Проклятие Яра
Шрифт:
Магия, вспыхнувшая в солнечном сплетении, хотела погаснуть. Вега плохо концентрировалась, отчего силы поддавались контролю неохотно. Крупные капли пота стекали по её лицу. Руки слегка дрожали.
Как только дети оттащили своего брата, девушка тут же опустила обломки на землю.
Юноша чудом уцелел. Внешних повреждений не наблюдалось. Проверив пульс и дыхание, Вега с облегчением выдохнула.
— Жить будет, — устало сказала она.
— Спасибо вам! — звонко произнесла девочка
Вега только покачала головой. Перешептывания за спиной становились лишь громче. Старики гневно сплевывали, а женщины печально охали.
— Магичка! А где же она была, когда все полыхало?! Только и умеют пританцовывать, да улыбаться за наш счёт, — прорычал кто-то из толпы.
Её щёки вспыхнули. Вегу задели слова. Ведь отчасти они были правдой. Горькой правдой.
Темнело. Девушке необходимо возвращаться. Надежда, что её исчезновение осталось незамеченным, угасала с каждой минутой.
Желая помочь хоть ещё чем-нибудь, Вега протянула девочке серьги.
— Вот возьми. Вы сможете продать их. На первое время должно хватить
Мальчик исподлобья взглянул на магичку:
— Потом скажешь, что мы их украли?! Нет уж, сами разберемся!
— Сэм! — девчушка стукнула брата по голове. — Она ведь спасла нашего брата! Простите его за грубые слова. На самом деле, он вам очень благодарен. Но серьги мы и впрямь не можем взять. Они ведь ваши. И наверняка дорогие!
Вега тепло улыбнулась. Эти дети — прекрасные люди. Даже в такой ситуации они сохраняли своё достоинство.
О, если бы она могла, она отдала бы все свои украшения без сожаления.
— Не думай об их цене, это меньшее, что я могу сделать для вас, — Вега передала украшения и оседлала Сапфира. — Берегите себя!
Глава 2.Безрассудство? Храбрость?
Когда Вега затемно вернулась в поместье, увеселительное мероприятие было в самом разгаре. Музыка и смех доносились из танцевального зала. Она чувствовала раздражение и не хотела видеть радостные лица собравшихся.
Она направилась прямиком к себе в комнату, желая обдумать произошедшее. Однако на полпути её поджидало препятствие в виде мощной фигуры Вайрона, с крайне мрачным выражением лица.
— За мной, — отчеканил мужчина.
Пора пожимать плоды своих действий. Вега знала, на что шла, но всё равно не могла унять дрожь, охватившую её при виде отца.
Они подошли к уже знакомой двери. Именно за ней отец и лорд Эддингад вели свою беседу. Вега в нерешительности остановилась на входе, но холодный взгляд Вайрона буквально втолкнул её внутрь.
Комната, а точнее рабочий кабинет, не пустовала. В уютном кресле сидела Мериан, а по обе стороны от неё сидели Коллинзы.
«Он что, собрался ругать меня на глазах посторонних? А как же честь семьи, так оберегаемая им?».
— Я просил тебя лишь об одной вещи — не выкидывать фокусов. И что же ты сделала? Помчалась, Полярис знает куда, — Вайрон говорил спокойным тоном. Однако ярость, исходящая от него, окутывала Вегу.
Девушка по привычке потянулась к серьге, чтобы покрутить её. Но остановилась, вспомнив, что отдала украшение детям.
Дети.
Воспоминание о них придало сил. Девушка вскинула голову, смело взглянув на отца:
— Почему же? Полярисзнает, куда я помчалась, — она обвела взглядом присутствующих, задержавшись на Эване, и продолжила: — туда, куда мы все должны были броситься и предотвратить трагедию. Тогда, думается мне, у некоторых, было бы меньше причин для головной боли!
Повисла звенящая тишина.
Всегда невозмутимая Мериан нервно перекрестила пальцы, стараясь, чтобы этого никто не заметил. А спокойная маска отца дала трещину. Теперь он не скрывал своих эмоций, гневно раздувая ноздри. Казалось, только двоих в этой комнате нисколько не задели её слова.
— Вы в чём-то меня упрекаете, юная леди? — насмешливо спросил Лорд Эддингад, прекрасно понимая, что только что был брошен камень в его огород.
— В довольно конкретном происшествии, — как бы Вега не хотела, но побороть с детства вбиваемые устои не могла. Она даже и не заметила, как из-за рта против воли вырвалось: — мой Лорд.
— Вегнесса… — прорычал Вайрон.
Лорд Эддингад поднялся с кресла и жестом остановил мужчину:
— Не сердись, мой друг. Твоя дочь ещё юна и наивна. Она не понимает: мы не можем помочь всем.
Они сильно ошибались, если думали, что, внушив эту мысль, Вега как обычно отступит, закрыв на всё глаза.
— Но мы даже не пытались! Вместо этого мы лишь развлекались и тешили своё самолюбие дорогими напитками и едой.
— Слишком громкие слова для той, кто всю жизнь провела на балах и в поместьях, — с вальяжной грацией Эван поднялся и направился к выходу.
Поравнявшись с Вегой, он с безразличием оглядел девушку с ног до головы.
— Вы ошибаетесь отец, принимая обычную избалованность и жажду внимания за наивность и неопытность.
Как только он произнес эти слова, то почувствовал странную энергию. Энергию похожую на невидимый поток, который извне окружал его и пытался сдавить. Сообразив, что к чему, юноша усмехнулся. Он прочертил в воздухе рукой, будто пытался разрезать невидимый для глаз купол. После слегка наклонился, так, чтобы его могла услышать только девушка:
— Даже магию свою контролировать не можешь, а уже размышляешь о чужом спасении? Не встречал никого более жалкого.
Вегу словно окатили ушатом холодной воды. Взглядом затравленного зверька она столкнулась с насмешливыми глазами напротив.
Ранее она разозлилась. Разозлилась так, что, действительно, не смогла проконтролировать ни свои эмоции, ни свои силы. Похоже, сейчас, стоя перед ними и говоря всё это, она и впрямь выглядела жалко.
Никто из них не воспринял её всерьез. Будто бы она поведала им об очередной шалости, а не о смертях ни в чем неповинных людей.
Картинки воспоминаний вихрем пронеслись в голове, а с глаз спала пелена. Ей всегда было легче прятаться и отступать, чем возражать и бороться. Мериан, отец, Коллинзы. С каждым днём она всё больше становилась похожей на них.