Чтение онлайн

Я больше не видела Лео до воскресенья. Я просидела взаперти все выходные, рисуя картину в библиотеке, которая шла с трудом, вернее без всякого интереса, поскольку у меня в голове крутилась новая идея, и я все время обдумывала её, хотя знала, что должна работать над этой картиной, которую обещала сдать своему агенту.

Я отчаянно нуждалась в отдыхе, нужно было размять ноги и плечи от сидения за столом, который стоял в комнате. Прогулки по пляжу были хороши для мозгового штурма. Терраса была хороша, чтобы собрать все воедино. Но я была человеком привычки, и мне нравились мои привычки в работе, поэтому я отправилась на террасу.

Зевнув, я толкнула дверь ведущую на террасу, и на меня тут же налетел Том.

– Извини, – пробормотала я, увидев Лео, сидящего в кресле-качалке и держа в руках свой блокнот.

– Я занял твое место? – спросил он.

Я отрицательно покачала головой.

– Нет. Не знала, что ты здесь.

– Я могу уйти, – быстро произнес он.

Я подхватила Тома.

– Я хотела украсть его.

Лео рассмеялся.

– Конечно.

В понедельник вечером он заказал пиццу. Это был первый раз, когда он отправился на мои поиски в первую неделю в качестве просто соседей по дому. И искал он меня, чтобы спросить нет ли у меня аллергии и какую я предпочитаю пиццу. Когда он появился, то постучал в дверь.

Я съела кусочек на кухне, делая наброски для новой картины в блокноте карандашом. Это была совсем другая картина. Гораздо лучше.

Во вторник мы ели холодную пиццу на завтрак на кухне. Том смотрел на нас такими глазами, моля о кусочке. Я обнаружила, что Лео мне нравится больше в обычной одежде с щетиной на подбородке и чернилами от ручки на пальцах.

В среду я наблюдала, как он пишет на задней террасе дома. Его самоотдача не имела себе равных. Я не знала, что он пишет. Философские труды, конечно. Но кроме того, что он преподавал этику, я ничего не знала, например, почему он вообще решил заняться философией. Я не могла сказать, что было правдой тогда, в Париже, когда он рассказывал мне о своей страсти к философии. Вроде бы походило на правду и все же я сомневалась, что это так.

Но именно это и интересовало меня в нем в первую очередь. Этот чертовый кожаный блокнот и шариковая ручка.

Что он там пишет?

Почему он был весь в своих идеях, выглядя таким отстраненным?

В четверг мне пришлось разговаривать с декоратором, желающей, чтобы я весь день вместе с ней ходила по дому. Она показалась мне талантливой, и это заставило меня задуматься, зачем ей понадобилось мое присутствие. Я не успела ничего сделать за день. Лео я тоже не видела.

В пятницу я пыталась наверстать упущенное и рано завалилась спать. Я устала от всех этих идей в моей голове. Я думаю что сделала правильный выбор, принявшись за другую картину.

На кровать кто прыгнул. Я тут же распахнула глаза, в страхе отшатнувшись. Что, черт возьми, это было?

Потом всмотрелась в темноту. И тут увидела маленького щенка. Я расслабилась выдохнув. Должно быть оставила дверь приоткрытой. Том поскреб одеяло, я откинула его, чтобы он мог забраться ко мне. Он уткнулся носом мне в живот, а затем бесцеремонно плюхнулся рядом. Я хихикнула, поглаживая его по голове. Затем тут же снова заснула.

В субботу утром я проснулась от отчаянных криков за моей дверью.

– Аристотель! – Кричал Лео. – Том! Том, выходи сейчас же. Мы не играем сейчас. Том!

Секунду спустя Лео ворвался в мою комнату без приглашения и бросился вперед, словно намереваясь обыскать каждый дюйм в моей комнате.

– Ты не видела Аристотеля?

Я указала на своё одеяло.

– В целости и сохранности.

– О, Господи, – произнес Лео, опустившись на кровать. – Слава Богу. Я не знал, куда он пропал, боялся, что он убежал ночью.

– Не волнуйся. С ним все в порядке. Он вчера нашёл новое место для ночлега.

– Какой счастливчик, – невозмутимо произнес он.

Я рассмеялась.

– Хочешь на него взглянуть?

– Приглашаешь?

– Ты так хорошо себя вёл все это время и на те, – сказала я, закатив глаза. – Убирайся из моей спальни.

– Я шучу. Я хотел бы взглянуть на Аристотеля.

– Я слышала, как ты звал его Томом.

Лео ухмыльнулся.

– Видно, это заразительно.

Я потихоньку отодвигала одеяло, открывая маленькую собачку, свернувшуюся калачиком рядом со мной. Он презрительно приоткрыл один глаз, как бы говоря: «Как ты смеешь убирать одеяло?» Затем увидел своего хозяина и завилял хвостом.

– Вот ты где, маленький засранец. Ты меня так напугал, – сказал Лео. – Кто бы мог подумать, что я буду так беспокоиться о тебе?

– Ты только посмотри на него.

– Он тебя одурачил, – произнес Лео.

– Он не единственный, – пробормотала я.

Лео нахмурился, потом понял, что он находится не только в моей комнате, но и лежит на моей кровати.

– Ты же не собираешься выгнать меня за это, правда? – спросил он с обворожительной улыбкой.

Я вздохнула.

– Хочу сказать… ты нарушил правила.

Но я не смогла сдержать улыбку. Он выполнил все мои условия. Но было… тяжело все время осознавать, что он находится в доме. Так близко и в то же время так далеко. Полуголый на пляже. Играл со щенком. Писал, всегда писал. И это было неплохо само по себе. На самом деле, это было слишком заманчиво.

И только в результате этого мне стоило бы уйти, не оглядываясь, из этого дома.

Потому что, как бы хорошо он себя не вел в течение почти двух недель, я знала, кто он, откуда родом и каков на самом деле. Даже если он ничего от меня не хотел, я сама себе не доверяла настолько, чтобы оставаться совсем нейтральной на его территории.

Когда дело касалось его, я не могла быть нейтральной.

Даже близко не могла.

– Ну, ты тоже нарушала правила, – возразил он.

Я нарушала. Определённо. Потому что не могла перестать на него пялиться.

Даже сейчас, в широких шортах и белой футболке, он был сексуален, как грех. Тёмные волосы растрепались, будто он всю ночь проводил по ним рукой, пока писал. А карие глаза убивали меня наповал. Он был настоящим произведением искусства. Даже когда не был одет как Джеймс Бонд, он излучал ту же самую ауру.

Мне это нравилось, хотя должно было совсем не нравится.

– Да, – согласилась я. – Мы оба нарушали.

– Но…

– Но я думаю, что все было хорошо.

Вранье. Совсем все было нехорошо. Все было очень далеко от хорошо.

– Я тоже так думаю, – сказал он с улыбкой, что он хотел бы сделать со мной в этой постели. – Испытательный срок закончился?

Я подняла вверх палец.

– У нас остался сегодняшний день!

Он рассмеялся и скатился с кровати.

– Тогда нам нужно пережить еще один день.