Чтение онлайн

Однако на новогоднюю вечеринку прибывали только по приглашениям. Был установлен дресс-код – фрак для мужчин, вечернее платье – для женщин. Приглашали только пятьдесят человек. Раньше мой отец играл в гольф с мистером Тулом (может, они и до сих пор играют, но я не слышу, чтобы отец его упоминал), и мои родители ходили на ежегодную вечеринку последние пятнадцать лет. Мой отец каждый год жаловался на необходимость надевать фрак.

– Никогда так бездарно не тратил деньги на одежду, -говорил он. – Я надеваю его только на пару часов один раз в год.

Он не хотел идти, но если один раз отказаться от приглашения Тулов, больше тебя не пригласят никогда. А моя мать любила там бывать. Это ее любимая ночь в году. Она каждый раз покупала новое платье и вся светилась от счастья, беря под руку недовольного и мрачного отца.

Каины собирались в первый раз, что было в некотором роде сенсацией, поскольку они жили в городе всего несколько месяцев. Они стали весьма активны и популярны в городе, и являлись полной противоположностью моим родителям. Это означало, что наши родители будут в одном месте на протяжении нескольких часов.

– Мои родители твоим не понравятся, – сказал я. – Мои родители не ладят вообще ни с кем.

– То есть ты имеешь в виду, что твои родители возненавидят моих?

– Вероятно, – ответил я. – Но только потому, что мои -идиоты. Мне хотелось бы, чтобы они не пошли на эту вечеринку.

Я радовался, что они ушли. Это означало, что и ее, и мои родители будут заняты целый вечер. Мои, вероятно, уйдут от Тулов сразу же после полуночи, но даже и так у нас с Анной оставалось целых шесть часов.

Мне открыла дверь совсем другая девушка, такой Анну я не видел никогда. Я представлял ее такой до переезда в наш город, до того, как она стала одеваться, как готич-ка. В тот вечер она не использовала косметику вообще, а без черного карандаша, которым она обводила глаза, и помады, ее черты лица оказались мягкими и словно припорошенными сахарной пудрой. Она только что Вымыла голову, и никак не уложила волосы, что делала обычно. Поэтому ее волосы выглядели очень мягкими. Я подумал, что Анна выглядит, как кинозвезда, причем снятая специальной камерой, которая смягчает черты лица. Похоже, мы теперь еще меньше, чем всегда, подходили друг другу.

Она надела темно-зеленое платье, но не такое, в котором можно пойти на официальное мероприятие. Оно было более фривольным, чём выбранная мною одежда: коричневые вельветовые штаны, синяя рубашка с пуговицами по всей длине спереди (с расстегнутым воротником) и черный свитер. Мои ботинки и даже брюки оказались покрыты снегом – я ведь шел к Анне пешком. Платье Анны вначале показалось мне черным – может, потому что раньше я видел ее только в черных платьях и вообще только в черном. И лишь когда она вошла в освещенную комнату, я понял, что она оделась не в свой обычный цвет. Это было простое, облегающее фигуру, платье с короткими рукавами и черной лентой на талии. Обувь отсутствовала. Может, у Анны и не было ничего, кроме черной обуви, которую она носила обычно, а, может, ей хотелось показать, что лак на ногтях идеально подходит к платью.

– Я и не знал, что сегодня вечером нужно быть в парадном костюме, – сказал я.

– Ты выглядишь прекрасно, – ответила Анна. – Я просто подумала, что будет неплохо надеть немного зеленого в середине зимы. Кроме того, я хотела, чтобы ты увидел это первым. Я думаю о новом имидже на новый год. Не только платье, а и всем остальном.

– Не нужно меняться ради меня.

– Ты не думаешь, что это облегчит ситуацию?

– Для меня – нет, и, определенно, не для тебя. Просто будь сама собой. Разве ты сама не дала бы тот же совет?

– А откуда ты знаешь, что это не я – такая, как есть? Я промолчал.

– Откуда ты знаешь, что во мне не живет несколько личностей?

– Во многих людях уживается по нескольку личностей, – заявил я.

Она не пыталась ругаться со мной или спорить, но я подумал, что, если так пойдет и дальше, мы вскоре перейдем к этому.

– Ну, в любом случае, один вечер попробуем так. Тебе ведь понравилось, правда?

– Я думаю, что ты в любом наряде выглядишь великолепно, – определено это было глупым ответом, но это на самом деле было так.

***

Анна налила пару высоких стаканов водки, добавив немного клюквенного сока, чтобы немного подкрасить водку, и повела меня в спальню родителей.

– Я хочу тебе кое-что показать, – сказала она.

Мы подошли к большому эркеру, с встроенной скамейкой. Анна сняла со скамейки подушку. Так открывалось зеркало, составлявшее сиденье. Оно оказалось той же формы и размера, что и зеркало над ним, на потолке.

– Посмотрись в него, – предложила Анна.

Я склонился над зеркалом в сиденье, и мое отражение мгновенно умножилось, и продолжало умножаться, только я становился все меньше и меньше.

– Правда, здорово? – спросила Анна.

Это гипнотизировало. Количество отражений зависело от того, под каким углом приблизиться к зеркалу. Двигаясь взад и вперед, можно было растянуть отражение по плоской поверхности, а можно было отправить его в глубокий, бездонный каньон. Это было самое завораживающее зрелище: смотреть почти прямо вниз, мимо более крупных отражений у поверхности. В какой-то точке возникало ощущение, будто стоишь где-то на вершине и глядишь на себя самого в пропасти, а ты сам из пропасти еще и смотришь вверх.

– Создается впечатление, будто у зеркала отвалился низ, – сказал я. – Это напоминает кристально чистый океан, в котором видно дно.

– Только ты никогда не доберешься до дна. Вот такой он глубокий. Мне тоже нравится смотреть под этим углом.

Анна повернулась, чтобы смотреться в зеркало на потолке.

– От этого кружится голова, – сказал я. – Поэтому вы и закрываете зеркало подушкой?

– Да, отцу оно не нравится. Он говорит, что не хочет в доме никаких непонятных и причудливых иллюзий, в особенности – в спальне. Мама считает, что он просто боится высоты, а когда смотрится в это зеркало в сиденье, у него возникает желание прыгнуть.

– Я не думаю, что он получит травму, прыгая с такой высоты, – заметил я.

У меня в сознании тут же возник образ лишенной волос головы мистера Каина, снова и снова повторяющейся в зеркале в уменьшенном виде. Я рассмеялся вслух.

– Это не так смешно.

– Нет. Я просто подумал кое о чем, что показалось мне смешным. А если бы такой была вся комната? Здорово было бы иметь собственную зеркальную комнату.

Анна положила подушку назад на зеркальное сиденье и опустилась на нее. Я отправился к выключателю, выключил свет, потом устроился рядом с Анной. Мы смотрели на улицу, в черноту ночи. На небе появилась большая луна, почти полная. Верхняя ее часть была срезана. Если долго на нее смотреть, начинало казаться, будто она слегка шатается на небе.