Чтение онлайн

— У тебя есть опыт общения с ними, - Николь облегченно вздохнула. Княжна злилась не на нее, а на себя.

— Будь проклят этот опыт, - говорила девушка, отстегивая от кителя все золотые украшения, совершенно ненужные по ее мнению. Николь сняла потрепанное платье, носить которое было уже неприлично.

— Сволочи они все, - продолжала бормотать Бьянка.

Николь не стала ничего спрашивать, хотя ни слова не поняла. Она надела рубашку и бриджи, а на ноги плотные чулки и сапоги. Форма была не самым удобным костюмом, но все же передвигаться по кораблю в ней было гораздо легче, чем в бархатном платье.

— Я по-прежнему твоя фрейлина, - сказала Бьянка, вздохнув.
– Могла и у меня переночевать.

— Как Гордон? Ему лучше?
– Николь не стала оправдываться, считая, что в ее действиях нет ничего предосудительного. Они были не в Вандершире и не при дворе. Этикет и все дворцовые правила теперь были бы просто лицемерием. А после того, как новая принцесса, не стесняясь, жила в одной каюте с бывшим женихом сестры, говорить о каких-то приличиях было бы смешно.

— Да, он освободил твою каюту, - ответила княжна.
– Там все прибрали, будто в ней вообще никто не жил до сих пор.

— Я не о том волнуюсь, - Николь улыбнулась.
– Как его рука?

— Послушай, - Бьянка села рядом, когда принцесса закончила одеваться и взялась распутывать волосы.
– Оставь Гордона, он не заслужил того, чтобы быть утешением.

— Я лишь спросила, как его рука?
– Николь поднялась, оставив прическу, и взглянула на подругу.
– Почему ты во всех моих словах и поступках ищешь скрытый смысл?

— Он ведь влюблен в тебя, - княжна опустила глаза, понимая, что несправедлива к подруге.
– А теперь, когда ты одна, он может надеяться.

— Обещаю, я больше не посмотрю в его сторону, - ответила Николь, чувствуя досаду. Она, конечно, и не думала морочить голову князю, но его дружба была ей дорога.

— Поверь, я забочусь о брате, - Бьянка виновато улыбнулась.

— Это уже второе слово, которое я даю, - Николь горько усмехнулась, чувствуя себя незаслуженно оскорбленной.
– Словно я искусительница, а они невинные овечки.

— Твое обаяние никого не оставляет равнодушным, - возразила княжна, заметив, что и капитан Морис более чем благоволит принцессе.

— Почему тогда я так несчастна?
– Николь надела китель и вышла, не желая больше слушать глупостей о своем обаянии и давать дурацких клятв не смотреть на порядочных мужчин.

Эскадра бросила якорь у берегов. Несколько шлюпок от каждого корабля спустили на воду, и они быстро причалили к пустынному берегу. Белый песок тянулся сколько хватало взгляда. Высокие пальмы и кустарник скрывали почти всю поверхность острова. Офицеры, вооруженные ружьями и саблями, продирались сквозь кустарник. Следом шли матросы с флягами для воды и корзинами для провианта.

Виктор возглавил одну из трех групп с флагмана. Кристиан вторую, а капитан Морис третью. Гордон пошел с графом. Они прорубали дорогу и вскоре вышли к небольшому водопаду. Матросы начали набирать воду. Двоих послали следом за другими группами, чтоб сообщить, что вода найдена. Где-то в чаще послышались выстрелы. Мужчины стреляли дичь.

— Как тут красиво, - Гордон невольно залюбовался водопадом, обросшим густой зеленью и утопающим в диковинных цветах.
– Жаль, девушки не поехали с нами.

— Хвала небесам, - граф снял сапоги и сел на камень, опустив ноги в холодную прозрачную воду.
– Они мне уже все нервы вымотали. Особенно твоя сестренка.

— Бьянка?
– изумился Гордон.

— Да, - граф пожалел, что начал этот разговор, но поздно спохватился.

— Почему? Что ей от тебя надо?
– парень сел рядом, наблюдая, как матросы укладывают уже набранные фляги.

— Неважно, забудь, - Кристиан кивнул матросам. Те, получив разрешение командира, полезли в воду.

— Я твой друг, если ты еще помнишь, - князя обидело отношение графа. Он хотел встать, но Кристиан задержал его, схватив за руку.

— Извини, - сказал он. Гордон молчал, не глядя на него.

— Все теперь хотят мне добра и дают советы, - продолжал граф, пытаясь загладить вину перед единственным другом, который проявил такт и ни разу не приставал с расспросами.

— Может, они действительно хотят добра?
– Гордон слабо улыбнулся.

— Может, - Кристиан отпустил его руку и легко похлопал друга по плечу.
– Как твоя рана?

— Болит, - Гордон держал больную руку на перевязи, но не пожелал оставаться на корабле.

— Хорошо хоть сам жив остался, - Кристиан поставил ноги на горячий камень, нагретый солнцем, и они быстро высохли. Гордон молча наблюдал, как матросы резвятся в воде будто дети.

— Я понимаю, что у тебя есть веские причины поступать именно так, - заговорил князь, взглянув на друга.

— Поверь, я знаю, что делаю, - граф вздохнул, опустив взгляд на прозрачную воду у берега.

— Ты окончательно с ней порвал?
– Гордон не сводил глаз с собеседника.

— Да, - ответил Кристиан.
– И если ты захочешь ухаживать за ней, я не стану препятствовать.

Князь резко выпрямился, одарив графа негодующим взглядом.

— Что? Я?
– он встал.

Кристиан не понял такой реакции друга и удивленно смотрел на него снизу вверх.

— Ты уже однажды говорил мне это, - продолжал гневно Гордон. Матросы наблюдали за ними, вылезая из воды и обсыхая на солнце.
– Тогда в деревне, помнишь?

— Да, - кивнул Кристиан, тоже поднимаясь на ноги.

— Зачем? Ведь я твой друг, - князь выглядел очень оскорбленным, он даже побледнел.

— Именно поэтому, - граф хотел положить ему руку на плечо, но Гордон резко отстранился.

— Да, признаю, я очень дорожу дружбой принцессы, она самая прекрасная девушка из всех, что мне встречались, - начал он, понизив голос и повернувшись спиной к матросам.
– Но я никогда не смел надеяться, даже после твоего благословения. Даже если ты погибнешь, я не посмею говорить ей о своей симпатии.

— Прости, - Кристиан виновато улыбнулся.
– Прости, Гордон.