Чтение онлайн

– Сказала, а ты мог бы не подкрадываться.

– Не важно. Я услышал. Просто сейчас ответь мне честно ты и правда любишь своего мужа?

Я не могла дать ответ прямо сейчас, я не готова, так не честно.

– Скажи мне да или нет. Для меня это важно.

Я отвернулась.

– Давай поговорим дома, хорошо?

– Нет, мы поговорим сейчас. Просто ответь и все - любишь его?

Я тяжело вздохнула.

– Мы семнадцать лет вместе понимаешь? Он отец моего сына, и…

– Я не спрашивал, сколько лет вы вместе я задал тебе совсем другой вопрос.

– А я не могу тебе на него ответить.

Руслан отвел глаза и поморщился.

– Я просто хочу чтобы ты знал, я была уверенна что люблю его до того как встретила тебя. Это все что я могу пока тебе сказать и это правда.

Мы вернулись в бар, Руслан стал менее разговорчив, он заказал себе водки и домой мы вернулись на такси. Тогда я наивно предполагала, что к этим вопросам мы больше не вернемся. Ночью, после безудержного бурного секса я долго не могла уснуть, я думала о том, что спросил меня Руслан – люблю ли я Сергея? Но я уже и сама не знала ответа. Точнее я знала и меня это пугало. Моя жизнь уже никогда не станет прежней. Только я даже не предполагала, что она изменится настолько…

Руслан смотрел, как она одевается, как застегивает пуговки на кофточке, как поправляет воротник, одергивает узкую юбку, как причесывает длинные волосы и закалывает на затылке. Каждое движение отзывалось внутри приступом глухой ярости. Бессильной и какой-то жалкой. Они провели вместе три дня и три ночи. Время пролетело как мгновение. Руслан никогда раньше не был с женщиной так долго, беспрерывно они начинали ему мешать, как только открывали рот после секса. Его раздражало буквально все, начиная от взгляда и заканчивая просто их присутствием. С Оксаной все было иначе. Она словно чувствовала его настроение, любила то, что любит он, понимала с полуслова. С ней хотелось просыпаться и засыпать рядом, хотелось слышать ее голос, смотреть, как она спит, свернувшись калачиком на краю постели, хотелось притягивать ее к себе и крепко обнимать до самого утра, хотелось готовить ей кофе и видеть, как она улыбается. Руслан хотел ее всю от кончика волос до кончиков пальцев на ногах. Эфемерный, далекий и непонятный муж продолжал оставаться таковым до того момента как Руслан не услышал их разговор. В нем что-то сломалось. Будто дернули ручку стоп крана и вырвали с мясом. Оксана чужая. В полном смысле этого слова. Чужая женщина, жена и мать. У нее своя жизнь, в которую она вернется и забудет о нем, она будет улыбаться своему рогоносцу-мужу, готовить ему обед, стирать его тряпки, отдаваться ему по ночам. От одной мысли, что Оксана ляжет с кем-то в постель, он пришел в бешенство. Этот кто-то имеет на нее все права, имеет право спрашивать, где она была. Имеет право любить ее. Руслан затянулся сигаретой так сильно, что в легких не осталось места, и медленно выпустил дым. Он не привык быть вторым, запасным, заменой. Но он выбрал ее сам. И Оксана права – Руслан прекрасно знал, что она замужем и никакого повода думать, что это изменится, она ему не давала.

– Ну вот, я готова.

Обернулась, улыбается, но улыбка фальшивая и натянутая. Она растеряна и возможно понимает, что увидятся они теперь совсем не скоро.

– Тебя отвезти?

Глупый вопрос Оксана на машине и вполне доберется сама. Но…побыть с ней еще пару минут, оттянуть расставание – это мазохизм.

– Нет, я доберусь, спасибо.

И повисла пауза, неловкая странная и раздражающая.

– Ясно. Ну, хорошо, счастливо.

Затушил сигарету, обжег пальцы. Она кивнула, хотела подойти, но передумала, подхватила сумочку и пошла к двери. Руслан сжал челюсти, но не окликнул. Слова застряли в горле. А что сказать? Можно он ей позвонит? Или спросить когда они встретятся снова? А может попросить ее развестись? Тупо. Пусть идет. Когда машина Оксаны отъехала от дома, Руслан выругался матом, смел рукой со стола пепельницу, чайник и чистые тарелки. Да, пусть идет к нему мать ее! Пусть!

Зазвонил сотовый:

– Да! – рявкнул так, что у самого в ушах зазвенело.

– Бешеный, завтра коллекционер переезжает.

– И что?

– Брать будем?

– Будем. Заедь ко мне сегодня, я обмозговал это дело.

– Не вопрос - скоро буду, пивка взять?

– Виски купи, нажраться охота.

– А потом башка трещать будет?

– Ты что моя мамочка?

– Да пошел ты!

Коллекционера взяли тихо и без лишнего шума в лучших традициях американских блокбастеров. Преградили дорогу тремя джипами с левыми номерами. Наставили на миллионера стволы, обчистили и свалили. Коллекционера засунули вместо картин в багажник, охрану оглушили прикладами. Жадным оказался коллекционер не заплатил за сопровождение, набрал кого попало. Не охрана, а придурки трусливые только людей в масках со стволами увидели, попадали на землю и оружие побросали. За что им только платят?

Руслан сдернул маску с лица и швырнул на заднее сидение.

– Товар спрятать надо. Сольем через пару месяцев когда все утрясется сейчас заляжем на дно. Я к бате поеду, а ты давай вали в свой Мухосранск к сеструхе, чтоб пару дней там схоронился. Пацанам скажешь, что долю получат, когда сплавим мазню эту, не раньше чем через месяц. Аванс дай, и пусть тоже затаятся. Что там с ментами? Насчет Борова притихли или еще лезут с вопросами? Заплатил кому надо?

Серый поднял маску на лоб, хлебнул виски прямо из горла.

– Заплатил сукам, куда они денутся. Заткнулись, конечно. У Борова поминки вдова устраивает надо бы сходить и денег дать его мелким. Без кормильца остались.

– Дай сколько надо. Пусть каждый месяц ей долю Борова переводят в банк.

Серый закурил и протянул бутылку Руслану, тот тоже отхлебнул виски.

– Правильный ты, Руслан, такой как батя твой. Все у тебя по чесноку. Пацаны за это тебя уважают и я уважаю.

Руслан засмеялся.

– Ты меня уважаешьььь? Кончай пьяный базар. Завези меня к Царю и вали к Лидке своей.

– Эй, что происходит Бешеный? Ты чего смурной такой? Из-за бабы той да?

– Не лезь…

– Так замужем она чего ты хочешь а? Оставь, забудь, на хрен она тебе сдалась?

– Притормози.

– А что притормози? Я ж вижу, как ты бесишься. Я тебя, Бешеный, уже хренову тучу лет знаю, как облупленного. Нравится она тебе. Очень нравится.

– И что с того? Ну, нравится.

– Так в чем проблема, Рус?

– Нет проблемы, все забыли.

– К мужу ревнуешь?

– Твою мать, Серый! Я сказал - проехали.

– Так давай его…

Руслан крутанул руль вправо и Серый, чертыхаясь, притормозил у обочины.

– Совсем охренел?

– Послушай меня, послушай внимательно и запомни – ты не тронешь ее мужа, ты не тронешь Оксану. Я так хочу. Она счастлива с этим придурком – пусть ей будет хорошо.

– Раз счастлива, чего с тобой спит?

– Хрен его знает. Я не думал об этом и тебе не советую. Поехали. Груз скинем на склад, и вези к Царю.

Царев как обычно сидел в своем кабинете с чашкой крепкого кофе, сигарой. Высокомерный, аккуратный до тошноты. Руслан ступил на ковер грязным ботинком и тут же увидел презрительный взгляд отца, тот указал ему на кресло и снова уставился в бумаги. Руслан осмотрелся по сторонам. Сколько раз он бывал в этом кабинете и всегда когда переступал порог этого помещения, чувствовал себя ничтожеством размером с мизинец. Эдаким непутевым отпрыском, обузой и карикатурой самого Царева. Отец как всегда тянул паузу, показывал, что его бумаги важнее визита сына, что тот явился некстати и вообще мог бы не приходить. Наконец-то он отложил бумаги, снял очки и посмотрел на Руслана.

– Прошло две недели? Так быстро?

Бешеный кивнул.

– Ясно. С Азиатом все улажено, не скрою, что мне это дорого стоило. Одни неприятности от тебя.

Руслан сжал челюсти, ну отец не может, чтобы не уколоть и не унизить, это его любимая игра в строгого папочку и идиота сына.

– Давно с Азиатом уладил?

– Неделю назад.

Руслан почувствовал, как руки сжимаются в кулаки, а глаза наливаются кровью.

– Неделю? А я узнаю об этом только сейчас?

– Да, а что здесь такого? Я решил, что тебе не помешает немного отойти от дел и отдохнуть.

Он решил, он сказал, он сделал. А Руслан? Его вообще за человека кто-то считает?

– Ты сказал, что я теперь с тобой.

– Со мной. Сегодня на точки съездишь, заберешь бабки.

Руслан не заметил, как подскочил с кресла:

– Заберу бабки? Я тебе, что пацан какой-то? На побегушках? По точкам пусть бригада ездит.

Царев затушил сигару, отпил кофе из маленькой фарфоровой чашки и аккуратно поставил на серебряный поднос.

– Ты поедешь. Переступишь через свое эго и сделаешь, так как я говорю. На точках проблемы. Говорят, новая бригада появилась, пытаются наших к себе перетянуть, требуют долю у ларечников. Так что поедешь, осмотришься там, ясно? В драку не лезь. Просто пробей, кто такие? Чем дышат? На кого работают? Избавимся от них красиво, если надо будет, потом всех уложим, но не сейчас. Некоторые товар начали им сплавлять. Нужно узнать кто и за сколько. Там у всех такса одна, если чужие завышают – не порядок, нужно им о законах напомнить. Пока вежливо. Надо будет - напомним и понастойчивей. Тебе все ясно? Серого с собой возьми, и я тебе еще пару парней дам - Шмылю и Танка. Танк пусть ваши задницы прикрывает, а Шмыля новых покажет, он их в лицо знает. Все ясно?