Чтение онлайн

Осознание этого сдавило горло. Она не хотела быть, как они. Не хотела упиваться своей силой, властью и происхождением.

Вега набрала в легкие побольше воздуха.

— Я поняла…

— Вот видишь, Вайрон, твоя дочь одумалась и…

— Я поняла, что мне стоит уйти, — девушка грубо перебила лорда.

— Что это значит? — Мериан подскочила, но тут же взяла себя в руки.

Она не собиралась делиться своими безумными намерениями, которые не желали покидать мыслей

— Я должна уйти и обдумать своё поведение, — уклончиво ответила Вега, понимая, что поступок, который вертится в голове, самый безрассудный из всего, что она делала в своей жизни.

Эвану надоел этот цирк. Он собрался уходить, но остановился, услышав громкий хлопок. Он едва заметно повернул голову и увидел, как девушка ошарашено держалась за щеку и смотрела в пол.

Веге одновременно хотелось плакать и крушить всё подряд. Отец впервые поднял на нее руку. И она не понимала причины.

— Если ты выкинешь подобное ещё раз, клянусь, тебя ждёт строгое наказание. Не позорь свою мать и свою семью — произнес Вайрон.

«Ты уже сам давно это сделал, Отец» — Вега грустно улыбнулась. Слегка поклонившись, она покинула комнату.

Слёзы удержать не удалось. Щека всё еще горела. Обида и злость сжали грудную клетку так сильно, что Вега невольно опустила глаза, чтобы проверить что на неё никто не давит.

Девушка ворвалась к себе в комнату. Глаза лихорадочно забегали в поиске необходимых вещей. Вот только, какие из вещей будут существенными? Опыта в подобных делах маловато, вернее его не было совсем. Всё же не каждый день доводилось сбегать из дома. И речь шла не об очередном побеге в лес, а о самом настоящем. Таком, после которого нет пути назад.

Они планировали пробыть у Коллинзов пару дней, поэтому нашлось не так много полезного. Но ей посчастливилось обнаружить пару теплых вещей, несколько спелых фруктов и даже парочку жар-камней.

Стрелки часов демонстрировали глубоко за полночь. Настало время выдвигаться. В поместье стояла тишина, гулянья, наконец, окончились. Чтобы выбраться Вега должна спуститься со второго этажа, преодолеть танцевальный зал, гостиную и себя. Последнее, пожалуй, самое сложное.

К удивлению девушки, никаких преград на пути не возникло. Спустя пару минут она стояла лицом к лицу к главной двери. Оставалось лишь протянуть руку, но девушка мешкала. Несмотря на адреналин, бушующий в крови, присутствовал и страх.

Что ждет за дверью? Куда ей идти? Может лучше остаться? Она совсем не приспособлена к жизни без удобств и людей, помогающих в обыденных делах. Через пару дней отец наверняка бы остыл и простил её, и всё стало бы как прежде.

В голове как некстати всплыли слова светловолосого зазнайки. Хотя поводы зазнаваться у него явно были, в отличие от самой Веги, магией он владел куда лучше. Эван был прав: она жалкая, и если сейчас она не перешагнет этот порог, то навсегда останется такой.

— Давай, Вега, ты сможешь, — пробормотала девушка, — на счёт три.

Раз.

Отпереть замок.

Два.

Осторожно толкнуть дверь так, чтобы та не заскрипела.

Три.

Решительно оторвать ногу от пола и….

— Постой, — послышался тихий шёпот позади.

… замереть, в ужасе осознавая, что она попалась

Оборачиваться страшно, но оттягивать момент глупо.

— М-Мериан?!

— Так и знала, что этим кончится. По глазам поняла, — женщина ближе подошла к ошарашенной Веге.

— Ты понимаешь, что делаешь? Лишаешь себя всего. И ради чего? Ради необдуманной прихоти?

Вега нервно переступила с ноги на ногу. Понимала ли она серьёзность ситуации? Отнюдь. Девушка действовала под влиянием порыва. Злости. Отчаяния. Да чего угодно! Только не ума. Но именно это и позволило ей решиться. Нельзя всю жизнь действовать под диктовку холодного расчёта. Именно чувства позволяют нам оставаться людьми.

Она поднимает на Мериан твёрдый взгляд:

— Даже, если вы скажете отцу, я не отступлюсь.

— Ты даже не представляешь, что ждёт тебя там, вне от всего того, к чему ты привыкла. Кто станет о тебе заботиться?

Вега упрямо поджала губы, гордо вздёрнув подбородок.

— Я сама.

— Кто будет тебя защищать?

— Ответ тот же.

Мериан замолчала, заставив Вегу нахмуриться сильнее. Спустя некоторое время она наконец заговорила:

— Веди себя, как можно неприметнее. Не показывай нрав. Не оставляй деньги и драгоценности на виду. Будет лучше, если ты сделаешь потайной карман в плаще. Избегай больших мужских компаний. И не броди ночью, — с тяжелым вздохом, женщина взяла её за руку и вложила небольшой пузырек и мешочек с монетами. — Денег должно хватить на первое время. А в банке заживляющая мазь.

«Почему Мериан помогает? Да ещё и даёт мазь?»

Вега с трудом уняла разбушевавшееся сердце, прежде чем выдавить из себя глухое:

— Спасибо.

— Ступай на юг и всё время прямо. Если удача на твоей стороне, за сутки доберешься до ближайшей деревушки.

Чувство благодарности и чего-то такого, что должен ощущать ребенок к своей матери, заполнили её.

Вега не сдержалась и порывисто обняла женщину. Пускай они не были близки, но в глубине души девушка любила Мериан.

И вот попрощавшись, девушка перешагнула за порог. На встречу неизвестности. Прямиком в объятия судьбы.

Алое зарево яркими всполохами расползалось по небу, разгоняя ночные тени. Всё в лесу сбрасывало пленительные оковы сна и готовилось к новому дню. Замолкал стрекот сверчков и угуканье сов. Постепенно появлялись иные звуки: щебетание птиц, шуршание травы и весёлое фырчанье ёжиков. Вега любила лес с его пленительной таинственностью и крутым нравом. Ведь он всегда поможет нуждающемуся, но не потерпит слабого духом. И она очень надеялась, что не окажется таковой.

С каждым шагом уверенность в том, что она поступила верно, плавилась, как восковая свеча. Вега шла уже несколько часов. Бессонная ночь ощутимо сказывалась на организме. Голова будто налилась свинцом, глаза щипало, а в теле ощущалась слабость. Лишь врождённое упрямство заставляло идти вперёд, на юг. Вега знала, что остановись она всего на секунду, то начнёт жалеть. Ведь сейчас она могла бы лежать в уютной тёплой кровати, а не бродить по живописному, но прохладному месту.

Подумать только, неужели она и впрямь ушла из дома? Это чувство пугало, но вместе с тем и окрыляло. Вега впервые самостоятельно приняла решение и следовала ему. Во всяком случае, пока.