Чтение онлайн

Якобс щелкнул клавишей автоответчика.

— Узнаешь, кому принадлежит этот голос?.. — Со скрытой издевкой в голосе спросил он, хитровато глядя на собеседника.

Тот напряженно слушал этот полупьяный монолог.

Фил, вытянув ноги под столом, вновь повторил свой вопрос:

— Ну, так ты узнал, кто это только что так интересно рассказывал?..

Медленно подняв взгляд на издателя «Обнаженной правды», Чарлтон медленно произнес:

— Да…

Вид у Рудди был совершенно растерянный — конечно же, он прекрасно знал голос Анетты Финн.

Продолжая хитро смотреть на собеседника, Якобс поинтересовался:

— И тебя не интересует, каким образом мне удалось заполучить аудиозапись этого монолога?..

— Каким образом тебе удалось заполучить аудиозапись этого монолога?.. — каким-то деревянным голосом спросил Рудди.

Самодовольно улыбаясь, Якобс продолжал:

— Она сама мне обо всем рассказала… ха-ха-ха!.. — неожиданно рассмеялся он. — Да, взяла вот так, и рассказала…

Чарлтон прекрасно знал Якобса, чтобы догадаться, что он, вне всякого сомнения, врет. Кроме того, знание характера Анетты также не позволяло поверить в правдивость слов Фила.

Исподлобья посмотрев на издателя бульварного листка, Рудди произнес:

— Рассказала?.. Сама?.. Что-то не верится.

Вынув из автоответчика кассету, Фил потряс ее перед самым носом собеседника.

— Однако, факты, дорогой Рудик, упрямая вещь…

Чарлтон протянул руку за кассетой, но Якобс мягким движением отстранил ее.

— Обожди, обожди, зачем так торопиться… — поднявшись, он прошел к стене, в которую был вделан сейф и спрятал кассету там. — Для чего она тебе понадобилась, Рудик?..

Тот, недовольно повертев головой, произнес:

— То есть — как это для чего?.. Я, может быть, хотел бы прослушать ее целиком…

— А для чего тебе слушать ее целиком?.. — в голосе Якобса звучала ничем не прикрытая ирония. — Скажи, для чего?.. Разве тебе недостаточно одного только факта, что у меня есть…

— У тебя?.. — Резко перебил его Чарлтон. — У нас. — Поправил он собеседника.

Якобс покачал головой.

— У меня, у меня…

Предчувствуя что-то недоброе, Рудди слегка приподнялся со стула.

— Почему это у тебя, Фил? Мы ведь, кажется, договорились действовать вместе… Половина — моя, половина — моя, не так ли?

Продолжая все так же улыбаться, Якобс согласно кивнул.

— Да, действительно…

— Так в чем же дело?..

Поняв, что если и выкладывать Чарлтону свои соображения по этому вопросу, то лучше всего сделать это сейчас, Якобс произнес:

— Ты знаешь, Рудди, мне очень неприятно обо всем этом говорить…

Он мельком взглянул на Чарлтона — тот сделался белым.

Смакуя и растягивая каждое слово — а Якобс действительно получал от этого разговора ни с чем не сравнимое удовольствие — он продолжал:

— Да, Рудди, знаешь, как-то не очень приятно говорить тебе обо всем этом… Но я, хорошенько все взвесив, пришел к выводу, что могу прекрасно справиться с Деннисом Харпером и без твоей квалифицированной помощи. Понимаешь мою мысль?..

Рудди был явно не готов к такому резкому повороту событий.

— Что, что?.. — Переспросил он.

Все тем же ровным голосом Фил повторил:

— Я говорю — могу прекрасно управиться с Харпером и без тебя…

Резко вскочив из-за стола, Чарлтон принялся судорожно хватать ртом воздух — словно рыба, выброшенная на берег. Все, все, что он, Рудди Чарлтон, так тонко, так мастерски задумал, рушилось на глазах: освоение заброшенных золотоносных приисков, красивая жизнь, почет, уважение, слава — все блага, которые могут дать только большие деньги… И все благодаря какому-то мелкому проходимцу, жулику, который украл блестящую идею и теперь хочет получить эти блага вместо их законного хозяина. Из-за этого пройдохи Якобса…

Чарлтон быстро взял себя в руки — поняв, что дело безнадежно проиграно, он решил выторговать у Фила хоть что-нибудь для себя.

— Но, Фил, — произнес он пересохшими от волнения губами, — Фил… Нельзя же так… Мы ведь с тобой друзья, Фил… Я всегда очень хорошо к тебе относился, ты должен помнить это. — Голос Чарлтона срывался от волнения. — Неужели ты действительно можешь поступить так со мной, неужели у тебя хватит совести не поделиться хоть чем-то со своим старым другом, которого ты знаешь вот уже столько лет…

Якобс наблюдал за терзаниями Чарлтона с нескрываемым удовольствием. Состроив сочувственную гримасу, он деланно-участливым тоном произнес:

— Рудик, не волнуйся… Да на тебе просто лица нет. В нашем с тобой возрасте нельзя так волноваться — это вредно для здоровья… Может быть, дать тебе какого-нибудь успокоительного?..

На Чарлтона действительно страшно было смотреть — лицо его сделалось из белого каким-то мертвенно-серым.

— Рудик, — продолжал издеваться Якобс, — все нормально, не волнуйся… — с этими словами он полез в шуфляду письменного стола и действительно вынул оттуда пузырек с какими-то лекарствами — судя по этикетке, успокоительными. — Вот, возьми… Это драже, прекрасно успокаивает в самых критических ситуациях. — Он принялся отвинчивать крышку пузырька. — Сейчас ты успокоишься, я вызову тебе такси — в таком состоянии ни в коем случае нельзя садиться за руль…

Глядя перед собой в какую-то точку в пространстве, Чарлтон тихо произнес:

— Фил… — это слово больше походило на глухой стон.

Якобс изогнувшись, посмотрел на Чарлтона.

— Хочешь успокоительного?..

— Фил… — снова простонал Чарлтон. — Фил, как ты можешь так поступать со мной?.. Неужели ты ничего мне не дашь?..

Притворно вздохнув, Якобс начал так:

— Понимаешь, Рудик, я очень, очень ценю твои дружеские чувства по отношению ко мне… Очень ценю. Я чрезвычайно благодарен тебе за то, что ты подкинул мне эту замечательную идею с Деннисом Харпером. Да, шантаж — дело благородное, и кому, как не мне, это знать. Однако, — интонации Якобса приобрели известную твердость, — однако, Рудди, ты должен понимать, что есть вещи значительно более ценные, чем дружба… Да, ты должен понимать это, ты же сам бизнесмен. А что ценится превыше дружбы? — Задал сам себе вопрос Фил и тут же ответил на него: — А превыше дружбы ценятся деньги. Особенно такие, какие можно ожидать от этого Харпера. Более того, Рудди, мне кажется, ты зря волнуешься: денег у нас еще нет, так что мы начинаем делить шкуру неубитого медведя… Понимаешь? Мы делим воздух, делим то, чего нет… И не понимаю — чего ты так вдруг разволновался?

Неожиданно Чарлтон резким движением схватился за грудь.

— Сердце… — чуть слышно простонал он.

В тот момент Якобс почему-то решил, что его старый товарищ симулирует — он очень давно знал Чарлтона и мог дать голову на отсечение, что Чарлтон способен и не на такое. Покачав головой с нескрываемым, каким-то шутовским притворством, Якобс произнес:

— Я же говорю тебе — возьми вот это, — он указал на стоявшую на столе склянку с успокоительным. — Рудик, не будь таким глупым, не надо беспокоится по пустякам.