Чтение онлайн

– Да хорош… – Я обреченно выдохнул. Теперь он ростом с меня, пошире раза в два, но на голове все так же сверкает руна и горят злые огоньки глаз.

Тебе это все равно не поможет, дружок. Даже движения стали заметно медленнее. Вот только голем поднял с земли камень, замахнулся, метнул в меня, и пока я уклонялся, развернулся и побежал прочь!

К себе домой, вверх по течению. И что, бежать за ним? А то ведь добежит до своей руки, прилепит, станет снова сильным. Ну и пальцы соберет, они где-то там как раз лежат. Да и сердце голема ценнейшая штука, упускать нельзя…

Так что бросился следом и как самозваный ковбой начал кидаться петлей. Ковбой из меня так себе, не попал ни разу, зато голем наступил в одну из петель, оторвал себе ногу, упал, а я сразу напрыгнул сверху. Нож покрылся последними каплями Основы, один точный удар в спину, хруст, и вместо спины осталась здоровенная дыра. Запустил руки внутрь, разорвал глину и нащупал пальцами горячий камень.

Камень лёг в ладонь как влитой, чуть крупнее грецкого ореха и раза в два тяжелее, чем кажется на вид. Поверхность гладкая, горячая, и где-то внутри пульсирует что-то живое, ритмичное, как маленькое сердце.

Голем обмяк мгновенно. Глина потекла с обрубка, расползаясь по дну ручья грязными ручейками, и через несколько секунд передо мной лежала просто бесформенная куча мокрой глины, ничем не отличающаяся от тех наплывов, которые я всю дорогу тыкал лопатой.

[Путь Разрушения I: 54 % -> 89 %]

Я же лег прямо в ручей, не обращая внимания на мутную воду и грязь вокруг. И валялся, глядя на постепенно темнеющее небо, проступающее между густыми кронами деревьев.

Это было… Легко? Ну не знаю, по ощущениям лучше бы голем все-таки прибил меня тем первым броском грязи, настолько отвратно мне сейчас. Но я справился, причем даже легче, чем с первым. Правда тут стоит понимать, что в этот раз я использовал слабые стороны материала, из которого сделан враг. С прошлым, возможно, это бы тоже сработало, но далеко не так эффективно, ведь чтобы проволока разрезала глину, на нее надо хорошенько надавить, а у мелкого масса не та.

Ладно, нечего разлеживаться. Поработал, подрался, помылся… Теперь надо искать лопату брать глины сколько смогу увезти и бежать домой, пока окончательно не стемнело. А вот завтра уже собирать остатки глины и думать, что с ней делать.

Колесо скрипнуло, тележка подпрыгнула на корне, и одно из ведер стукнуло о борт так громко, что я невольно втянул голову в плечи. Лес вокруг уже потемнел, тропа угадывалась скорее по памяти ног, чем по глазам, и только черная полоска утоптанной земли впереди хоть как-то указывала направление.

Големова глина в тележке навалена с горкой, лопата торчит сверху, как флаг измученного завоевателя, а ведра, болтаясь на ручках, тоже полны до краев и добавляют ко всему этому безобразию ритмичное постукивание. Выглядит все это, наверное, как бродячий цирк на одного актера, только без аплодисментов и с отвратительной дорогой.

Ворота показались внезапно, просто из темноты проступили знакомые очертания частокола, а за ним пустой проем без створок. Не успел я сделать и трех шагов к проходу, как из темноты выскочили двое стражников с копьями наперевес.

– Стоять! – крикнули они в один голос.

Факел качнулся, огонь упал мне на лицо, и оба копья тут же опустились.

– Рей? Ты что тут делаешь в такое время?

– Глину везу, – буркнул я, потому что сил на более развернутый ответ уже не осталось.

– Дурной, что ли? – первый стражник отступил на шаг и оглядел тележку так, будто я привез из леса что-то неприличное. – Ночью в лесу шариться нельзя! Жилы там, звери, мало ли кто еще!

– Ты вообще строить должен, а не по лесу бродить! – подхватил второй, помоложе, и ткнул пальцем в сторону деревни. – Совсем сдурел, парень!

Объяснять, зачем мне три ведра и полная тачка глины посреди ночи, не хотелось совершенно, так что вместо этого молча обогнул обоих и покатил дальше, оставив за спиной возмущенное бормотание.

Деревня давно уснула, ни огонька в окнах, ни голосов, только собака где-то лениво гавкнула разок и замолчала, видимо тоже решила не тратить силы на очевидных идиотов. Дотащил тележку до своего дома, оставил ее прямо у порога и на негнущихся ногах вполз внутрь.

Лежанка встретила меня как родная. Рухнул на нее прямо в мокрой одежде, даже не разуваясь, не разведя огонь и не проверив горшок с углями. Последняя мысль, которая мелькнула перед тем, как сознание провалилось в темноту: завтра будет лучше, а если не лучше, то это уже завтрашние проблемы.

Солнце било в щель между гнилыми вязанками соломы так нахально, будто ему платили за каждый разбуженный глаз. Я перевернулся, уткнулся лицом в подушку и некоторое время пытался убедить себя, что утро еще не наступило, но организм давно перестал верить в такие сказки.

В доме никого, Рект с Улем, видимо, давно убежали на площадку, а я проспал часов двенадцать, не меньше, судя по положению солнца. Встряхнул головой, хотя там все равно было пусто и гулко, ни единой дельной мысли.

[Основа: 5/15]

Ну хотя бы так, а то вчерашний забег с големом высосал все до капли, и теперь тело отзывалось на каждое движение ноющей болью, как будто меня пропустили через жернова вместе с отвердителем. Да уж, погулял вчера… Но если оценивать результат, а не процесс, то погулял более чем продуктивно. Целая тачка ценнейшей глины, новое сердце голема в кармане, и самое главное…

[Путь Разрушения I: 89 %]

Вот это уже серьезно, с пятидесяти четырех до восьмидесяти девяти за один бой, и до второй ступени осталось совсем чуть-чуть. Мой путь требует иногда рисковать, это я уже понял. Одной стройкой обойтись не получится, и приходится вот так, с ножом и проволокой, бегать по ручьям за глиняными чудовищами. Утешает одно, с каждым разом получается лучше.

Пощупал горшок с углями, стоящий в углу. Теплый, и кто-то явно подбросил углей, пока я спал. Собственно, потому и одежда подсохла, и я не задубел за ночь, хотя лег мокрым как выдра. Надо будет выяснить, кто позаботился, Уль или Рект, и как минимум поблагодарить.

Но сейчас не до благодарностей, и так проспал полдня, а дел накопилось столько, что даже перечислять страшно. Подскочил, натянул подсохшие сапоги и выбежал во двор.

Первым делом перетаскал глину из тележки под навес. Ценнейший материал, нельзя оставлять на солнце, высохнет и возможно даже потеряет половину свойств. Подцепил лопату, нож за пояс, и чуть ли не бегом направился к воротам, ведь в лесу еще целая гора этого же материала, вдруг кто растащит и я себе этого не прощу.

Вот только добежать не смог… Остановился как вкопанный, потому что стройка перед глазами выглядела совсем не так, как мне хотелось бы.

Куча кирпичной муки рядом с жерновами заметно подросла. Запасы песка и щебня тоже пополнились, а у стены первой башни трое мужиков уже собирали опалубку для перемычки. Перемычки между башнями, прохода над воротами, и собирали ее так, что у меня задергался глаз.

– Больше распорок, куда так мало-то? – схватился за голову. – И камни под распорки подкладывайте, а то просядет в грунт!