Чтение онлайн

– Да, – признал Грисс, поймал мой взгляд и серьезно спросил, – ты не передумала?

– Нет, – смущенно шепнула я, уткнувшись ему в грудь.

– Завтра после церемонии ты переберешься в мою каюту.

– Но ведь…

– Посторонние не узнают, у нас отдельный блок. А аяшам ничего говорить не придется, они сами почувствуют, что мы стали парой. Временно, на публике, я буду обращаться к тебе по-прежнему, как к аране Лель, но во всех внутренних документах ты будешь проходить как Вера Дилегра.

– Прости за все эти сложности, – выдохнула я.

– Это все, как говорят земляне, мелочи жизни, – успокоил Грисс. А потом, когда я смущенно подняла к нему лицо, с мягкой улыбкой добавил: – Не бойся, я не накинусь на тебя как бешенный берсерк. У тебя будет время привыкнуть ко мне.

– Спасибо! – с облегчением прошептала я.

И мысленно хихикнула: «Грисс неосознанно относится ко мне как к чистокровной аяше, либидо которой надо разбудить». Но мне ли жаловаться и спорить? Уж слишком стремительно в моей жизни начали происходить изменения. Поэтому возможность потихонечку войти в новую жизнь в новом статусе – благо и удача.

– Не за что. Я тебя уже присвоил – это главное. Тем более узнавание друг друга тоже удовольствие! – признался Грисс.

Наклонился, поднял мою пилотку и надел мне на голову. Внимательно изучил мой внешний вид, заправил выбившуюся прядку за ухо и довольно блеснув глазами, явно наслаждаясь увиденным, добавил:

– Иди, моя радость, у тебя еще два часа смены. Не стоит провоцировать любопытство твоего напарника.

– Ты прав, – улыбнулась я.

А вот Грисс, поморщившись, с легким раздражением признался:

– Заподозрив в шпионаже и ознакомившись с твоим личным делом, я обратился к полковнику Хварастану-дер-Моржану с просьбой временной замены второго пилота, выразив готовность принять на борт «Валтрая» одного стажера из землян. И специально выдвинул требование – выделить лучшего из лучших курсантов. Под эту категорию подходила исключительно ты. Однако этот хитрый и дико вредный хвостатый файрав навязал мне сразу двух. Теперь вот пытаюсь найти уважительную причину, чтобы избавиться от вашего Дариана. Своей спесью, ленью и небрежностью он бесит весь экипаж. Но больше меня беспокоит его поведение – в бою такие непредсказуемы.

– А я? Во мне ты не сомневаешься? – Напряженно спросила я.

– Мы наблюдали за вашей группой во время прохождения испытания на полигоне. Безусловно, Крайч – моральный урод, но его выходка позволила присутствовавшим там воинам, среди которых был командный состав размещенных на «Рушазе» бригад, увидеть вас в работе. Этот тест выявляет слабые и сильные стороны бойцов. И дело даже не в том, смогли ли вы пройти его до конца, а как вы реагировали на те или иные трудности. Из двадцати курсантов не прошла тест треть, но уверен, что, как и я, все списали только четверых. Не за физическое несоответствие, а психологическое. Ты прошла, причем, из-за падения, дважды. И в стрессовой ситуации была собрана, реагировала с холодной головой, четко и адекватно, как опытный и подготовленный профи. Поэтому я только уверился в своих подозрениях на твой счет, – рассказывая, Грисс хмурился, видимо, произошедшее тогда его еще не отпустило.

– Ого! – выдохнула я, одновременно польщенная и изумленная.

– Из четверых курсантов, вызвавших у меня большие сомнения, двое тест прошли. Но Дариан вызвал приличные опасения. Из опыта работы с личным составом мой вывод неутешительный: ему не место в космосе. И тем более, в рубке межзвездника.

– Если ты его спишешь с «Валтрая» во время стажировки, испортишь ему личное дело и снизишь шансы на перспективу… – с тяжелым вздохом пояснила я очевидное.

– Я постараюсь найти приемлемое обоснование для отказа продлить стажировку у нас, – неохотно пообещал Грисс. И криво улыбнулся, заметив: – Мой опыт подсказывает, он даже порадуется переводу, потому что не готов быть в центре событий, где мы находимся постоянно.

Поддавшись порыву, я приподнялась на носочки и мягким коротким поцелуем коснулась губ Грисса, благодаря за все, и тихо спросила:

– Я пойду?

– Иди, – улыбнулся он.

Следующим утром я опять не спрятала под куртку красиво заплетенную косу. Зеркало отразило девушку в курсантской форме, собранную, но взбудораженную, трепещущую в предвкушении. С некоторых пор самой себе напоминавшую «раскрасом» вампиршу, только в этот раз не из-за переливания обогащенной крови. Это ураган эмоций прорывался наружу. И, похоже, поцелуй Грисса…

Утренний душ показался прохладным, хотя водяной датчик показывал температуру, которая была обычно и шесть лет меня устраивала. Даже ладони показались более розовыми и горячими. Грисс сказал, что одного поцелуя для полноценного заражения мало, однако для начала вполне хватило.

Губы алели, как и румянец на скулах, синие глаза почти лихорадочно блестели…

– Я в прямом смысле слова заразилась любовью! – хихикнула я, разглядывая свое отражение.

И уже в который раз залезла в кибер, чтобы с глупейшей счастливой улыбкой перечитать полученное вечером от Грисса сообщение, всего две короткие строчки:

«Уверен, ты не спишь и зря себя накручиваешь ненужными мыслями. Спи, родная, все будет хорошо, я обещаю.»

Так мало и так много!

Вместо ответа под милыми моему сердцу строчками красовалось красное «сердечко», передающее мои эмоции. Только бы Грисс не подумал, что я не захотела или поленилась ответить, отделавшись значком. Зависла и не нашла нужных слов. Ы-ы-ы… Как же тяжела и трудна доля влюбленных!

В коридоре я увидела аяша с «Нодуса». Подумала: может, ждет товарища? Обменявшись с ним приветствиями, я рванула в столовую и, к своему полнейшему изумлению, поняла, что он следовал за мной, причем, в моем темпе. Но стоило мне помахать друзьям на подходе к столовой, исчез из виду. Сдается, Грисс приставил ко мне охрану, и дело не в оголодавших на «Рушазе» мужчинах, те после строгого предупреждения не приставали. Значит, из-за покушения.

Завтрак прошел как в тумане, розово-зефирно-восторженном. Увы, до построения, когда мы на расстоянии наблюдали за разговором крайне раздраженного Лемеха с мрачным Дарианом. Куратор явно отчитывал его.

– Неужели Матиас так и не сдал устав? – удивился обернувшийся ко мне из первого ряда Миронов.

Из-за постоянного нытья моего обиженного на всех напарника теперь вся наша группа курсантов, собранная из разных академий Содружества, была в курсе его нелюбви к учебе и труду в целом.

– Угу, – удрученно буркнула я.

Пока вчера решалась моя судьба, Дариан испытывал свою, в третий раз провалив сдачу устава. С одной стороны, я невольно сочувствовала ему как однокурснику, с которым так или иначе провела бок о бок почти шесть лет. С другой – не могла понять, в чем проблема. Устав аяшей в худшем случае на одну десятую отличается от стандартизированного, принятого во всем Содружестве, который мы обязаны были выучить как таблицу умножения еще на первом курсе. Поэтому не осилить за полтора месяца три дополнительных раздела, в основном касающихся внутреннего этикета аяшей и условий безопасности… У меня не нашлось ему оправдания. Мало того, это уже попахивало клиникой.