Чтение онлайн

– Что-то не видно ни зги… куда идти-то?
– Пробормотал Болдырь, тщетно вглядываясь в белизну снежного покрова. – Завалило поди снегами…

– По деревьям смотри, соколик. На них зарубки-грани имеются, то отметины рубежи погостов наших, да и крестов, как по всей Руси хватает. Они то ж путь-дорогу подскажут.

– Сам-то ходил на свейскую сторону? – Спросил крестьянина Кудеяр.

– Бывало. До Кивеннапы этой самой, крепостцы, значит. Рыбу возил, там и торговались. Отчего и путь помню. А вот далее – ни-ни.

– Ну, прощай, Ондрейка! За хлеб-соль, за кров, спаси Бог! – Атаман решительно повернул коня влево и двинулся вдоль кромки леса, оставляя позади низкие бревенчатые домишки Усть-Охты, снежные шапки которых напоминали грибы, растущие посреди белой пустыни. Болдырь, на прощанье махнув рукой крестьянину, перекрестился, шумно вздохнул и последовал за Кудеяром.

Ночевали в Кальгале. Хозяин стоящего с самого края деревни двора, ижорец Антка встретил сперва неприветливо, но упоминание об Ондрейке, разгладило морщины на его лице. Выслушав просьбу о ночлеге, подумал немного, под звонкий собачий лай разглядывая путников своими крохотными, почти белыми глазами, затем кивнул согласно и отступил вглубь двора, приглашая следовать за собой. Поутру друзья отправились далее. Куда и зачем – никто не спрашивал. Их молчаливый хозяин так и не проронил ни единого слова.

– Манину весь обойдем по лесу. К войне дело, сторожа московская может стоять. Расспросы нам ни к чему. Ондрейка сказал – рубеж по реке идет, вот лесом и выйдем. – Решили по дороге.

Завидев дымок, путники догадались о приближении жилья, разом повернули коней и взяли левее, обходя Манину весь. Продвижение замедлилось. Степные лошади, недовольно похрапывая, осторожно шли шагом, словно опробуя – не соскользнет ли копыто на притаившемся в снежной глубине замшелом круглом валуне, не провалится ли на невидимой гнилой коряге. Через час-другой лес прервался замершим руслом реки. Друзья остановились.

– Вот и рубеж, Болдырь. А там, – Кудеяр показал рукой на другой берег, напряженно вглядываясь в темневший напротив лес, - свейская земля начнется.

– Что? Радостная встреча нас ждет али как? Может, стрелами, да сабельками поприветствуют? А то зарядом свинцовым попотчуют? – Засмеялся казак. – Говорить-то по-свейски не разучился, атаман?

– Не разучился!

– Тогда язык до самой Стекольны ихней доведет, хоть и не нужна она нам вовсе! Я, вона, без языка немецкого, с одной лишь милостью Божьей добрался. А тут… Поехали! – И казак уверенно направил коня через реку.

Что с той стороны, что с этой, лес был одинаков. Молчаливо застыли засыпанные снегом ели, взлетали ввысь стройные сосны, словно корабельные мачты, также чернел густой паутиной тонкоствольный осинник, оттеняя белизну сиротливых берез, те же пригорки и спуски, тот же снег, с притаившимися в глубине валунами и тишина, нарушаемая лошадиным храпом, да звяканьем оружия. Ни одной живой души вокруг, даже белки куда-то все запропастились.

– Словно следит кто-то… - Настороженно оглядывался казак. – Спиной чую, да не вижу.

– Может, волки? – Кудеяр тоже внимательно смотрел по сторонам. Иногда ему тоже мерещилась какая-то мелькнувшая промеж деревьев тень, но разглядеть не получалось. Безмолвие не нарушалось.

– Волков лошади давно б учуяли… - Отозвался казак сквозь зубы. – Эх, стрелой не повалили б…

Верно чутье подсказывало казаку, не одиноки были путники в лесу. Они появились неожиданно, словно отделились от деревьев. Их было четверо. По виду мужики. Одеты в добротные полушубки и меховые шапки, глубоко надвинутые на лоб. Глубоко посаженные глаза темнели из-за широких скул, заросших бородами. На ногах сапоги и короткие широкие лыжи, на поясах мечи и ножи. Двое с натянутыми луками целились прямо в голову, двое с рогатинами наперевес, упирались остриями в лошадиные морды. Прозвучало короткое незнакомое слово-приказ:

– Lopeta!

Кудеяр понял, что это финны, подал знак Болдырю, чтобы тот не хватался за саблю, сам медленно поднял руки, предварительно скинув на луку седла рукавицы, и развел их в стороны, ладонями к незнакомцам, показывая отсутствие оружия.

Тетивы луков не ослабли, а рогатины не опустились. Прозвучал вопрос:

– Kuka sin; olet? Ryssi?

Кудеяр заговорил по-шведски:

– Вы подданные короля Густава?

Финны молча переглянулись, но не ответили.

Кудеяр переспросил:

– Вы понимаете по-шведски?

Мужики снова посмотрели друг на друга. Один из них, могучий широкоплечий старик, Кудеяр безошибочно определил в нем старшего над этим маленьким отрядом, выдержав значительную паузу, отозвался.

– Я говорю по-шведски. Вы – московиты? Вы зашли на чужую землю.

– Меня зовут Бенгт Нильсон. Я – шведский купец, возвращающийся из Новгорода. Мой спутник, - Кудеяр мотнул головой в сторону Болдыря, - не говорит по-шведски, но он не московит.

Старик прищурился и, презрительно сплюнув, заметил:

– Ты не похож на купца, чужеземец, хотя и знаешь язык. – Острие рогатины чуть приблизилось к лошадиной морде. Кудеяр почувствовал, что еще немного и его конь начнет сдавать назад. Одно лишнее движение и разговор прервется рукопашной схваткой. Атаман усмехнулся, держа по-прежнему руки разведенными в стороны:

– А ты догадлив, старик. Ты прав – я не купец, а солдат королевской гвардии. Что я делал в Московии, тебя не касается. Но теперь мне нужно увидеть кого-либо из воинских фогтов и в этом ты мне должен помочь. Как можно скорее! Московиты собирают войско, через неделю начнется война.

– Perkele! – Донеслось с боку. Кудеяр скосил глаз и понял, что по крайней мере еще кое-кто из финнов, один из двух лучников, владеет шведским языком. Старик заколебался, строго посмотрел на выругавшегося крестьянина, но острие рогатины отошло в сторону и слегка опустилось. Кудеяр продолжил:

– Чтобы вы могли доверять нам, заберите оружие, но взамен вы должны нас быстро вывести из лесу и доставить в Выборг к королевскому наместнику или фогту. – Атаман положил левую руку на рукоять меча и медленно стал доставать его из ножен. Холодная сталь обжигала ладонь, острие рогатины вновь поднялось. Вынув меч полностью, Кудеяр протянул крестьянину рукоятью вперед. Старик замешкался, затем подал знак – один из лучников, кажется, тот, кто выругался, опустил свое оружие, снял стрелу с тетивы, убрал в колчан за спиной, подошел и принял меч у Кудеяра. Другой по-прежнему продолжал держать на прицеле Болдыря. Завершив свое разоружение, атаман произнес. – Сейчас я заберу оружие у своего спутника и передам его вам.

Старик кивнул согласно в ответ.

– Дай мне свою саблю. – Кудеяр повернулся к казаку. Болдырь нахмурился, но послушно извлек клинок и передал его атаману, а тот – финнам. – Теперь вы можете доверять нам? – Спросил он старика.

Привычно помедлив, тот отозвался:

– Меня зовут Эркки Иконен из Иколы . – Рогатина взметнулась вверх и застыла, более не угрожая. – Это Лемпинен из моей деревни, - старик показал на другого парня с рогатиной, а лучники братья Реко и Ласа Саволайнены из Патрикки . Мы вас проводим в Кивеннапу к господину фогту Юхану Ульфспарре, он комендант крепости.