Чтение онлайн

— Вот, выпей это, — говорит Марджи, подталкивая кружку в мою сторону.

— Прости, — говорю я, поднимая голову и бросая на нее взгляд. — Моя мама говорила мне не принимать напитки от мерзавцев.

— Хорошая практика, детка, — говорит она, потрепав меня по макушке. Она ставит свою чашку на стол и говорит: — Следующая игра за нами!

О, черт возьми, нет.

— Я не буду играть в пивр-понг, — шиплю я.

— Ты будешь играть в пиво-понг, — поправляет она авторитетно. — Мне плевать, что ты отстой. Я приму участие в команде, потому что знаю, что тебе будет весело. — Она одаривает меня слащавой ухмылкой. — Делай что хочешь, а я все равно останусь твоим другом. То есть, я буду очень пьяной подругой, но все равно хорошей.

Я потягиваю пиво, в тот время как она продолжает объяснять правила игры в пиво-понг, пока мы ждем, пока парни закончат свою игру. Я качаю головой, когда она спрашивает, есть ли у меня вопросы.

Я сглатываю, размышляя над тем, как мне поступить.

— Я буду первой, — говорит Марджи, когда мы занимаем свои места в конце стола. — Просто смотри, что я делаю, хорошо?

Я киваю.

— Поняла.

— У нас новичок? — спрашивает наш противник, парень с отросшим пучком, с другого конца стола. Хотя его вопрос был адресован мне, его глаза прикованы к Марджи, а на лице написано желание. — Значит ли это, что ты пытаешься напиться сегодня, детка?

— Заткнись, — говорит Марджи, собирая свои блестящие волосы в хвост и посылает им поцелуй. — Приготовьтесь к проигрышу, засранцы.

Не теряя времени, она хватает белый шарик для пинг-понга и бросает его в их сторону, и группа кричит, когда шарик с бульканьем падает в чашку перед ним.

Парень смеется и подбадривает ее, а затем выпивает свой напиток.

Он делает свой ход, и мяч падает в одну из наших чашек.

Марджи выпивает свою чашку и передает мне мяч.

— Ты справишься.

— Я справлюсь. — Я вздыхаю про себя, рисуя уверенные ухмылки на лицах наших соперников, полностью ожидающих, что я промахнусь.

Я поднимаю руку, изящно посылая мяч в их сторону, и он опускается в их среднюю чашку.

Марджи визжит, хватает меня за руку и прыгает вверх-вниз, а затем ухмыляется им.

— Пейте, мальчики.

— Новичкам везет, — кричит чувак с пучком.

— Я никогда не говорила, что я новичок, — отвечаю я. — Это лишь твое предположение.

— Ни хрена себе, — говорит партнер мужика-пучка – тощий парень с бритой головой. — Кажется, я люблю ее.

Он допивает свой напиток.

Делает следующий бросок.

Я пью.

Как и в случае с текилой, Рекс – большой поклонник пиво-понга – научил меня играть с ним в эту игру. Один из наших одноклассников всегда устраивал посиделки у костра на своем поле и турниры по пиво-понгу в сарае своих родителей. Рекс каждый раз требовал, чтобы я выступала в качестве его партнера, и я научилась игре. Мы были действующими чемпионами до окончания школы.

Люди могут думать, что я ханжа, которая не умеет веселиться, но они меня не знают.

С другими людьми я не я, не в своей зоне комфорта, как с Рексом.

Он понимает меня, а когда кто-то понимает тебя, ты не боишься рисковать.

***

У меня уже четвертая игра в пиво-понг.

Мы с Марджи каждый раз выигрывали, и хотя мы надирали задницы, наши противники не отстой. Они выбили достаточно кружек, чтобы я слегка захмелела, за что я им благодарна.

Это затуманивает мои мысли о том, что Рекс меня бросил.

Я подношу чашку к губам... и чуть не захлебываюсь, когда ее отдергивают в середине глотка.

— Какого хрена ты здесь делаешь?

Мое сердцебиение учащается втрое, когда я вижу перед собой разъяренного Рекса. Я не успеваю спросить, что он думает, что делает, прежде чем он берет мой локоть в руку и тянет меня сквозь толпу. Он не отпускает меня, пока мы не оказываемся на улице и не удаляемся от этого безумия.

— Какого хрена ты здесь делаешь? — повторяет он, подходя ближе.

О, черт возьми, нет.

Он не может вести себя так, будто только он один может веселиться.

— Я здесь по той же причине, что и ты – веселиться и пить, — отвечаю я с задором. — И пошел ты. Как ты смеешь тащить меня оттуда, словно ты мой отец!

Темно, и единственный свет вокруг нас – слабый, исходящий от фонаря на крыльце.

Я не могу видеть гнев на его лице.

Но я его слышу.

Раздражение сквозит в каждом слове, а напряжение наполняет его резкие вдохи.

— Я говорил тебе: если ты идешь на вечеринку, я иду с тобой.

Хотя он этого не видит, я хмуро смотрю на него.

— Странно. Ты не спрашиваешь моего разрешения на посещение вечеринок.

— Это другое, — ворчит он. — И ты это знаешь.

— Почему?

— Я – парень, а ты... ну, ты.

Я со злостью открываю свою сумку, достаю телефон и игнорирую сообщения, которые он прислал мне час назад.

— Я – это я? Позволь мне прервать этот разговор, чтобы погуглить для тебя определение «права женщин», где говорится, что я могу делать все, что, черт возьми, захочу.

Я застонала, когда он выхватил телефон, включил фонарик и посветил на меня. Я вздрагиваю от яркого света, ненавидя, что он выставляет меня на всеобщее обозрение.

— Я знаю об этом достаточно, учитывая бесконечные документальные фильмы, которые ты заставляла меня смотреть об этом, — отвечает он.

— Очевидно, мне нужно заставить тебя смотреть больше.

— Я делаю это, чтобы ты была в безопасности, Каролина, — говорит он. Часть его разочарования уходит, и появляется намек на мягкость. — Не для того, чтобы быть властным засранцем.

Мои глаза поднимаются и встречаются с его.

— В безопасности от чего? Хорошо проведенного время?

— Нет, в безопасности от наркотиков для изнасилования на свидании, от парней, которые пользуются подвыпившими девчонками, от того, что ты сама себя загоняешь в опасные ситуации. Я твой лучший друг, и это моя работа – присматривать за тобой.

— Ух. Может быть, как твой лучший друг, я хочу, чтобы ты был в безопасности. Может быть, я не хочу, чтобы тебя насиловали на свиданиях. — Я вздохнула. — Если ты хочешь быть моей помехой, Лейн, тогда я буду твоей. Сегодня вечером я буду блокировать вагины налево и направо. — Я показываю, как резко бью локтями по воздуху с каждой стороны.