Чтение онлайн

– Да. Это тебе, -Влад протягивает коробку конфет, которую подобрал специально для сладостей. Она была тоже в форме сердца, ну, а что, традицию нарушать? Сегодня всё в форме сердца. Костя вопросительно посмотрел на неё, ему было очень приятно от подарка. Вообще, он был даже рад тому, что юноша находится просто рядом с ним в этот вечер, -знаю, по-пидорски как-то, но…

– Не стоило, но спасибо, -улыбается Костя, даже обнимая подарок юноши. Открывая крышку коробочки, он увидел невообразимой красоты и форм шоколад. Каждое сердечко было словно выточено ножом, затем покрыто лаком. А эти орешки и кокосовая стружка… Так и манили. Хоть и девятиклассник только начинает привыкать к сладкому, у него уже возникает желание попробовать, -сам делал?
– в шутку спрашивает Костя, а его бледные на сегодня щёки немного розовеют.

– Да, -твёрдо отвечает Влад, еле склоняясь над лицом того. Было не очень комфортно стоять так, но что поделать, если разница в росте она будет и в Африке разницей. Вдруг над головой стал вновь мигать свет, только уже намного сильнее и чаще, чем это происходило в первый раз. Единственное, что запомнил перед собой Костя — яркие зелёные глаза. Свет окончательно вырубило. Честно сказать, напугались оба. Но это лишь из-за неожиданности, ибо этот случай засчитывался только в копилку плюсов этого вечера. Костя не упускает момента, открывает свой рюкзак и вытаскивает оттуда что-то длинное, но не плотное, а мягкое и похожее на ткань.

– У меня тоже кое-что для тебя, -конфеты уже спокойно и уютно умещались в большом кармане чёрной сумки, что болталась на плече у Кости. Он закинул на шею Владислава шарф, такой мягкий, что хотелось завернуться в него с носом, закрыть медленно глаза и провалиться в долгожданный сон. На самом деле шарф был клетчатым, в нём преобладало три цвета: серый, коричневый и белый. И ещё красные и синие полоски между небольшими клетками. Костя потянул с помощью шарфа на себя юношу, а тот не растерялся, улыбнулся и поцеловал.

– М-м, сладкий, -разговаривает в перерывах Влад, комментируя сам процесс поцелуя. Да, действительно, губы Кости были отдавали сладким привкусом, что-то среднее между леденцами и ванилином. Он не понимал, откуда такое у него на губах, но, видимо, сладости настолько приелись организму, что уже впитались в губы, даря им новые вкусы.

В темноте слышались почмокивания, лёгкие такие, нежные, будто первый поцелуй. Глаза можно было не закрывать, но это происходило по основанию рефлексов. Заканчивая с ласками друг друга, Влад рассказал, как он ходил всю неделю на курсы и пытался лепить хоть что-то дельное. Как оказалось, с самого начала у него получались адекватные формы. Просто нужно было подождать немного, чтобы шоколад окончательно принял конечную форму. Что он и сделал спустя десять попыток.

В это время десятый класс отправили смотреть, что же случилось со светом. Вместе с ними и учитель химии пошёл, тот, что Ефрентий. Он им пригрозил, если снова закроют его в подвале — не ждать им хороших оценок за четверть. Однако юноши пропускали всё мимо ушей, глупо хихикали и иногда пошатывались. Учитель заметил нечто странное. Да ещё с того момента, как только увидел учеников своих. Прищуривался, принюхивался. А запах вещества под формулой CH нельзя было спутать ни с чем. Особенно, когда ты химик, от тебя ничего невозможно скрыть.

– Ребята, у лукоморья…

– …дуб срубили, -продолжили те.

Всё ясно. Эта проверка всегда срабатывала на непослушной школоте и на прочих людях, которые были под подозрением алкогольного состояния. Ефрентий Гаврилович с двумя фонарями в руке и с оравой пьяных десятиклассников следовал к щитку, чтобы посмотреть, что же случилось. Он вёл себя не строго, потому что знал, что лучше ругать их на следующий день, в понедельник, там хоть больше пользы будет. Ну, пока неизвестно, конечно, встанут ли они вообще, но дождаться завтрашнего дня было лучшим вариантом. Учитель цыкнул.

– Так, пробки выбило, -задумался Ефрентий.

Через несколько минут свет наладили, а ученики, побывавшие уже на осеннем празднике в октябре, могли только посмеяться над этим. Ибо уже в первый раз натерпелись, сейчас их ничем не удивить. Олеся кое-как нашла Рому ещё до того, как вернули свет. С помощью телефонного фонаря она бродила по актовому залу, а юноша словно бегал от неё кругами. Он за это время ещё не доставил ни одной Валентинки, хотя обещал учительнице сделать это до начала представления, или ещё после него, на дискотеке. Роман искал среди учащихся своего лучшего друга, но так и не нашёл, а нашли его.

– Ромчик, что делаешь?
– спрашивает Олеся, наконец останавливая юношу на время. Тот испугался, но не самой девушки, а внезапности. Чуть не выронил коробку с открытками на пол.

– Разношу тут, -нервно хихикает, разглядывая девушку в платье. Та с непонятливым взглядом на него покосилась, дожидаясь, пока Рома даст более развёрнутый ответ. Почему же один? Почему именно Рома? Ну ладно. Они не участвуют в сценках и так далее, так что пускай хоть чем-то займутся, -залезь в задний карман, пожалуйста.

Олеся кивнула на тёмные брюки юноши, тот тоже кивнул, только уже не спрашивая, а утверждая. Пожала плечами. Тонкое запястье потянулось в задний левый карман. Нащупала какие-то бумажки, похожие по ощущениям на карточки или визу, но не такие толстые, эти были тоньше. Рома улыбается.

– Что это?
– Олеся вынимает два билета в кинотеатр, смотрит на сначала на название кинотеатра, а затем на время показа сеанса. Сегодня, ближе к одиннадцати часам вечера. Сначала сильно удивилась, а после расхохоталась. Её вряд ли пустят родители. Но она не знала всей соли, не знала того, как Роман практически полдня предыдущего уговаривал родителей Олеси, чтобы та ночевала у него. Клялся раз сто, что не тронет её и пальцем, это нужно лишь для того, чтобы она возвратилась с кинотеатра в целости и сохранности.

– Малыш, угадай, где ты сегодня будешь спать, -наклонил голову Роман, уже обнимая как свою родную, коробку.

– На скамейке у подъезда?
– настороженно спросила Олеся, держа в руках билеты и не зная, что предпринимать. Она уже заранее знает ответ родителей, поэтому даже смысла нет что-либо спрашивать у них. Роман поцыкал, покачал головой и дал девушке не больной щелбан.

– Дурында, у меня, -еле освободил одну руку, ту самую, которая была сломана пару дней назад. Ей он особо не двигал, но сгибать и разгибать мог. Поэтому юноша растрепал макушку Олеси, совсем не порча её укладку, а даже наоборот — делая объёмнее. Та улыбнулась. Но в миг сменила улыбку на строгость. То есть как это — у него?

Пока Роман разъяснял девушке, что к чему, та задавала каждые две секунды новые вопросы, учителя успели собрать зал и начать представление. Сначала был танец ангелов, или что-то там по имени Купидон… типа открытие. В зрителей полетели разноцветные хлопушки, а также шарики. У многих организаторов праздника, (а это старшие классы) ужасно болели щёки и губы. Воздушные шарики никак не хотели надуваться, а насос с собой никто не брал. Пришлось испытывать все свои возможности.

Олеся забежала в класс, чтобы оставить там свой телефон и косметику. Потому что ей скоро выступать, а у неё будут заняты руки. Самый оптимальный вариант принялся за оставить в классе вещи. Там во всю горел смех, слышался смех ещё с коридора. Сначала девушка не удивилась, подумаешь, у неё в классе всегда что-то происходит.