Чтение онлайн

— Внимание! Всем! Зарядить «подствольники». «Лягушками» [3] . Три выстрела только «лягушками». Потом действовать по обстановке.

Этот приказ пока не касался старшего сержанта Тропынина. Шурик Тропынин, штатный сапер взвода, лежал рядом со старшим лейтенантом и уже положил руку на пульт, готовый в любой момент нажать кнопку и замкнуть электроцепь, чтобы подать ток на электровзрыватель мины. Коробка с аккумуляторами стояла рядом со старшим сержантом, прижатая к земле локтем. Присыпанные снегом и землей провода тянулись к мине. Провода были цвета хаки, то есть выглядели всегда грязными, и заметить их, не отыскивая специально, было невозможно. А чтобы отыскивать провода специально, нужно знать, что здесь устроена засада. Но об этом никто из бандитов понятия не имел. Сама ведущая к мине электрическая цепь была проверена заранее и находилась в рабочем состоянии. Осталось только нажать кнопку. Старший сержант, как все люди, часто имеющие дело с опасными для жизни предметами, спокойный и невозмутимый, ждал только команды старшего лейтенанта Плешивого. А сам старший лейтенант предпочел пропустить мимо сектора взрыва первую часть банды, подставляя ее под обстрел автоматов и пулеметов взвода, и дал команду, только когда в центре сектора оказалась середина отряда и та плотная группа, где, предположительно, и шел Писатель.

— Пора, — сказал Тропынин. — Через три секунды…

Он лучше командира знал, куда направлена ударная сила минных осколков.

— Значит, пора… Шурик! Дави их, гадов!

Старший сержант Тропынин невозмутимо и почти равнодушно надавил ладонью на крупную пусковую кнопку. Земля под спецназовцами вздрогнула даже раньше, чем донесся сам звук взрыва. Это было странным, потому что МОН-200 была только тыльной своей стороной приставлена к скале, а взрыв направлялся в другую сторону. И все девятьсот осколков, сея зерна смерти, разом ударили по плотно идущей банде. Но, видимо, тыльная сторона мины с силой ударилась о скалу, а все окрестные скалы, похоже, составляли единый монолит с несколькими вершинами, между которыми ветром нанесло бурую землю. И потому скала и земля так содрогнулись.

— «Подствольники» — прямой наводкой! Огонь!

Дистанция для стрельбы прямой наводкой из подствольных гранатометов была почти идеальной. Гранаты ложились вытянутой линией, практически по всей длине растянувшейся по ущелью банды, и даже в ширину шел необходимый разнобой. Но сила взрывов гранат, имеющих слабую силу разлета осколков, была, конечно, совсем не такой, как сила взрыва мины МОН-200. В дыму и гари, в пыли, поднятой с окрестных скал и, кажется, даже из-под самого снежного покрова, в брызгах снега — видно было плохо. Но у Плешивого глаз был опытный, и он сумел разобрать, что мина причинила больший урон противнику, чем причиняли гранаты, которых легло в десять раз меньше, чем осколков мины. Однако осколки гранат не имели той поражающей способности, что и осколки мины. Но и гранаты свое дело сделали. Потери банды были катастрофическими. Наверное, не меньше четверти из общего состава не поднималось со дна ущелья.

— Беглый огонь!

Краем глаза Виктор Сергеевич уже увидел, что третье отделение во главе с младшим сержантом Лозовским уже вернулось и вместе со всеми обстреливало гранатами бандитов общей колонны. Значит, с разведкой было покончено быстро и разом.

Около десятка бандитов, из тех, что замыкали колонну, повернули в обратную сторону. За ними, оглянувшись, побежали еще около десятка бандитов из середины. Плешивый вытащил «переговорку». Полковник ответил сразу:

— Я — Первый. Звуки боя слышу. Я на минометной позиции. Давай координаты.

— Я — Лысый. Хорошо их встретили. Принимайте…

Старший лейтенант положил раскрытый планшет перед собой на камень и дал координаты на то место, куда пытались спрятаться замыкающие движение бандиты.

— Это те, кто отступили. Сейчас и остальных туда погоним.

— Не рано? После обстрела не пойдут.

— Значит, здесь лягут. Если опоздаете, они к вам прорвутся.

— Понял. Передаю координаты командиру дивизиона. Конец связи.

Бандиты засомневались, не решаясь двигаться ни в одну, ни в другую сторону. Но такая нерешительность была для них убийственной. Или не нашлось опытного командира, готового с ходу взять на себя командование, или же командиры, которые могли это сделать, были убиты. И все же в тот момент, когда команда все-таки прозвучала и бандиты, отстреливаясь, стали отступать, за их спинами, за скалой, из-за которой они вышли, раздался сначала подавляющий волю вой, а потом послышалось сразу множество мощных взрывов, от которых и сама скала зашаталась и осыпалась пылью и мелкими камнями. А потом, когда мина в нее саму угодила, и наполовину рухнула. Но тут же раздалась другая команда. И бандиты начали дружный обстрел скалы, на которой засели спецназовцы. Бандитов, как показалось Плешивому, было все же втрое больше, чем бойцов в засаде. Это можно было определить даже по плотности огня, мешающего вести прицельную ответную стрельбу.

— Зарядить «подствольники». Стреляем залпом, прямой наводкой. — Старший лейтенант выждал несколько секунд, необходимых для заправки гранаты в ствол гранатомета. — Огонь!

Встречный залп получился тоже мощным. И бандиты внизу уже собрались более кучно, готовясь к прорыву. И потому выстрелы получились результативными. Урон был заметным даже при беглом взгляде.

— Зарядить «подствольники»…

Спецназовцы дали три залпа подряд. Но к третьему бандиты уже поняли, что кучно держаться опасно, и рассеялись по всему дну ущелья. Два следующих залпа нанесли меньший урон, чем один первый. Но все же такой массированный гранатный обстрел дал возможность каждому из бойцов выпустить по нескольку очередей. Но бандиты, видимо, решились на прорыв. Применять обычную в таких случаях практику, когда половина стреляет, прижимая атакующих к земле и не давая поднять им головы, а вторая половина перебегает, меняясь потом ролями, чтобы смогла перебежать и первая половина, бандиты почему-то не стали. Хотя подобная тактика только и дает возможность избежать значительных потерь. Видимо, опытного командира среди оставшихся в живых не нашлось. Бандиты побежали все сразу. Отстреливались на бегу, но стрельба на бегу получается прицельной только после длительного обучения этому методу. Бандиты такого обучения не проходили, и это дало возможность спецназовцам существенно проредить ряды бегущих. Тем не менее они прорвались, и оставалось только по возможности расстреливать их в спины.

Виктор Сергеевич включил «переговорку».

— Товарищ полковник, они прорвались. Около половины отряда. Судя по поведению, без командования. Преследовать мне сложно. Их все еще вдвое больше, чем нас.

— Отставить преследование. Давай координаты.

Старший лейтенант снова развернул планшет и продиктовал координаты.

— Оставайся на месте до нашего прихода. Внутривойсковики уже рядом. Пусть они догоняют. Может, и тебя с ними отправлю. Если возникнет необходимость. А то они, кажется, с бомбардировщиками договорились. Авиация встретит банду у границы. Главное, чтобы погода не подвела. Конец связи…

Однако надеяться на погоду было сложно.

Конец связи, видимо, не обещал окончания операции, потому что погода была нелетная. Но нелетная она была только для самолетов. И минуты не прошло, как над головами завыли мины. Минометчики вслепую стреляли вполне прилично, хотя определить, попадают ли мины в бандитов или они просто рвутся на склонах хребтов, было невозможно…

Осмотр поля боя проводился уже вечером, перед наступлением темноты, потом шел при свете фонариков, и так почти всю ночь, и продолжился на следующий день. Спецназовцы ночевали на той же скале, с которой обстреливали банду. Туда к ним поднялся и полковник, первоначально тоже участвующий в осмотре поля боя.

— Раненых много. Вертолетами их не вывезти, погода не позволяет. На руках тащить некому. Больше половины не выживет. На них даже перевязочных материалов не припасено. «Подствольниками» их поливали?

— Так точно, товарищ полковник. Активно «подствольники» использовали.

— Много рваных ран. Это обычно после «подствольников» бывает. Пулевых меньше.

— Писателя не нашли?

— Раненые говорят, он ушел. Жив и здоров. Он был одет, как все, и шел в стороне, только охранники рядом. Старался ничем не выделяться.

— Жалко. Я думал, он в той группе, которую мы миной уничтожили. В центре шли плотной толпой. Мне показалось, там командование сконцентрировалось.

— Там были иностранные наемники. Они лежат рядом друг с другом. Точнее сказать, то, что от них осталось, лежит одной большой кучей. Им хорошо досталось. Попали, видимо, в эпицентр. Направленный взрыв?

— Да. Мина направленного действия. Мой сержант просчитывал секунды, когда контакт замкнуть. И хорошо. Наемники ничем не лучше Писателя.