Провинциалка для сноба
Шрифт:
Дима — муж Светланы, это Люда знала. Так что же получается, что он?..
— А он знал? — она спрашивала, знал ли муж ее, что она беременна от другого.
— Что ребенок не его? Конечно, — пожала плечами Светлана. — Мы тогда с ним только познакомились. И очень быстро поженились… из-за Павлика, — тише добавила.
— А Влад? Он знает?
— Нет, — быстро взглянула на нее Светлана. — Никто не знает, кроме вот тебя теперь. И Дима не знает, от кого Павлик.
В голове пока еще плохо укладывалось все то, что рассказала ей Светлана. А главное, чем вызвана такая откровенность? Ведь она ее совсем не знает. Что если, Люда сразу же побежит рассказывать Владу о ребенке? Конечно, же она не побежит. Тайна — она на то и тайна, чтоб о ней никому не знать, это Люда усвоила с детства. Но все же, почему?
— Я не для того тебе это рассказала, чтоб пожаловаться или вызвать сострадание, — словно прочитала ее мысли Светлана. — И я верю, что ты ничего не передашь Владу, потому что он лишь биологический отец. А настоящий папа Павлика Дима. Он любит его как родного сына, и ни разу не упрекнул меня, ни в чем. Просто… — она снова замолчала, подбирая слова. А Люда размышляла на тему, смогла бы она вот так — поделиться столь интимными подробностями своей жизни с малознакомым человеком? Вряд ли, какая бы цель не преследовалась в итоге. — Хочу, чтоб ты знала. Влад, он замечательный человек. Добрый, отзывчивый, веселый. Он настоящий друг, но… Он из тех мужчин, что боятся взрослеть и брать на себя какие-нибудь обязательства, — грустно улыбнулась она. — Он как мотылек летит по жизни, торопится жить, хочет успеть даже больше, чем все. С ним тебе будет хорошо, пока не захочешь чего-то большего, серьезного…
— Ты его любишь до сих пор? — прострелила Люду догадка. Это чувство она прочитала на лице Светланы, в ее голосе, когда та описывала Влада. Она словно вся светилась изнутри.
— Я его всегда буду любить, — не стала юлить та. — Но это ничего не значит. Жизнь развела нас в разные стороны. У меня есть Дима, который любит нас с сыном. И лишь случайность, как я теперь понимаю, заставила меня все вспомнить.
Света докурила и затушила окурок.
— Поздно уже, — повернулась она к Люде с улыбкой. — Надо немного и поспать. Павлуша жаворонок — подскочит с утра пораньше. Извини, если расстроила тебя, — смутилась она. — Но мне не показалось, что у тебя с Владом что-то серьезное. Иначе вряд ли рассказала. А вот с Алексеем… кажется, он любит тебя, — подмигнула она Люде в точности так же, как это обычно делает Влад. — И ты отвечаешь ему взаимностью.
Утром Люду разбудил звонок Влада. Не то чтобы было очень рано, но учитывая нервный вечер и ночные бдения, звонку Влада Люда не обрадовалась. Да и ужасно хотелось подольше поваляться в постели. А еще лучше, до самого обеда, раз за разом проваливаясь в сон и выныривая из него, осознавая, что сегодня выходной. Мелькнула даже мысль не отвечать, но такое точно было не в ее привычках.
— Привет. Ты как?.. После вчерашнего? — добавил Влад после секундной паузы.
Голос его звучал довольно бодро, значит, не подрались. С чего Люда взяла, что Алексей с Владом будут драться, и сама не понимала. Не из-за нее же в самом деле. Но вчера, когда провожала их, показалось, что еще чуть-чуть и воздух между ними заискрится.
— Нормально, только сплю еще. У тебя все хорошо? — вежливо поинтересовалась.
После вчерашнего разговора со Светой отношение Люды к Владу резко изменилось. Нет, она его не осуждала и не стала относиться к нему хуже. Да и Света преподнесла все так, что с таким характером Влад и не мог поступить иначе. Не было в ее голосе ни обиды, ни осуждения, лишь непроходящая грусть, что передалась и Люде. Света любила Влада до сих пор и, возможно, любовь эту пронесет через всю жизнь, так и храня в тайне. А еще у Влада рос сын, о котором тот не знал и, наверное, не узнает никогда. И все эти размышления настраивали Люду на философский лад, что в жизни редко когда случается так, как мы хотим того. А еще она была благодарна Светлане за откровенность, хотя бы потому, что это избавляло ее саму от необходимости определяться, кем же для нее является Влад. В качестве своего потенциального или будущего парня она его теперь не рассматривала вообще.
— Появились неотложные дела, малыш, которые сожрут весь сегодняшний день. Увидеться не получится…
Так это же замечательно! Люда и сама не хотела сегодня встречаться с Владом, и в данный момент только тем и была занята, что придумывала достойную отговорку. А он и от этого ее избавил.
Поговорив еще минут пять, они распрощались до завтра. Ну а что делать завтра, она придумает сегодня, не торопясь.
Поняв, что уснуть или валяться в постели она уже вряд ли сможет, Люда отправилась готовить завтрак. Каково же было удивление, когда в коридоре она наткнулась на Артура. И выходил тот из комнаты Кати. Явно заспанный, а еще в трусах, прижимая к себе охапку одежды.
— Ты меня не видела, — заговорщицки шепнул он и прошмыгнул в свою комнату.
Так-так, похоже вчера, когда транспортировал не совсем трезвую Катю в ее комнату, Артур решил и сам там остаться. Почему-то это открытие так обрадовало Люду, что на кухню она заходила, напевая песенку.
Мария уже вовсю хлопотала возле плиты, а на тарелке перед ней высилась целая гора оладий. И как только та умудрялась выглядеть горой, если периодически к ней подбегали дети и, несмотря на шлепки матери, таскали эти самые оладьи с пылу с жару? Люда сразу вспомнила себя в детстве — она в точности так же любила есть блины или оладьи, не дожидаясь, когда мама закончит их жарить. Вечно получала по рукам, но упорно делала по-своему.
Завтрак готовить не пришлось — в комнату Люда отправилась с дымящейся чашкой чая и тарелкой оладий, которую вручила ей Мария, не желая слышать никакие отговорки. И Люда была просто счастлива.
Только она настроилась приступить к завтраку, с чувством, с толком, с расстановкой и отменным аппетитом, как в дверь позвонили. В ее дверь, то есть воспользовались ее звонком.
Интересно, кто бы это мог быть? Влад что ли передумал заниматься сегодня делами и решил сделать такой вот сюрприз? Так размышляла Люда, спеша по коридору, чтоб не заставлять ждать кого бы то ни было.
А за дверью ее ждал такой сюрприз, который заставил потерять дар речи. За огромным букетом цветов Люда не сразу разглядела Алексея. И выглядел он таким смущенным, каким она ни разу его не видела. Надо ли говорить, как смутилась Люда. Да она глазам своим не верила!
— Алексей Витальевич?..
— Можно? — только и спросил он.
— Ох!.. Ну конечно… проходите, — добавила уже не очень уверенно.
А он уже протягивал ей букет роз.
— А это… зачем? — приняла она букет и не удержалась, сунула в него нос. Ожидаемо, розы не пахли, ну или совсем слабо. Но ведь и на улице зима.
— Не знаю, зачем, — тоже порядком растерялся он. И вообще, он сегодня был явно не он. Таким Люда его не видела даже тогда, когда еще не знала, кто он. Сильный, волевой и бескомпромиссный мужчина смотрел на нее так, словно боялся того, что она может сказать или сделать.
И тут Люда поняла, что стоит перед ним в одной пижаме. Халат-то она сняла, когда вернулась с кухни, чтоб не мешал завтракать.
— Ой!.. Ну вы проходите, — уже убежала было Люда, унося огромный букет. Потом снова остановилась, повернулась к нему и добавила: — В мою комнату, — и умчалась быстрее ветра, благо, в коридоре было где разогнаться.
Последнее, что успела заметить, была веселая улыбка на этих обычно суровых губах.
Люда уже успела облачиться в халат и рассовать по местам разбросанные в комнате вещи, а Алексея все не было. И куда это он запропастился?
Выглянув в коридор, она стала свидетелем умилительной картины. Алексей стоял в окружении почти всего семейства Марии. Тут была и она сама, и муж ее, и часть детей. А одного Алексей даже трепал по светлым волосам с таким радостным видом, что у Люды неизвестно отчего защемило сердце. Ну и конечно, ее застали за подглядыванием.