Чтение онлайн

– Один, девятнадцать, девятнадцать, четырнадцать, пятнадцать, двадцать три.

Затем голос исчез. Больше ничего не было, только атмосферные помехи. Часы показывали двадцать минут одиннадцатого. Я поспешно вскочил с кровати и включил свет. Я записал время, частоту и числа, которые помнил. Я не был уверен, в правильном ли порядке их записал, но пришлось действовать так быстро, как только возможно. Так что – как запомнил…

На следующий день я получил письмо по электронной почте, в котором указывалась частота, которую я слушал в предыдущий вечер, и стояло «2200 est»*. Я отправил ответ по электронному адресу, с которого пришло послание.

«Кто ты? – написал я. – Что ты пытаешься мне сказать?»

Но ответа не последовало.

В тот вечер я стал слушать приемник в девять часов, но на той частоте ничего не было, кроме помех. Ровно в десять часов та же женщина, чей голос звучал точно также, как звучал бы голос Анны, произнесла следующее:

– Внимание! Девятнадцать, пятнадцать, тринадцать, пять, двадцать, восемь, девять, четырнадцать, семь.

Пауза.

– Один, девятнадцать. Пауза.

– Девятнадцать, восемь, тринадцать, шестнадцать, двенадцать, пять.

Пауза.

– Один, девятнадцать. – Пауза. – Девятнадцать, четырнадцать, пятнадцать, двадцать три.

Это все повторили несколько раз, затем передача прекратилась.

На следующий день я получил письмо по электронной почте с того же адреса.

«Что это значит?» – спрашивали меня.

«Это как раз то, что я хотел бы знать, – ответил я. – Кто это отправляет?»

Следующие два вечера я слушал те же числа, и еще больше уверился в том, что это голос Анны. Передачи были совершенно одинаковыми, словно прокручивалась запись. Больше никаких писем по электронной почте я не получал.

Я стал меньше думать о передаче и больше – о числах. Что они означают? Я выписал их на листке бумаге и изучал. Ничего. Я снова их записал. Ничего. Затем я разбил их на пять групп, отделив в соответствии с паузами во время передачи. В первой группе было пять чисел, во второй – два, в третьей’- шесть, в четвертой – два, в последней – четыре. Вторая и четвертая группы оказались одинаковыми, там стояли один и девятнадцать. Девятнадцать встречалось в каждой группе. Что означает девятнадцать? Что представляет это число? Я снова посмотрел на цифры, затем решил найти соответствующие числам буквы алфавита. Алфавит я выписал на отдельном листке бумаги, потом под буквой «А» поставил цифру 1, под буквой «Б» цифру 2 и так далее. Девятнадцатой буквой английского алфавита оказалась S. То есть вторая и четвертая группы читались «as» – «как». Дальше было легко. Числа сработали. Послание звучало: «Something as simple as snow» – «Что-то простое, как снег». Это Анна прислала мне оговоренную фразу.

Мне требовалось выяснить, откуда идет сигнал. Я вошел в Интернет и стал искать информацию о том, как определить место, откуда исходит коротковолновый сигнал, но информации о пеленгации давалось мало, а то, что я обнаружил, оказалось для меня слишком сложным. Я не так хорошо разбираюсь в технике. Мне требовалась помощь, а единственным человеком, к которому я мог обратиться за такого рода помощью, был мистер Кайн. Я не хотел к нему обращаться, но выбора не было. Я позвонил ему и спросил разрешения зайти, потому что мне требуется помощь. Мне не разобраться с одной проблемой.

– Я слушал странное послание, – сказал я ему. – Возможно, вы посчитаете меня сумасшедшим, но, похоже, оно от Анны.

– И что за послание?

– Ряд чисел.

– Анна произносит ряд чисел?

– Я знаю, что это звучит глупо, – продолжал я. – Но это голос Анны. Я имею в виду: я почти уверен, что это она. Я хочу, чтобы вы помогли мне выяснить, откуда идет сигнал.

Он посмотрел мне прямо в глаза. Я всегда немного пугался, когда он так смотрел. Взгляд этих глаз без ресниц всегда нервировал.

– Как ты считаешь, что означают эти числа?

– Я не знаю, – ответил я. – Но я думаю, что если мы найдем, откуда идет сигнал и кто его отправляет, то нам удастся с этим разобраться.

– Я не думаю, что это поможет.

– Почему вы так считаете? Он долго молчал.

– Потому что это послание отправлял я, – сказал он.

– Вы?

– Да. Я надеялся, что кто-то поможет мне с этим разобраться. Я нашел запись в компьютере Анны. Она записала это за несколько дней до того, как… покинула нас, -сообщил он. – Я слушал ее и подумал, что стоит отправить запись в эфир и попробовать получить помощь с расшифровкой.

– Значит, и письма по электронной почте тоже вы отправляли?

– Я отправил их всем ее друзьям. Всем, кого нашел у нее в списке адресов, всем, кто пришел мне на ум, всем, кого она могла знать. Я подумал, что люди станут помогать с большей готовностью, если не будут знать, что за всем этим стою я.

– А кто-то помог?

– Нет. Я должен выяснить, что это означает.

– Я знаю, что это означает, – заявил я.

– Но ты же говорил, что не знаешь.

– Я знаю. Я думаю, что знаю. Это было послание для меня.

– И что оно означает?

– Я не могу вам сказать, мистер Кайн.

– Ты должен.

– Я не могу. На самом деле это не послание. Это только его начало, сигнал. Это фраза, которой мы договорились начинать послание. Это секрет, который знали только мы двое. На тот случай, если мы когда-нибудь расстанемся. Я никому не могу сказать, что это означает.

– Что ты имеешь в виду под фразой «если вы когда-нибудь расстанетесь»? – спросил он.

Я рассказал ему о том, что Анна хотела придумать шифр, подобный тому, которым пользовались Гудини с женой.

– Это было на случай непредвиденных обстоятельств, -пояснил я. – Но есть еще и это.

Я протянул ему некролог, посвященный Анне, который мне прислали. Мистер Кайн прочитал его, потом еще раз.

– Это ты написал? – спросил он.

– Кто-то прислал его мне.

– Кто?

– Я не знаю. Я думал, что это могла быть Анна.

– Нет, – очень резко ответил он. – Она этого не посылала.

– Почему вы в этом так уверены?

Он минуту изучающее смотрел на меня, затем ответил очень осторожно.

– Здесь есть вещи, о которых Анна не знает.

– Что именно?

Мистер Кайн ничего не сказал. Он просто смотрел в бумагу.

– У вас была еще одна дочь, которая сбежала? – спросил я.

– Одно не имеет никакого отношения к другому, – заметил он.

– Я думал, что Анна была единственным ребенком.

– Это она тебе сказала?