Чтение онлайн

– Командир!

– С вами, хоть куда… – Послышались упреки, мол, в ком сомневаться.

– Мы – англичане, сэр!

– Спасибо, парни. – Покачал головой Дженкинс. – Захватите с собой одну лошадь.

– Я слышала, ты, ваше величество, приказал арестовать этого старого Бальфора, что когда-то охранял Эрика и его потаскуху? – Дыханье королевы обожгло щеку Юхана. Катарина неслышно подошла к погруженному в раздумья Юхану, одарила легким поцелуем.

– Да, дорогая. Этот русский перебежчик показал на допросе, что капитан моей гвардии давно связан с московитами.

– Сколько лет англичанин служит при дворе? – Королева нахмурилась.

– Еще до моего рождения. Не знаю точно, лет сорок, наверное. – Раздраженно ответил король.

– Когда и как они смогли подкупить этого Бальфора? – Продолжая хмуриться, Катарина задала вопрос скорее себе, нежели супругу.

– Да, не в этом дело! – Юхан в гневе хлопнул ладонями по подлокотникам, вскочил и нервно заходил взад-вперед по кабинету.

– А в чем же еще? – Королева насторожилась.

– Московит сообщил, что этот Бальфор распространяет слухи, что якобы Густав не мой отец…

– Как интересно… - Промолвила тихо Катарина, продолжая наблюдать за метаниями Юхана.

– Учитывая нашу вражду с московитами, я решил не мешкать. Допросим капитана с пристрастием, выясним суть. Что если это очередной заговор с целью освободить Эрика? Очередной де Морне в обличье англичанина? Но мне достаточно одной клеветы на моих покойных мать и отца! Что я – не сын Густава Ваза! Я незаконно сижу на престоле! Я – узурпатор. – Каждую фразу Юхан сопровождал рубящим воздух жестом, распаляясь все сильнее. Бледность лица, всегда подчеркиваемая рыжеватостью волос и бороды, исчезла, ее сменил свекольный окрас, кровь прилила даже у ушам, оттопырив их еще больше. Не хватил бы удар – подумала Катарина. Она понимала сейчас, что больше всего задело и разгневало ее супруга. Забавно, насколько верны эти слухи? Но это можно отложить на потом, главное, успокоить Юхана.

– Милый, - королева заступила путь королю, раскрыв объятья и тем самым прервав его метания, - для смертного приговора достаточно того, что он охранял семейство Эрика, который причинил нам столько страданий. – Ее голос звучал умиротворяющим и спокойным. Юхан прильнул к ней, уткнулся лицом в плечо. Катарина чувствовала его тяжелое дыханье и истеричные содрогания, нежно гладила по голове. – Все очень просто и ожидаемо. Друг нашего врага - наш враг. Я давно поражалась твоей бесконечной доверчивости к людям, встречая этого капитана в замке. А теперь еще выясняется, что он московит и клеветник! Мне становится ясным, почему Эрик так был настойчив в желании выдать меня на растерзание их ужасному московитскому Иоганну. – Нужно было отвлечь Юхана от мрачных мыслей. – Все эти слухи и клевета имеют одну цель – заполучить меня! Они идут на все ради этого!

Король задумался, его дыхание успокаивалось, краска постепенно сходила с лица. Катарина, не размыкая объятий, осторожно подвела Юхана к креслу, чуть надавила и заставила опуститься. Сама зашла со спины и принялась разминать ему шею и плечи:

– Почему ты поручил арест англичанам? Чтобы проверить их верность вашему величеству? – Этой фразой королева проявила полную осведомленность происходящего в замке.

– Ты, как всегда мудра, моя королева. Все понимаешь правильно. Мы мыслим одинаково. Вот что значит одно целое. – Юхан склонил голову и нежно поцеловал руку Катарины.

– Тогда я бы, на твоем бы месте, ваше величество, отправила вслед за ними немецких ландскнехтов. – Добавила королева, продолжая успокаивающие поглаживания.

Юхан обернулся, прищурился и внимательно посмотрел на королеву. Ее черные глаза загадочно мерцали.

– Сомневаешься в англичанах?

– Скорее, проверяю… Представь это так, что ты засовестился посылать их арестовывать земляка, передумал, решил отменить приказ и поручить это, - королева задумалась, подбирая нужное слово, прищелкнула пальцами, вспомнила, - щекотливое дело немцам, которые, как известно, недолюбливают англичан. Если к этому времени капитан Дженкинс выполнит приказ, то ландскнехтам вмешиваться не придется, а если нет… то они это сделают вместо англичан. Скольких ты отправил?

– Я приказал Дженкинсу взять пятерых.

– Пусть пойдет десять немцев.

– Если его будут арестовывать немцы, он окажет сопротивление.

– А если англичане, то он может сбежать! – Парировала Катарина. – С их помощью или без.

– Как ты мудра, моя королева. – Юхан восхищенно покачал головой.

– Кровь Сфорца! Мы ничего не прощаем.

– Я отдам приказ.

Гилберт дремал во дворе, греясь в слабеющих лучах заходящего солнца. Рядом на столе лежал меч, подаренный когда-то старым Уорвиком. Здесь когда-то они упражнялись в боевом мастерстве с Бенгтом, здесь же Аннушка играла с девочками – он сам построил им маленький домик.

Привязав лошадь у входа в трактир, англичане прошли внутрь. Дженкинс поинтересовался насчет Бальфора у Гретхен, одарившей солдат самой что ни на есть лучезарной улыбкой, получил ответ и, кивнув солдатам, чтобы следовали за ним, направился во двор.

Завидев сидящего в одиночестве Гилберта, капитан скомандовал:

– Посидите в тенечке, парни! – Сам подошел к старому капитану.

Солдаты с удовольствием расселись прямо на землю у противоположной стены, скинули шлемы и стали ждать, как развернуться события.

– Здорово, старина! – Гилберт услышал громыханье солдатских кованых сапог, приоткрыл глаза и с улыбкой встретил друзей. – Присаживайся! – Он указал на стоящий рядом табурет. – Вот уж не думал, что король пришлет тебя.

– Так ты все знаешь? – Озабоченность, собравшаяся глубокими морщинами на лбу у второго капитана, сменилась удивлением.

– Никогда не предполагал, что вызываю симпатии у главного королевского палача! Меня предупредил именно он, Микаэль. – Усмехнулся Бальфор. – Думаю, дружище, что тебя мучает один единственный вопрос – почему?

Дженкинс кивнул.

– Я – не московит, Уильям. Я из рыбаков-поморцев . Мы были вольными людьми, хоть и считались под властью Великого Новгорода. Когда-то давно, еще мальчишкой, я попал в плен к шведам. Это случилось в Финляндии, неподалеку от Улеаборга, на берегу Каянова моря, воды которого были нашими испокон веков, по древним договорам Новгорода и Швеции. Отец мой погиб, меня ждала та же участь, но вмешался один монах-доминиканец.

– Отец Мартин? – Сразу догадался Дженкинс.

– Он самый. Отец Мартин воспитал меня, можно сказать усыновил, да имя, сделал англичанином, ну, а вы с Уорвиком довершили начатое. Потом я женился на Любаве… Она родом из Твери, московитами покоренной, только звали ее все Улла… - Гилберт печально покачал головой, опять уйдя в воспоминания.

Дженкинс не тревожил его какое-то время, потом решился и все-таки спросил:

– Так в чем измена?

– Не знаю, капитан! – Гилберт поднял голову и посмотрел в глаза другу. – Этот перебежчик – московит Афанасий, что дал показания против меня, появлялся здесь в трактире, видимо, намеревался к чему-то склонить. Но не застал меня на месте, а в замке остерегся подойти. Вертлявый, скользкий, с угодливой, обращенной ко всем улыбкой. Никакой он не перебежчик, а лазутчик. Помогать этому бешеному Иоанну, что правит Московией? Никогда! Почему? Мы жили вдали от городов. Иоанн, я слышал, залил кровью весь Новгород, да и не только его. Говорят, все стонут от неистовства и коварства царя. Подозреваю, что наш король раскусил перебежчика. Спасая свою шкуру, он выдал меня или у него какие-то другие планы. А учитывая отношение ко мне, как к человеку, охранявшему ненавистного Юхану, а особенно нашей королеве, несчастного Эрика, все остальное было лишь недолгим ожиданием.