Чтение онлайн

Отдел новостей орорского «Курьера» был шумным, очень шумным. Он занимал не очень большую комнату, и непрекращающийся гул компьютеров, звуки полицейского радио и звон телефонов, казалось, только усиливали этот шум. Плюс постоянный смех. Люди все время что-то кричали друг другу через весь зал. Редакторы отпускали скверные шутки в адрес полицейского радио, которое постоянно сплевывало новые и новые сообщения. Журналисты любили превращать заголовки в фирменные образцы черного юмора, а спортивные репортеры постоянно оскорбляли именитых спортсменов. Но все это носило характер вполне добродушной забавы.

В отделе новостей «Курьера» царила вечная неразбериха и суета, вспомнила Сьюзен и даже хихикнула про себя. Письменные столы все время перемещались в самых неожиданных направлениях, казалось, по собственной воле, телефонные и компьютерные провода перепутывались, как спагетти, плакаты и фотографии на стенах перемежались с непочтительными лозунгами, отпечатанными на принтерах, все горизонтальные поверхности были завалены сообщениями для печати и полупрочитанными газетами.

Отдел новостей «Пост», наоборот, был ужасно тихим. О, конечно, некоторый шум все же присутствовал, но как бы на заднем плане, этакое ровно гудящее проявление деятельности.

Редакторы и журналисты сидели, будто приклеенные к экранам своих мониторов. Некоторые перебегали с места на место и тихо нашептывали что-то на ухо друг другу. Но почему-то все казалось таким… таким стерильным, думала Сьюзен. Что ж, решила она, очевидно, так оно и должно быть в крупном издании.

Ход ее мыслей прервался, когда Сьюзен заметила Гейл, энергично приближающуюся к ней с протянутой рукой.

— Сьюзен! Я уже заждалась, — просияла старая подружка. — Послушай, редактор не сможет принять тебя раньше второй половины дня, и я подумала: может, тебе захочется поехать со мной на задание в Сити-Холл? Готова?

— Отлично! Просто супер, — ответила Сьюзен, и они обе подошли к столу Гейл.

— Угу, и ты сможешь получить представление, что значит освещать события в большом городе.

— Я готова, — отозвалась Сьюзен.

— Хорошо, — одобрила Гейл. — Сначала мы отправимся в пресс-центр Сити-Холла и посмотрим, есть ли у них там сообщения для прессы из информационного офиса мэра. Может, нам удастся поймать и его самого.

Сьюзен широко раскрыла глаза, но заметила несколько насмешливый взгляд Гейл.

— Да-да, звучит значительно, правда? Но ты просто не забывай: он надевает штаны так же, как и любой другой человек, по одной ноге за раз, — протянула Гейл и направилась к лифту. — Давай, пошли, — позвала она через плечо.

Эл тронул подушку, где накануне ночью лежала голова Сьюзен. Когда он проснулся этим утром, первая его мысль была о ней. Он спал, как бревно, — спокойно, мирно, удовлетворенно. И все же ему хотелось, чтобы она осталась с ним. Как это было бы здорово — проснуться и увидеть ее рядом, погладить шелковистые светлые волосы, почувствовать нежность и мягкость кожи, притянуть к себе.

Да, все, что случилось прошлой ночью, казалось удивительно правильным, намного более правильным, чем все, что происходило с ним за многие годы. Именно поэтому он и не ощущал своей вины за то, что взял ее, сделал своей. Она хотела его, он хотел ее. Они удивительно подходили друг другу, это он знал совершенно точно и надеялся, что Сьюзен тоже начинает так думать. Может, все-таки есть шанс, что она переменит свое мнение о карьере и останется здесь, с ним? Он обязан верить в это.

Эл тряхнул головой и направился на кухню. Он не даст ей ни минуты покоя и сам не успокоится, пока не добьется ее, решил Эл, доставая из холодильника банку кофе. Довольно быть терпеливым. С этим покончено. Вот погоди, дай только увидеть ее сегодня на работе… «Сьюзен Уэллс, теперь тебя будет преследовать влюбленный мужчина», — сказал он наполовину ей, наполовину себе и начал насыпать кофе в кофеварку.

Сьюзен почти бежала, чтобы поспеть за Гейл. Она всегда думала, что умеет передвигаться быстро и энергично, но Гейл превосходила ее по всем статьям. Она сразу увидела, что Гейл знает свое дело и буквально излучает самоуверенность, шагая по коридорам Сити-Холла к пресс-центру. Сьюзен вошла следом, и в ее сторону сразу повернулось несколько голов.

— Эй, Гейл, кто эта цыпочка? — послышался голос из самого дальнего угла комнаты. Какой-то парень — Сьюзен решила, что это еще один репортер — оценивающе оглядывал ее.

— Старинная подружка по колледжу, — ответила ему Гейл, подходя к доске объявлений, чтобы проверить, не появились ли там новые сообщения для прессы. — Она собирается проходить собеседование для той вакансии, которая недавно открылась у нас в «Пост».

— О, в таком случае, желаю удачи, — сказал он Сьюзен, дьявольски ухмыляясь.

Сьюзен скромно смотрела в пол.

— Спасибо, — ответила она, потом повернулась к нему спиной и шепнула Гейл: — Кто это такой?

— Улыбайся ему, но смотри, не слишком дружелюбно, — тихо шепнула Гейл. — Он — известный обозреватель. Или, вернее, думает, что известный. Во всяком случае, заигрывает со всеми девушками, которые появляются здесь. И он женат. Подонок. Ты только подыгрывай ему, чтобы не сделать своим врагом. Это будет равносильно гибели, — закончила она свои краткие объяснения. — Нам надо подняться наверх. Мы немного опаздываем, потому что мне пришлось дожидаться тебя.

— О, извини, — немного смущенно сказала Сьюзен.

— Ерунда. Все равно это обычно «Идите сюда, поторопитесь, подождите», как в армии.

Сьюзен увидела человек тридцать, сгрудившихся в нетерпеливом ожидании вокруг дверей в кабинет мэра.

— Это все журналисты? — задохнулась она.

Гейл кивнула.

— Страшновато, правда? И каждый хочет эксклюзивный материал, эдакий лакомый кусочек, который достанется только ему и никому другому. Погоди, пока не откроется дверь. Увидишь, в какую это все превратится потасовку.

Но пока журналисты стояли перед закрытыми дверями и нетерпеливо переговаривались. Хотя эти разговоры не выглядели дружелюбными, отметила Сьюзен. Похоже было, что ни один не смотрит коллегам прямо в глаза, а постоянно поглядывает на двери офиса Операторы видео- и звукозаписи выглядели в высшей степени скучающими, посматривали то в потолок, то себе на руки, в общем, куда угодно, только не на стаю журналистов, сгрудившихся, как волки перед атакой.

Когда они немного приблизились, Сьюзен поймала несколько обрывков разговоров, но все они были пронизаны пессимизмом и чувством безысходности.