Чтение онлайн

– Я бы сам такую наклеил, – сказал он парню. – Но не подходи к моей тачке.

Брюс обожал говорить о своих машинах, но не о чужих. Свою он всегда именовал «тачкой», но другие так никогда не называл.

Я пытался встретиться с Брюсом после школы с тех пор, как видел его на бейсбольном матче, но он всегда исчезал о того, как я успевал его найти. Я еще до занятий находился место, где он припарковал машину, но когда подходил туда после окончания занятий, его пикапа там уже не было. Иногда он уезжал на машине обедать, а потом ставил ее в другом месте, поэтому мне приходилось ходить по небольшой автомобильной стоянке, расположенной у подножия склона, на котором стояла школа, или идти вдоль футбольного поля, где также имелись места для парковки. Но машины нигде не находилось. В результате, к концу недели я добрался до «Доджа» раньше Брюса. Это был прохладный весенний день, но можно сказать, что солнце уже принялось за работу. Я чувствовал тепло, отражавшееся от черной краски, и каждые несколько минут приближался к темному металлу, пытаясь согреться, словно это была батарея или угли костра. Наконец, большая часть снега растаяла, но он все равно еще лежал вдоль улицы, в местах, куда его многократно сгребали на протяжении зимы. За зиму эти кучи все нарастали и нарастали, да еще и находились в тени зданий и под деревьями, скрываясь от солнца. Я ждал Брюса уже больше двадцати минут, и подумал, что его, возможно, оставили после уроков. Мне не хотелось ожидать еще сорок минут. – Ты не облокачивался на мою тачку, – сказал Брюс. Он появился сзади, и напугал меня. Брюс был ненамного выше меня, может всего на несколько дюймов, но у меня всегда создавалось впечатление, будто он нависает надо мной. Он был одет, как обычно – черная вязаная шапочка низко натянута на бритую голову, почти до глаз, длинное черное двубортное пальто, напоминающее шинели армии Наполеона, черные джинсы и большие черные ботинки в стиле милитари. Он был весь в снегу, словно в нем валялся. Брюс пришел не из школы, а откуда-то еще. Он перешел улицу к своей машине, и увидел меня. Он вполне мог выйти из леса на другой стороне улицы, или еще откуда-то. Я не знал.

– Ты ее не касался, – сказал он. Это не было вопросом.

– Нет, – подтвердил я. – Я даже близко не подходил к твоей машине. Я хотел бы с тобой поговорить.

– Ну, давай поговорим.

– Я случайно услышал твои слова во время матча.

Он сурово уставился на меня, причем казалось, что взгляд с каждой минутой становится все более суровым. Я подумал о том, чтобы отказаться от вопросов, но было уже слишком поздно.

– Я слышал, как ты говорил, что это Анна чуть не убила тебя во время той автомобильной аварии.

– Она стала причиной аварии, – заявил он по-деловому.

– Ты имеешь в виду: наслала порчу или что-то в этом роде?

– Нет, – ответил Брюс. – Она сидела за рулем.

– Я этого не знал. Брюс пожал плечами.

– И что? – спросил он.

– Она никак не пострадала.

– Ни царапины, – подтвердил Брюс.

– Но ведь у нее не возникло проблем с полицией и вообще…

– Ее не оказалось на месте. Она ушла, а я сказал им, что был в машине один.

Я ничего не ответил.

– Думаю, что она сделала это специально, – продолжал Брюс. – Из-за записок, которые я оставлял в твоем шкафчике.

Я продолжал молчать. Я пытался разобраться с тем, что он говорил.

– У меня есть коробка, полная писем, рисунков и книг, как у тебя, – объявил Брюс.

– Правда?

– Если хочешь, гложешь все это забрать себе, – сказал он. Я повернулся, чтобы уйти.

– А как насчет некролога? – спросил Брюс.
– Что?

– Ты же получил его по почте, правда?

– Я не знаю, о чем ты говоришь.

– Спроси у Клер, кто его тебе послал.

Мне следовало бы посмотреть коробку, про которую говорил Брюс. Это было ошибкой. Мне следовало взглянуть на содержимое. Так я смог бы ответить на часть вопросов. Но в те минуты я не хотел слушать ничего из того, что говорил Брюс, и не хотел брать ничего из того, что он предлагал. Прин оказался прав. Я не прилагал достаточных усилий.

Я пытался забыть то, что мне рассказал Брюс, но знал, что раньше или позже мне придется спросить об этом Клер. Может, это Брюс отправлял некролог и пытался переложить вину на Клер, а, может, он пытался нас рассорить. Я смотрел на стены своей комнаты и раздумывал, сколько открыток и фотографий совпадали с полученными Брюсом. Я раздумывал, не повторяли ли когда-нибудь стены в его комнате стены Анны. Я стал изучать каждую вещь, прикрепленную к стене, и систематизировал их. Я записывал, когда открытка или фотография была отправлена, какая информация содержалась на оборотной стороне. Я прикрепил бумажки с собственными комментариями к каждой открытке. Я раньше стер большую часть ее посланий по электронной почте, но тут распечатал оставшиеся и поместил в блокнот. Все было упорядочено и систематизировано, ко всему прикреплены ярлыки. Если Анна оставила одни загадки, я нацелился их решить. Я трудился над этим в школе, во время уроков записывая в тетрадь связи, ссылки, косвенные указания и случайные намеки. У меня упала успеваемость. Я стал получать сплошные «D» за контрольные и задания. Единственным занятием, которое продолжало меня интересовать, и где я продолжал обращать внимание на происходящее, был урок мистера Девона. А там происходили интересные вещи.

***

Я сидел на занятиях у мистера Девона и составлял коллажи из журналов и газет, которые мы принесли из дома, как он и говорил моему отцу. На занятиях нас было десять или одиннадцать человек. Внезапно за одним из столов появился отец Карла и стал наблюдать за нашей работой. Никто из нас не заметил, как он там возник. Но все сразу же поняли, что он пьян. У него раскраснелось лицо и, казалось, он пытается на чем-то зафиксировать взгляд и понять происходящее. Мистер Девон наблюдал за ним несколько минут, потом подошел к нему.

– Я могу предоставить вам материал, если вы желаете к нам присоединиться, – сказал он.

Отец Карла повернул голову и посмотрел снизу вверх на мистера Девона со странным выражением лица. На нем точно присутствовало любопытство.

– Нет, не думаю, – ответил он. – Я просто посижу здесь минутку, если не возражаете.

– Если вы собираетесь остаться, то почему бы вам не сесть за мой письменный стол? – мистер Девон показал в сторону кабинета, надеясь, что отец Карла уйдет из класса, где находились мы. Но отец Карла даже не поднял головы.

– Мне и здесь неплохо, – сказал он.

Отец Карла в некотором замешательстве осмотрел около дюжины учеников, работающих рядом с ним.

– А что это за занятия? – спросил он.

– Это урок изобразительного искусства, – пояснил мистер Девон.

– Я искал сына.

– В это время у него какие-то другие занятия, – сообщил мистер Девон. – Если ходите, мы можем сходить к директору и выяснить, где он.

– Не беспокойтесь, я потом его найду, – отец Карла снова посмотрел на мистера Девона, но на этот раз серьезными взглядом, и не отводил глаз. – Вы когда-нибудь в кого-нибудь стреляли?

(Кое-кто заявлял, что он сказал «убивали», другие почему-то решили, что он сказал «ловили».)

– В меня один раз стреляли. У меня до сих пор осталась в шее пуля.

– Давайте на нее взглянем.

– Хорошо. Давайте выйдем, и я вам ее покажу. Мистер Готорн встал, чтобы последовать за мистером

Девоном, но, поворачиваясь от стола, вдруг заметил в углу скульптуру мистера Девона. Отец Карла внезапно бросился в угол, по пути схватил пустой стул и начал лупить по скульптуре стулом. Несколько девочек в классе закричали. Мистер Девон бросился к отцу Карла, выбил стул у него из рук, а потом сбил его самого с ног. Они упали вместе, затем мистер Девон прижал руки пьяного за спиной, поднял его и вывел из класса. Отсутствовал он от пяти до десяти минут.

Нечасто доводится видеть, как учитель катается по полу и, вероятно, еще реже предоставляется возможность посмотреть, как он там с кем-то сражается. Вскоре можно было подумать, что больше половины школы находились на занятиях у мистера Девона в это время – судя по тому, сколько человек объявило себя свидетелями. Похоже, на всю школу произвело впечатление то, как мистер Девон справился с мистером Готорном. Некоторые говорили, что мистер Девон одержал безоговорочную победу, другие утверждали, что если бы мистер Готорн не был пьян, то, вероятно, управился бы с мистером Девоном. Конечно, если бы он был трезв, то никогда бы не зашел в школу. Действия мистера Девона заняли второе место в списке самых обсуждаемых тем. Больше всего обсуждалось, действительно ли у мистера Девона осталась в шее пуля и как она туда попала. Некоторые утверждали, что ее туда засадил мистер Готорн, и именно поэтому они и подрались. Забавно, но благодаря этому эпизоду Карл стал еще более популярен (если такое вообще было возможно). Ему сочувствовали и удивлялись, как у таким папаши получился такой приятный парень. Поэтому мне захотелось, чтобы мой отец во время запоя разрушил всю школу. Но мне никогда так не везло.