Чтение онлайн

Он низко наклонился и поднял кинжал, на этот раз из осторожности не поворачиваясь к ней спиной. Меррик взвесил кинжал на ладони и большим пальцем провел по богато украшенной рукояти, потом засунул кинжал за пояс и поднял на девушку настороженный взгляд.

— Ты говоришь, что норманны — воры? А может, ты сама воровка? У кого ты украла этот кинжал, саксонка?

Алана продолжала молчать. Бесполезно говорить правду. Он только посмеется, приняв ее за лгунью.

Меррик сжал зубы.

— На твоем месте, саксонка, я больше не испытывал бы мое терпение. Говори, чей это кинжал? Алана сцепила руки, чтобы унять дрожь. Собрав всю свою храбрость, она высоко подняла голову.

— Кинжал мой, — холодно ответила она. — Его дал мне отец.

— Отец! — рыцарь рассмеялся. — Леди, вы меня считаете круглым дураком! Такой кинжал может принадлежать только богатому человеку.

— Да, — подтвердила Алана потеплевшим голосом. — Мой отец был богат.

— Будь добра, скажи мне тогда, кто твой отец! Алана упрямо сжала губы.

Он еде слышно выругался:

— Правду, саксонка. На этот раз я должен дать правду!

— Ты встречался с ним, норманн, — в голосе девушки послышался гнев. — Лорд Кервейн пал под твоим мечом.

— Что? Ты хочешь сказать, что, твой отец — Кервейн?

— Да!

— Лорд Кервёйн действительно погиб в бою, от моего меча, — Меррик внимательно оглядел девушку, — и я своими глазами видел дочь Кервейна. Она не привязывает куски кожи к ступням, она обувается в мягкие кожаные башмаки. Ее рубашка не похожа на лохмотья, а сшита из самого тонкого полотна.

Алана распрямилась, остро сознавая, насколько неприглядно она выглядит.

— Я — не воровка! — с жаром заявила она. — Хотел знать правду, и я сказала тебе правду. Не моя вина, что ты не поверил! — она постаралась собрать все те крохи, что оставались еще от уязвленных гордости и достоинства. — А теперь, норманн, позволишь ли ты мне вернуться в деревню?

— Нет, саксонка, не позволю!

Алана уже повернулась было, чтобы уйти. Удивившись, она бросила на рыцаря быстрый взгляд.

— Ты не ослышалась. В деревню ты не вернешься.

Алана не отрывала широко раскрытых глаз от его лица. Рыцарь выглядел самодовольно, это было видно по его улыбке.

— Нет, — продолжал он. — Ты пойдешь не в деревню, а куда я прикажу.

Губы Аланы пересохли и едва шевелились.

— Куда? — прошептала она.

— В замок.

— В замок? — она не могла скрыть изумления — Зачем?

Меррик улыбнулся, и его улыбка не показалась Алане доброй. Она поднесла руку ко рту. Смертельный ужас охватил ее. Он собирается наказать за дерзость, мелькнула смутная мысль. Все ясно, как божий день.

— Может, ты будешь в замке скрести полы или помогать служанкам на кухне, возможно, кормить скотину в загонах, а может, и услужишь моим рыцарям в их ночных забавах, — злая ухмылка Меррика стала еще шире.

Слезы гнева застилали Алане глаза.

— Нет? Я… я не пойду к тебе в услужение!

— Нет ничего позорного в услужении.

— Позор — быть у тебя в услужении. Желваки заходили на скулах Меррика.

— В самом деле? — холодно заметил он. — Отчего же?

— Ты норманн!

— Да, я норманн! Норманн, ставший твоим лордом! Смирись и подчинись мне!

С горечью Алана излила свое отчаяние в словах:

— Разве у меня есть выбор? — Его голос был пронизан высокомерием:

— Выбор? Конечно, девушка, выбор у тебя есть Ты всегда должна выбирать мое неведение. Как он сказал… так оно и было

Как вскоре убедилась Алана, с этим человеком шутки были плохи. Он приказал ей идти перед ним, а сам следовал за ней на коне, вороном скакуне, который пританцовывал и все норовил встать на дыбы — такой же дьявол, как и его хозяин! Они уже почти достигли края леса, когда у Аланы мелькнула одна мысль…

Совсем рядом было то место, где деревья росли очень часто, а их ветви опускались почти до земли, так что пеший человек мог пробраться меж деревьями, но для лошади и всадника это было сложно. Надежда расцвела в душе Аланы. Если бы только ей удалось убежать…

Но вскоре она пожалела, что вознамерилась спастись бегством. Рыцарь перехватил ее с поразительной легкостью и втащил к себе на седло. Алану охватил панический страх. Ее никто никогда не учил ездить верхом. И хотя она старалась держаться прямо, чтобы, сидя в одном седле Мерриком, не касаться его совершенно, всадник этого не допустил. Рука мужчины крепко обхватила талию девушки и прижала ее спину к твердой груди, я теперь Алана чувствовала каждый вздох рыцаря, как свой собственный.

Близился закат, когда они добрались до замка. Рыцарь проезжал деревянный частокол, и не остановился, пока не оказался на внутреннем дворе замка в окружении крепостных стен. Как только Меррик натянул поводья, и конь встал, Алана соскользнула на землю. Она сильно ушиблась, ободрала руки и разбила колени, но не обратила на это внимания. Ей хотелось лишь поскорее избавиться от ненавистных прикосновений.

От отчаяния у нее сжалось сердце. Только сегодня утром она сказала Обри о своем намерении отправиться в замок, чтобы убедиться, что Сибил жива и здорова, но оказаться здесь вот так она не хотела… Алана дрожала, и не из-за предвечерней прохлады — она вспоминала тот кошмарный сон и молилась, чтобы он оказался видением; которому не суждено сбыться.

Вот она и попала в руки того самого человека, кого опасалась больше всех на свете… И все из-за своего собственного безрассудства!

Алана с испугом увидела, что Меррик спешивается. Она чувствовала на себе его взгляд, глаза рыцаря пригвождали ее к земле, словно острие ножа. Он передал поводья худощавому юноше, у которого были такие же темные волосы и брови вразлет, как у Меррика, — его сын, подумала Алана. Но сын или не сын — этот вопрос сразу же перестал ее занимать, как только сильные пальцы сжали ее локоть.

— Сюда, саксонка!

Он довел ее через грязный двор. Повсюду были лошади и норманнские воины. В толпе она заметила несколько знакомых лиц: конюха, прачку… Никто из них не удостоил ее взглядом. Слуги замка ходили с поникшими плечами и опущенными глазами, в подавленном и мрачном настроении. Не было слышно добродушных подшучиваний, над которыми все потешались лишь неделю назад. Кто здесь смеялся теперь, так это норманны.

Глянув в сторону, она увидела нескольких рыцарей, бросавших на нее откровенно похотливые взгляды. Один толкнул другого локтем в бок, тот ему шепнул что-то, и рыцари расхохотались. Щеки Аланы вспыхнули. Она не осмеливалась посмотреть на Меррика. Без сомнения, они думали, что он овладел ею.

Меррик подтолкнул девушку к ступенькам, которые привели ее в зал. Жаркий огонь пылал в очаге. Множество рыцарей сидели за столом, протянувшимся через весь зал, и на скамьях, расставленных у стен.

Алана увидела Сибил. Сестра направлялась к переходу, соединявшему зал с помещениями кухни, занимавшими отдельное строение. Забыв обо всем, Алана устремилась к ней.

— Сибил! — воскликнула она — Ты жива!

Сибил обернулась. На ее лице отразилось удивление, она не верила своим глазам.