Чтение онлайн

— Ты найдёшь её, — успокаивает его Ник. — Если есть...

Изображение внезапно замирает, как будто кто-то остановил его. По моей влажной от пота коже пробегает дрожь.

Я больше не одна.

Томас стоит позади меня. После душа его аромат становится ещё более насыщенным.

Этого достаточно, чтобы заставить меня сжать бёдра — и поднять подбородок.

— Грейсон ищет меня.

Он продвигается медленно, шаг за шагом. Воздух становится густым. Удушливым.

Его руки скользят по моим плечам, затем по шее. Пальцы холодные.

Но голос у него тихий. Суровый.

— Он не найдёт тебя, Александра.

Я откидываю голову назад, не зная, дать ли ему больше пространства или уклониться от его прикосновений.

— Ты не можешь держать меня здесь вечно.

— Это не означает, что я откажусь от попыток.

У меня перехватывает дыхание, когда он скользит рукой вниз и хватает меня за грудь.

Сильно.

— Томас...

Он наклоняется ко мне и касается губами моего уха. У меня подгибаются пальцы ног, когда при одном только звуке его голоса всё погружается во тьму.

— Используй правильное имя.

У меня перехватывает дыхание. Накрываю его руку своей, обхватив свою грудь.

Сжимаю пальцы, пока не начинаю чувствовать, как ногти впиваются в его плоть. Моё дыхание учащается. Несколько мгновений я ничего не делаю, только борюсь.

С ним.

С разумом.

С собой.

Наконец сдаюсь. Сокрушительно.

Выгибаю спину и уступаю ему.

— Аид...

Мой стул опрокидывается. Я встаю, а затем сажусь на стол. Его руки повсюду.

Вокруг моего горла. На моих бёдрах.

Между бёдер.

Я испускаю безумный крик. Отчаянный. Вместо того чтобы замедлиться, Аид поднимает меня и тащит в самую тёмную часть комнаты. Бросает на твёрдую, неровную поверхность. Когда я цепляюсь за неё, в мою ладонь вонзается щепка.

Он прижимает руку к моей грудной клетке, удерживая меня.

Мне хочется закричать, но когда он касается губами моего живота, у меня перехватывает дыхание, и я не могу издать ни звука. Его пальцы ловко скользят по моему телу. Он поддевает край моей футболки, и она поднимается сантиметр за сантиметром, обнажая живот и грудь. Я прикусываю губу, сдерживая ругательство.

— Сделай это, — уговаривает он меня.

Я цепляюсь за стол.

— Что?

Его тёплое дыхание ласкает мою кожу. Несмотря на темноту и закрытые глаза, я почти вижу его. Нет. Я чувствую его.

Он улыбается.

— Умоляй.

Мои руки скользят по поверхности стола, на который он меня положил, пока я не обнаруживаю цепи, которые он использует для тренировок. Я цепляюсь за них изо всех сил.

С отчаянием.

— Я обещал тебе, Александра. Если ты скажешь чего хочешь, и попросишь меня правильным образом, я дам тебе это.

Ад, который он мне обещал, находится всего в нескольких шагах.

Мне даже не нужно протягивать руку, чтобы ощутить его.

Всё, что мне нужно сделать, — это попросить.

Но я этого не делаю.

Пока нет.

— Это... неправильно. — Он опускает руки мне на колени. Широко их разводит, обнажая меня. Мои бёдра вздрагивают, а голос начинает дрожать. — Однажды ты окажешься в тюрьме за то, что сделал. Они могут попросить меня арестовать тебя или...

Он прижимается тазом к моей интимности, и я замираю. Он возбуждён. Его твёрдый член, всё ещё прикрытый брюками, трётся между моих бёдер.

— Ты хочешь, чтобы я ушёл?

Мои ноги действуют раньше, чем рот. Я обхватываю ногами его бёдра и притягиваю к себе, и он начинает двигаться, как будто трахает меня.

Наше дыхание — прерывистое — нарушает тишину.

— Хочешь, чтобы я тебя отпустил? — настаивает он.

Я стискиваю зубы от ярости.

— Не смей.

Он проводит пальцем по моей щели. Медленно. Я такая мокрая, — и такая готовая — что почти чувствую боль.

— Сейчас или никогда, Александра. Что ты хочешь?

На меня надвигается тьма.

Никогда ещё это не было так опасно и так заманчиво.

Если я сдамся сейчас, то пути назад уже не будет.

Проблема в том, что у меня нет альтернативы.

Сопротивляться ему — не вариант.

И никогда не было.

Потому что я хочу его, но не с сегодняшнего вечера. С того момента, как впервые увидела его. С того момента, как он указал на меня пальцем и сказал, что выбирает меня.

Он мог выбрать кого угодно.

Я должна была желать другого.

Вместо этого я хочу именно его.

Благоговею.

И умоляю.

АИД

В первый раз Александра произносит моё имя шёпотом, словно умоляя.

Возбуждая, я впиваюсь пальцами в её бёдра.

— Громче.

Её грудь вздымается, набирая воздух.

— Аид, — повторяет она, на этот раз намного громче.

— Ещё раз, — приказываю я.

Наконец она выкрикивает имя. Её голос эхом разносится по комнате — и в моей голове. Он обрывается, когда, приподнявшись со стола, Александра расстёгивает мой ремень и обхватывает пальцами возбуждённый член. Моя реакция инстинктивна. И яростная.

Я впиваюсь пальцами в горловину её футболки и разрывают ткань. Александра задыхается, не знаю, от страха или от ощущения холода на коже. Когда я хватаю её за грудь, она выгибает спину. Её бёдра движутся навстречу моим, стремясь к большему контакту. Я не только не даю ей этого: я отстраняюсь.

— Что...

Она замолкает, когда я спускаю брюки вместе с боксерами. Несколько мгновений массирую возбуждённый член, а затем скольжу им по складкам её плоти. В моём горле раздаётся благодарный рокот, когда ввожу в неё только головку. Она именно такая, как я и ожидал: набухшая и влажная.

Тело Александры сотрясает дрожь. Она впивается ногтями в мои плечи, пятками — в поясницу. Она пытается всеми возможными способами заставить меня погрузиться глубже, но я не подчиняюсь. Напротив, я полностью отстраняюсь от неё.

Её гневные возгласы вызывают у меня судорогу удовольствия. Я испытываю смесь ненависти и желания. Словно зверь.

— Скажи, Александра. Как давно ты была с мужчиной?

Её глаза сверкают.

— Ты не мужчина!

В её голосе звучит ярость. И желание.