь хотела еще что-то спросить, но наверху раздался громкий удар. Словно что-то огромное упало на палубу. Девушки вскочили, испуганно прислушиваясь. За окном шумел ветер, волны били в борт, дождь стучал в стекло.
— Что это?
– спросила Николь. Бьянка пожала плечами.
— Может, пойти посмотреть?
– предложила Николь.
— Я только сапоги надену, - княжна начала поспешно натягивать на ноги обувь. Высокие голенища застегивались несколькими пряжками, и девушке, не имеющей опыта ношения подобной обуви, пришлось долго повозиться, прежде чем она смогла их все застегнуть.
— Боги, - бормотала она, сидя на краю кровати.
– А если внезапное нападение ночью? Пока солдат нацепит это треклятое обмундирование, враги уже захватят корабль.
Николь сочувственно улыбнулась. Ее легкие туфли хоть и пострадали при побеге из города, но еще могли послужить ей пару дней. Что она наденет потом, Николь не заботило.
Неожиданно дверь распахнулась, и вошел Гордон. Он был мокрым с головы до ног, на лице читался ужас.
— Все в порядке?
– спросила Бьянка, разглядывая брата.
— Простите, Ваше Высочество, - произнес он слабым голосом.
– Я хотел бы поговорить с сестрой.
Он покачнулся, едва удерживаясь одной рукой за косяк.
Девушки быстро подошли к нему, видя, что молодой человек едва стоит на ногах и смертельно бледен.
— Гордон, - Бьянка взяла его под руку.
– Что случилось?
— Наверное, зацепило снастью, - он расстегнул китель. Вода лилась с него ручьями. На рукаве он был порван.
Только теперь девушки увидели, что рубашка под кителем пропитана кровью.
— Не беспокойтесь, - поспешил успокоить их парень, слабо улыбаясь. Волосы прилипли к его бледному лицу, с них еще стекала дождевая вода.
— Нужно осмотреть рану, - сестра пыталась разглядеть руку через порванную рубашку. Гордон не спешил снимать ее в присутствии принцессы.
— Я дойду до своей каюты, - сказал он пошатнувшись.
— Оставь этот этикет, - сурово велела сестра.
– Куда ты пойдешь? Ты же на ногах не стоишь.
Бьянка попросила Николь принести бинты и какие-нибудь лекарства. Девушка поспешила на поиски, тоже заверив князя, что ему лучше прилечь прямо здесь.
— Неужели матросы не могут справиться с работой?
– говорила княжна, помогая брату расстегивать рубашку.
— Шторм нешуточный, - ответил Гордон, переводя дыхание. Он, наконец, освободился от рубашки и сел на кровать. На предплечье с одной стороны была содрана кожа. Он тяжело дышал, разглядывая кровоточащую рану. Это было его первое серьезное ранение.
— Только в обморок не упади, - серьезно произнесла Бьянка, аккуратно придерживая его руку.
– Я принесу горячей воды.
Гордон лег на кровать, ногами оставшись на полу. Руку он положил на живот, стараясь не дотрагиваться до открытой раны. Его мутило, а голова кружилась.
Мадлена сидела напротив графа, слушая его рассказ. Он описывал ей события в замке, после того как она уехала. Обед, принесенный коком, уже остыл.
— Прости, что оставила тебя, - сказала она, чувствуя обиду в словах сына.
– Но я не могла не предупредить остальных. Вокруг явно творилось что-то неладное.
— Я понимаю, у всех есть своя жизнь, обязанности, - ответил он, думая скорее о Николь и ее отъезде.
– Я уже не маленький чтоб нянчиться со мной.
— Я не знала, что Николь тоже придется уехать, - добавила она.
– Тебя огорчило ее отсутствие? Это можно понять.
— Послушай, мы уже все решили, - резко ответил Кристиан.
– Не нужно больше говорить о ней.
— Почему? Тебе неприятно вспоминать время, когда ты готов был пожертвовать ради нее жизнью?
– Мадлена посмотрела на сына.
— Я и сейчас готов, - ответил он.
– Николь очень дорога мне. Она навсегда останется в моем сердце, но я не хочу становиться ее ручным псом, бегающим следом в ожидании ласки.
— Это все глупости, она еще очень молода, - не выдержала женщина, повысив голос.
– Я же знаю, что она любит тебя. Просто сейчас ей нелегко. Она потеряла все что любила, родных, дом, тебя.