Проклятие рода
Шрифт:
– В городе полно иностранцев. – Заметил Карл, также начинавший злиться из-за насмешек своей польской невестки. – Купцов, посланников от других государей.
– Мы не допустим погромов! - Начал было Юхан, но его жена тут же перебила:
– Например, московитских послов. – Герцогиня вспыхнула на глазах. – Изловить и колесовать. Немедленно! Чем медленнее и мучительнее они будут умирать передо мной, - Катарина ткнула пальцем в стол, - тем мне будет слаще!
– Нет! – Твердо заявил Юхан. – Ты, Карл, отвечаешь за город. Никаких погромов. Московитов взять под охрану.
– Может, ты последуешь примеру своего сводного братца? Может, я снова стану предметом торга? – Герцогиня уже побледнела от бешенства. Ее ноздри раздувались, а губы сжались, и последний вопрос был похож на шипение. – Может захотелось подыскать себе другую жену? Помоложе? – Катарина зашуршала юбками и стремительно покинула залу. Воцарилось молчание.
Словно оправдываясь, герцог Юхан пробормотал себе под нос:
– Пока не закончим войну с датчанами, мне не нужна еще одна – с московитами. Я намерен направить туда посольство.
– Все верно, ваше высочество. – Тут же поддержал его младший брат, подумав про себя – чертова баба, от нее еще много неожиданностей впереди.
– Я возвращаюсь в Стокгольм. – Вдруг объявила вдовствующая королева. – И забираю с собой Елизавету. Надеюсь, нам ничто не будет угрожать, когда ваши войска войдут в город и замок?
– Нет, ваше величество! – В один голос произнесли два брата-герцога. Карл добавил. – Мы обеспечим полный порядок и безопасность.
– Тогда, до встречи, ваши высочества и вы, шевалье! – Все склонили головы.
– Ваше величество…
Катарина повернулась и пошла к выходу, размышляя о том, что числиться вдовствующей королевой ей более не придется. Полячка не потерпит никого рядом с собой.
В середине сентября войска мятежников окружили Стокгольм, легко вошли в него, ибо городская стража не препятствовала, и расположившись возле королевского замка, начав переговоры о его сдаче. В городе царил порядок, поддерживаемый солдатами герцога Карла. Московитских послов сильно избили, ограбили, не иначе постаралась Катарина, но вовремя вмешались люди Карла и взяли их под свою охрану.
Эрик, смотрел со стены Тре Крунур на расположившееся лагерем войско мятежников, размышлял о чем-то, легкая улыбка не сходила с его лица. Прямо отсюда он направился к вдовствующей королеве.
– Ваше величество! – Катарина не ожидала визита короля. Она отбросила какое-то шитье, занимавшее ее до прихода Эрика, подала знак фрейлинам и служанкам, чтобы немедленно удалились, встала с кресла и склонилась в глубоком книксене.
– Оставим церемонии, дорогая моя мачеха, тетя, сестра и прочая и прочая… - Эрик подошел поближе и заглянул в глаза выпрямившейся из поклона Катарине. Стенбок спокойно встретила взгляд короля. – У меня есть к тебе одна очень важная просьба.
– Я вся во внимании, ваше величество.
– Ты знаешь, что происходит за этими стенами. – Прозвучало, как утверждение, а не вопрос. Катарина чуть поколебалась и кивнула головой. Я сохранил прошлой весной жизнь твоему отцу и, к сожалению, лишь одному брату. Второй сам подписал сбе смертный приговор. Теперь я прошу тебя об обратной услуге.
Стенбок молчала, дожидаясь конца речи короля, дабы понять к чему он клонит.
– Моя собственная судьба меня мало заботит, Катарина, - продолжил Эрик, - пообещай мне, взять под охрану Карин и моих детей. Защити их!
Катарина покачала головой и твердым голосом произнесла:
– Вы можете быть в этом уверены, ваше величество. Клянусь Девой Марией, клянусь памятью вашего отца и моего мужа, они будут находится в моих покоях в безопасности. Никто из людей герцога Юхана не посмеет сюда войти. – У Катарины промелькнула беспокойная мысль – на том, последнем совещании не было сказано ни одного слова о детях Эрика, но учитывая злобный нрав жены Юхана… Карл, вот, кто мне поможет. – Пришло решение. Он не допустит насилия, он сделает все поперек тому, что будет приказывать эта бешеная католичка. Главное, переждать первое время, а там будет видно. – Клянусь! – Еще раз повторила вдовствующая королева.
– Спасибо, я верил вам. – Растроганный король неожиданно опустился на одно колено и поцеловал руку Катарины. Она опешила.
– Ваше величество…, - ее голос задрожал от волнения, - я недостойна таких почестей.
– Я пока что еще король, хотя бы день-другой, и мне решать, кто достоин и чего! – Невесело рассмеялся Эрик, поднялся с колена и направился к выходу.
– Ваше величество, - вдруг остановила его Стенбок.
– Да, дорогая моя. – Эрик обернулся, по его лицу все еще блуждала странная улыбка.
– Мне кажется…, я думаю…, - Катарина подбирала нужные слова, - я смогу обеспечить защиту и безопасность вашей семье, если только кто-то не будет оказывать сопротивления. – Она смущенно замолкла.
Король немного подумал и согласился:
– Вы правы и правы абсолютно. Никто не должен пострадать. Я прикажу капитан своей гвардии сложить оружие. Прощайте, пока еще, ваше величество! – Толстые портьеры сомкнулись за спиной короля.
Перссон, сидя в кабинете короля, в который раз переписывал условия сдачи, сверяясь с тем, что было предложено мятежниками. Эрик небрежно развалился в кресле и искоса поглядывал на ту самую шпалеру, с которой все начиналось и вполуха слушал то, что сейчас ему выговаривал советник.
– Я говорил вам, ваше величество, что давно надо было убить Юхана, а его полячку отдать московитскому правителю. Двух зайцев бы убили сразу. Свою измену извели бы под корень, Иоанна заполучили в союзники, а заодно бы втянули в войну с Польшей, Сигизмунд бросился бы освобождать свою обожаемую сестру. А что вышло? Юхан со своей герцогиней спят и видят себя на троне. У них есть сын, который наследует две короны – шведскую и польскую, ибо Сигизмунд бездетен. И не забывайте об амбициях герцога Карла. Он еще выкинет нечто неожиданное для всех.
– Йоран, - мягко остановил его король, - я устал от всех этих родственных дрязг, заговоров, мятежей, казней, войн… Я хочу удалиться и просто жить своей семьей, любить Карин, растить детей…
– И вы думаете, вам это позволят?
– Не знаю! – Король развел руками с блаженной улыбкой на губах. – Но надеюсь! Ведь я не казнил Юхана, не отдал московитам его жену…
– Его жена это исчадие ада, дочь проклятой Боны Сфорца. А Юхан слушает ее во всем. Надо было вбивать клин между Юханом и Карлом, играть на честолюбии самого младшего из братьев. – Перссон с досады прикусил перо. – Боюсь, это поздно. Ладно, послушайте, ваше величество, последний вариант того, что мы предлагаем мятежникам.