Чтение онлайн

– А…? – Московит задал вопрос, не раскрывая его сути, но кузнец догадался.

– Вон флигелек, - показал рукой на одноэтажную пристройку к усадьбе с отдельным входом, - скажу Брите, все приготовит. Там и заночевать сможете.

– Премного благодарны! – Шелковников чуть коснулся рукой шляпы, умудрившись при этом еще более сдвинуть ее на лоб. – Тогда мы прогуляемся, растрясло на таких колесах.

Но швед уже не слышал его, погрузившись в тщательное изучение поломки.

– Как тебя зовут-то, хозяин? – Напоследок спросил московит прямо в широкую спину кузнеца.

– Йоран Бьернсон. – Буркнул старик, не поворачиваясь к нему.

– Спасибо, Йоран. – И Федор зашагал дальше по дороге, знаком показав Дитрексену следовать за ним. Однако, их прогулка завершилась очень быстро. Приблизительно через час они уткнулись в рогатку, перегораживающую все дорогу, возле которой скучали три солдата. Неподалеку были привязаны их лошади. При виде незнакомцев, старший из ландскнехтов скомандовал:

– Стоять! – Копья были взяты наперевес. – Подойдите сюда. Медленно. – Приказал тот же стражник. Когда Шелковников с Дитрексеном выполнили то, что от них требовалось, последовал следующий вопрос. – Кто такие и что тут делаете?

– Мы – купцы из Любека. Едем в Ёвле, но сломалась повозка. Ее чинит Йоран Бьернсон. – Спокойно ответил Федор.

Стражники переглянулись, имя кузнеца было видимо им известно. Поинтересовались:

– Бумаги есть?

Федор тут же достал, развернул, подал. Старший караула поводил пальцем по тексту, по швелению губ было заметна, что грамотен, но не сильно. Вернул, осмотрев путников еще раз с ног до головы и процедил сквозь зубы:

– Нечего здесь шляться. Если чините повозку у старого Йорана, там и сидите. Дальше дороги нет.

– Все понятно, господин офицер. Мы немедленно возвращаемся. – В голосе Шелковникова прозвучали нотки подобострастия и даже испуга. Он быстро повернулся, взяв под руку Дитрексена, и быстро зашагал с ним в обратном направлении.

– Эй, постойте! – Раздался окрик. Мужчины остановились, и Шелковников в пол оборота посмотрел назад. Старший из стражников ткнул пальцем в одного из своих товарищей. – Он сопроводит вас до кузни Йорана.

Под караулом они вернулись назад. Сопровождавший их стражник, наклонившись с коня, что-то спросил у кузнеца, и удовлетворенный ответом, поскакал назад к своим. Повозка была уже распряжена, старик колдовал над колесом и, не оборачиваясь, пробурчал:

– Моя вина. Не предупредил.

– О чем? – Тихо спросил Шелковников.

– Дальше по дороге замок Эрбюхус. Кого-то важного держат там. Может самого короля Эрика… – Кузнец продолжал бурчать спиной. Потом швырнул на землю инструменты, что держал в руках, и зло добавил. – Даже к озеру, рыбы наловить, теперь нужно лесом в обход застав пробираться. Черт бы их всех забрал! – Нагнулся, стал подбирать инструменты.

Где-то неподалеку бухнула пушка. Шелковников напрягся, быстро спросил старика:

– Что это было?

– Да говорю же, замок недалече, вот и палят. – Даже не повернув головы, ответил кузнец.
– Делать видно совсем нечего. Одурели от караульной службы. – Далее пошли одни неразборчивые чертыхания.

Шелковников подмигнул Дитрексену. Потом отвел в сторону:

– Ночью прогуляемся. Все осмотрим. Короткие нынче ночи и светлые.

– Этот Эрбюхус и есть наша цель? – Тихо спросил капитан.

– Почти. – Уклончиво ответил московит. – Тот, кто в ней сидит. Вот наша цель. Пойдем через лес, как только старик с семьей уляжется спать.

В крохотной комнатке, что им отвели для постоя, уже прибиралась ворчливая жена хозяина, по всему это и была Брита, о которой обмолвился кузнец. Из всей обстановки – два топчана, грубо сколоченные небольшой столик и табуретка. Царил полумрак, дневной свет едва пробивался через мутное маленькое окошко, затянутое бычьим пузырем, от трепещущего огонька свечи тоже толку было мало.

– Тюфяки свежей соломой набила! – Буркнула старуха, даже не посмотрев на гостей.
– Если есть хотите, то подходите на кухню. Что-нибудь найдется.
– Словно они тут все сговорились разговаривать, повернувшись спиной к собеседникам.

– Да мы устали, хозяйка, спать ляжем, а вот с утра не откажемся. – Отозвался Федор.

– Как хотите. – Невозмутимо кинула старуха и не прощаясь удалилась.

Оставшись наедине, Шелковников поудобнее улегся на свой топчан, будто собираясь провести на нем всю ночь. Дитрексен присел на край своего тюфяка, подумав про попутчика, чего разлегся, коль в ночь выходим. На что сразу получил ответ:

– И тебе не мешало бы отдохнуть. Эту ночь, да следующую, шпионить будем. (Вот, черт, - подумал Ханс, - он, что и мысли читать может?) Кстати, моряк, - Федор перевернулся на бок, оперся на согнутую руку, - ты в лесу-то бывал? Скажем, на охоте?

– Нет! – Мотнул головой капитан. – Сколь себя помню. Иногда, кажется, что я и родился в море.

– Плохо это! – Заключил Шелковников и вернулся в исходное положение на спину, руки подсунув под голову, потянулся и уставился в потолок. – Пойдем след в след. Я первым, ты за мной. Ни одной сломанной ветки, ни одной потревоженной птицы. Как мыши, в полной тишине. Сумеешь? – Скосил глаз на Дитрексена.

Ханс буркнул:

– Постараюсь.

– Да уж, постарайся, мил человек. – Подхватил московит. – Заодно и свечу гаси.

Дитрексен задул свечу и последовал совету, улегся, не раздеваясь, только лицом повернулся к стене. Незаметно для себя задремал, но тут же получил пинок в спину.

– Пора! Поднимайся! – Послышался шепот московита. – С этой минуты ни звука.

Серость наступившей белой ночи разом проглотила две фигуры, выскользнувшие из флигеля и устремившиеся в лес. Дитрексен старался четко следовать указаниям московита, но порой из-под его ноги раздавался слабый треск незамеченной опавшей сухой ветки. Федор замирал, оборачивался, шипел по-змеиному и грозил кулаком. Они останавливались, вслушивались в тишину ночи, беззвучно вдыхая влажный запах подлеска, после московит подавал знак идти дальше. Иногда им на пути встречались большие поваленные березы и сосны, с вывороченными корнями. Здесь им приходилось буквально проскальзывать между огромных веток, прижимаясь всем телом к стволу. Лес был по-прежнему во власти белой тени, но заполнился райскими ароматами земли, по ходу заметно усиливалась влажность, означавшая близость большой воды. К середине ночи они вышли к озеру. Им повезло лес подступал мелким кустарником прямо к берегу, переходя в высокие заросли камыша. Осторожно раздвигая рукой стебли, после придерживая и передавая их из рук в руки Хансу, Шелковников продвигался вперед. Легкий ветер дул им в лицо, он же относил все запахи в сторону, не позволял собакам, если таковые имелись в замке, учуять чужаков, а шуршание камышей заглушало все другие звуки. Им повезло. Они вышли слева от Эрбюхуса. Замок просматривался отлично.

– Молчи и все примечай: этот берег, другой, стены, башни, пушки, часовых, высоту, ширину. Пусть здесь, - Федор постучал пальцем по виску, - все отложится. Мелкое, большое… Все! Твой взор моряка тебе поможет. После, когда вернемся, обсудим, кто и что запомнил.

Справа черным утесом высился замок. Крепостная стена прямоугольная, сложена из крупных валунов, на ней видна одна круглая башня одной высоты со стеной, смотрит на норд-ост, вторая по диагонали смотрит на зюйд-вест. Два других угла крепости без башен. Центральная башня в три этажа, не меньше, расположена не по центру, а сдвинута в сторону озера, на норд-вест. Стены оштукатурены, но есть вкрапления больших камней, на крыше башенка и по углам высокие дымовые трубы. Сам замок выглядел нелепо, будто на небольшой столик взгромоздили несуразный по высоте ящик из камня. Фигуры часовых виднеются на круглой стеновой башне, с нее просматриваются два участка стены, остальных не видать, или прячутся за стенами или где-то есть караульное помещение. Дитрексен прикинул в уме высоту стен и башни, исходя из роста видимых ему часовых. Лая собак не слышно, возможно, без них обходятся. Противоположный западный берег так же зарос камышом. Чернелась рыбацкая лодка, видно, кто-то вышел на ночной лов.