Чтение онлайн

Я был очень заинтригован, чтобы узнать, что это такое, что должно быть гораздо лучше, чем кусочек хлеба.

– Беги к своему дяде Карлу. Твой отец там.

Я не поверил своим ушам. Мой отец должен быть там!? Мой родной отец, которого я никогда раньше не видел? Смешанные чувства захлестнули меня. Замешательство, гнев и раздражение, но сильное чувство радости одержало верх. Сердце колотилось так сильно, что казалось, оно вот-вот разорвёт грудь. Как часто я мечтал однажды встретить своего отца? Каждый вечер перед сном я смотрел на его фотографию, а ночью мечтал о нём.

В моих снах он всегда появлялся как высокий мужчина. Стройный, с коротко подстриженными густыми волосами и в военной форме, как на фотографии. Мы никогда не разговаривали в моих снах. Я всегда смотрел на него издалека.

– Что ты стоишь как вкопанный? – вырвала меня из раздумий тётя Анна. – Беги, беги к своему отцу, – подгоняла она меня.

В тот же миг я выбежал из дома, не поблагодарив тетю за передачу радостной новости.

Дядя Карл был братом моего отца. Он был зажиточным, владел прекрасным большим домом и жил с семьей в той же деревне, где жили мы с матерью. Мы не поддерживали связь с этой семьей, но я знал о них все.

Я знал, какой дом принадлежит ему, бежал через глубокий снег, и мне было все равно, что я едва мог дышать. По дороге я представлял себе, каким может быть мой отец. Обрадуется ли он, увидев меня?

В мыслях я рисовал нашу встречу. Мой отец сразу бы узнал меня, обнял бы крепко и расспросил о моей жизни. У него наверняка была причина, почему он никогда не навещал меня. Он, конечно же, высокий и сильный, привлекательныи и мог рассказать много интересного. О местах, где он был, о людях, которых он встречал. И наверняка он привез мне много подарков.

Меня мучил вопрос, почему он вернулся сейчас, через столько лет. Я надеялся, что ради меня и что он наконец-то хочет участвовать в моей жизни. Конечно же, он скучал по мне так же сильно, как я скучал по нему.

Наконец я оказался у дома моего дяди. Бежал по ступеням веранды, задыхаясь и с диким биением в груди. Я стоял перед дверью прекрасного трехэтажного здания, позвонил. Мои руки дрожали, когда мне открыли массивную дверь, и я вошел в дом. Навстречу мне вышел дядя Карл.

Внутри пахло вкусной едой. Мой желудок, не получавший еды уже несколько дней, громко заурчал.

Я был так взволнован, когда дядя Карл привел меня в гостиную и я впервые в жизни встретился лицом к лицу с моим отцом. Он сидел за столом, прямо напротив меня. Вот он, во плоти и крови, живой и на расстоянии вытянутой руки. Именно таким, каким я всегда его себе представлял. Высокий, привлекательный и особенно статный. Одет он был в форму, которая делала его мужественным, точно как на фотографии.

Больше всего мне хотелось бы сразу подбежать к нему и крепко прижаться к его груди. Мне хотелось сказать ему, как сильно я по нему скучал и как сильно он мне нужен. Я бы умолял его остаться, никогда больше не уходить и не оставлять меня. Но я молчал. Я ничего не сказал. Вместо этого я вежливо поприветствовал присутствующих и пожелал им счастливого праздника. Я даже прочитал маленькое стихотворение на немецком языке.

Присутствующие захлопали в ладоши и улыбнулись мне. Затем дядя Карл сказал моему отцу:

– Это твой сын.

Он слегка подтолкнул меня вперед.

Отец медленно поднялся со стула и внимательно оглядел меня со строгим видом. Смотря на меня так, мне казалось, что я перестал дышать. Осмотрев меня с головы до ног, он обратился к моему дяде:

– Карлушка, пойди в кладовку и принеси мой мешок.

Дядя Карл сделал то, что от него потребовал отец. Он принёс мешок и передал его моему отцу. Когда отец его открыл, я увидел внутри два хлебных каравая. Я уже совсем забыл, как вкусно пахнет хлеб. Отец протянул мне один каравай, и я с благодарностью взял его. Мы не ели хлеба уже целую вечность.

– Это твой подарок, – сказал мне отец. Затем он достал тридцать рублей из мешка и дал их мне. Я взял красные банкноты и быстро сунул их в карман.

Потом он попросил меня сесть и сам сел рядом со мной.

– Ты уже ходишь в школу? – спросил он меня.

Я покачал головой. – Нет, ещё нет.

– Сколько тебе лет?

– Восемь. На самом деле мне не было ещё восьми, но через месяц мне должно было исполниться восемь.

Мы разговаривали четверть часа, и я наслаждался этим коротким временем в обществе моего отца.

– Тебе нравится жить у мамы? – спросил он. Я сразу начал болтать, не задумываясь о том, что говорю.

– У нас часто почти нечего есть, и игрушек у меня тоже нет.

Отец нахмурился, промолчал какое-то время, прежде чем вдруг задал самый важный вопрос:

– Хочешь пойти со мной?

Сначала я подумал, что он шутит. Но по выражению его лица я понял, что это не так.

– У тебя будет ещё один брат.

– А как же моя мама? – спросил я испуганно.

– У тебя будет другая мать. Моя жена. Она учительница, она научит тебя многим замечательным вещам. Со мной тебе будет хорошо. Прежде всего, у тебя всегда будет что поесть. Ну что, хочешь?

Его слова звучали очень заманчиво.

– Хочу, – тихо ответил я. Я хотел этого всем сердцем. Больше всего на свете я хотел именно этого.

Отец удовлетворённо улыбнулся.

– Ну тогда, беги домой и отнеси всё, что я тебе дал, своей матери. Только ничего ей не говори. Если скажешь, она не отпустит тебя со мной. Понимаешь?

Я кивнул.

– Ну ладно, а теперь иди. Я уезжаю через час. Только не опаздывай.

С буханкой хлеба в руках и тридцатью рублями в кармане я пошёл на кухню, чтобы покинуть дом через задний выход. Тётя Мила, жена моего дяди, готовила клёцки с квашеной капустой. Аромат, наполнявший кухню, был неописуемо вкусным.

Тетя Мила завернула мне клёцку с немного капустой в бумагу. Это была огромная клёцка, почти такая же большая, как буханка хлеба, которую я держал в руках.

– Возьми это, Ваня, – сказала она. – Я сделала это из последней муки.

Я никогда в жизни не ожидал столько подарков сразу. Счастливый и благодарный, я побежал домой, где моя мать ждала моего возвращения. Её ноги были так сильно опухшими, что она едва могла ходить.

Я вошёл в комнату, положил принесённое на стол и объявил:

– Вот, мама, ешь, мне срочно нужно уходить.

– Куда это так срочно? – удивилась она.

– Ребята хотят поехать в Саловку, чтобы поздравить людей там с праздником. Может быть, они дадут нам подарки, – солгал я.

Саловка – колхоз, недалеко от нашей деревни, где жили только русскоговорящие поселенцы. Колхоз был довольно зажиточным. Оба села вели дела друг с другом и обменивались различными вещами. Жаль только, что жители обоих сел совсем не могли понять друг друга.

Поскольку я некоторое время жил с матерью в Ташкенте, я был единственным в деревне, кто знал русский язык, и меня часто просили поехать в качестве переводчика.