Чтение онлайн

— Что ты здесь делаешь? — проворчал он, хотя половина слов была едва понятной.

— Видимо, играю в медсестру. Что с тобой произошло этой ночью? Потому что выглядишь ты так, словно пошел в бар и потом затеял драку с бензопилой.

Кириан рассмеялся. Его глаза затрепетали и закрылись. Саманта подумала, что он наверняка снова проваливается в сон, но потом осознала — ворон наблюдал за ней из-под своих темных ресний. Ее сердце вновь совершило глухой удар, но в добавок к этому сжался еще и желудок.

Саманта решила, что его красота для нее же губительна.

— Просто дай мне взглянуть на свои раны. Я могла бы помочь, если бы ты мне позволил.

— И почему это ты желаешь мне помочь? Это твоя семья прокляла меня. Разве ты не хочешь, чтобы я страдал?

Саманта не хотела, чтобы кто-либо страдал. Она не хотела, чтобы в ней снова появилась та неотъемлемая часть ее души, которую иногда она ненавидела, видя в своем отражении в зеркале. Бывали ночи, когда сон обходил ее стороной, когда она размышляла не является ли та сила, что передавалась в ее семье из поколения в поколение природной тьмой, или же то проклятие, наложенное прабабушкой, не могло ли оно запятнать их чем-то злым.

Саманта хотела верить во второй вариант, что не они были злыми, а просто жили в тени. И эта вера пробудила желание помочь Кириану, просто чтобы избавиться от своих сомнений. Но она не могла понять, что же заставляло ее так нежно к нему прикасаться. Он не заслуживал ее помощи. Ей правда стоило оставить его одного истекать кровью.

Но эта мысль казалась ей слишком злой.

— Просто заткнись и позволь мне помочь тебе, — прошептала она.

Ведьма выдернула свое запястье из его руки. Ее желудок вновь перевернулся, когда его пальцы задержались в ее. Саманта пыталась не обращать внимания на это ощущение, но оно последовало за ней в дом, как молчаливый призрак. Ощущение его пальцев в своих оставалось до тех пор, пока она не нашла банку с мазью и коробку с бинтами.

Когда девушка вернулась, то Кириан уже стоял в проходе. Он склонился перед домом, словно был учтив, но она могла сказать, что это была просто боль. Его щеки покраснели, и девушка видела, как дрожали его губы. Она задавалась вопросом как он вообще мог стоять? Была ли это такая сила воли?

— Могу ли я войти, верховная жрица?

Саманта хмуро посмотрела на него. Как в сказке о вампирах, как только она пригласит его пройти мимо своих чар, они больше не смогут удерживать его. Саманта без колебаний обработала бы его раны на крыльце, но миссис Бьюкенен в конце концов прокрадется мимо. Она увидит состояние Кириана и начнет распространять слухи, как любила делать старая леди.

Саманта вздохнула и понадеялась, что это было правильным решением. Подбежав к дверному косяку, она прикоснулась пальцем к символам, обрамляющим внутреннюю часть двери. Частица ее магии двинулась к нему с ее новой просьбой.

Защита замерцала перед ее глазами, прежде чем снова встать на место. Кириан приподнял бровь. Она задавалась вопросом, позволило ли проклятие ему увидеть, что она только что сделала.

— Ну? — он оттолкнулся за несколько секунд до того, как его колено подогнулось. Уже прислонившись к дому, он не упал. Ворон быстро сделал движение, чтобы казалось, будто это было целенаправленно, зацепив одну ногу за другую.

В ответ Саманта молча вышла наружу, подставила свое маленькое тельце под его плечо и помогла ему переступить порог. Кириан испустил тяжелый вздох, который, вероятно, не хотел, чтобы она услышала. С того места, где она стояла, ей были видны дыры в его кожаной куртке. Они выглядели так, как будто… что-то покусало его.

Это заставило посмотреть на него снова. Что привело ворона к ее порогу? Ведьма думала, что это чистая жадность, ярое нежеление и дальше находиться в ловушке проклятия. Но так же она задумалась и о том, не произошло ли что-то еще, о чем она пока не знала. Позже она расставит еще больше украшений к Хэллоуину и проверит, нет ли где случаем еще крови.

Сейчас ей нужно было сосредоточиться на Кириане. Она помогла ему взобраться на кухонный стул и бросила медицинские принадлежности на кухонный островок.

— Снимай куртку.

Мужчина слабо улыбнулся.

— Ты уже просишь меня раздеться. Если бы я знал, что это единственное, что нужно, дабы попасть в поместье Карверов, я бы прибыл сразу голым.

— Не умничай, — Саманта закатила демонстративно глаза, борясь с улыбкой, тронувшей уголок ее губ.

Куртка упала на пол, издав хлюпающий звук, соприкоснувшись с деревом. Нужно было бы убрать это месиво, но Кириан оперся всем своим весом на стол, и девушка поняла, что сперва нужно разобраться с ним.

Через его мокрую футболку она смогла увидеть татуировки, которые обвивали его руки. Кончики черных перьев свисали с тыльной стороны его ладоней, как пальцы. Крылья обвились вокруг его рук. Они связывали его. Саманта со смущением обнаружила, что не могла отвести взгляд.

Саманте пришлось встряхнуться и вспомнить, кто был перед ней. Ее пальцы коснулись его обнаженной кожи, пока она помогала ему снять черную футболку. Мышцы под ней перекатывались и невольно гипнотизировали ее. Татуировка продолжалась у него на спине. Тело ворона распласталось по его мускулам, клюв поднялся вдоль обнаженной шеи.

Теперь идеальную картину портили проколы, из которых сочилась кровь. Кожа вокруг ран была обугленной и черной. От него исходил запах серы. Она сразу догадалась, что это точно был не собачий укус.

— Что с тобой случилось ночью?

— Просто драка в баре, — сказал он, повторив ее шутку ранее.

Саманта поджала губы и решила оставить эту ложь. Ни за что на свете не могло быть, чтобы это было результатом драки в баре. Нет, если только кто-то не привел в бар свору собак, собак, от которых разило серой и которые оставляли после себя обугленную кожу. В то время, как маленькие города часто были такими странными, она бы уже услышала о том, что кто-то делает подобное. В ее городе не было других заклинателей или необычных существ.

Пока Кириан, тяжело дыша, прислонился к кухонному островку, Саманта обрабатывала раны на его плече. Они уже заживали. Неотъемлемая часть проклятия, поняла она. Должно быть, это то, что поддерживало в нем жизнь все эти годы. Тем не менее, раны зажили недостаточно быстро, чтобы сдержать инфекцию. Они воняли, а это означало, что рот того, кто его укусил, был кладом вирусов.

Саманта открыла баночку с мазью. Вообще-то, она сделала ее, как помощь при порезах и ожогах, но могло помочь и сейчас. Чтобы было наверняка, она влила в мазь частику своей магии через кончики пальцев. Это оживило природную магию внутри растительных масел, заставив ту воспламениться.

Кириан зашипел, как только она прикоснулась к одному из укусов.

— Не будь ребенком, — пожурила ворона ведьма. Он был проклятым бессмертным, который раньше наверняка страдал куда больше, но сейчас вел себя как ребенок, у которого раньше никогда не брали кровь. Саманта сильно сомневалась, что это могло быть правдой.

— Попробуй подвергнуться нападению двух адских псов посреди ночи, а утром расскажи мне, как ты себя чувствуешь, — произнес Кириан.

Вот она, правда. Саманта ничего не сказала. Если бы она дала ему понять, что он проболтался, ворон бы наверняка замолчал. Саманта никогда особо не задумывалась об аде. Это был не тот источник силы, в который когда-либо вмешивалась ее семья. Почему это теперь преследовало Кириана, Саманта не знала.