Чтение онлайн

– Ольд?

– Да подожди ты! – отмахнулся он, не отрывая взгляда от поверхности. Добрался до среза, того, что оставлен мечом, и присвистнул. – Ну и ну… Волокна какие! Это сколько ему лет, а?

– Много, наверное… – уклончиво протянул я, потому что точного числа и сам не знал.

– Много – это мне и без тебя понятно, – Ольд выпрямился и уперся руками в бока. – А вот почему меня подпустили к этому бревну последним – это уже другой вопрос! Тут такой материал лежит, а мне даже слова никто не обронил! Я что, чужой в этой деревне?!

– Ольд, ты не последний, ты просто…

– Последний! – рубанул он ладонью воздух. – У меня пятьдесят лет стажа с деревом, а вы тут целое живое бревно прячете от плотника! Да я таких стволов в жизни не видел, и ты мне говоришь «много»?

Голос у него набрал такую громкость, что один из заспанных мужиков на рогоже вздрогнул и чуть не упал. Но зато проснулся хоть.

– Ладно, виноват, – примирительно поднял руки. – Исправлюсь… Точнее уже исправился. Но формочки-то сделаешь?

– Формочки… – Ольд фыркнул, но обида на его лице уже уступала место профессиональному интересу. – Так это сделаю, конечно, но в мастерской. Чего, до утра подождать не можете?

– Не можем, – покачал головой. – Черепица нужна к завтрашнему дню, иначе крышу не закроем.

– Нужна ему, – проворчал Ольд, но уже без прежнего напора. Покосился на бревно и добавил: – Ладно, хрен с ними, с формочками. Лучше покажи, как оно пыльцу вырабатывает. А то я слышать слышал уже раз сто, вся деревня от этих слухов гудит, а видеть не видел.

– Я бы показал, но пыльца рано или поздно закончится, если так с наскока ею баловаться, – развел руками. – А формочки правда сейчас нужны.

– Да чего на ночь глядя лепить-то? – все еще не понял Ольд.

– Мы думали черепицу на нем делать, – указал на нижнюю часть ствола, где изгиб был плавным и ровным. – Разминаем в формочке, а потом раскатываем по бревну, оно форму придает. И, сдается мне, такое дерево обязательно передаст глине что-нибудь полезное.

– Сдается мне, ты башку перегрел, пока глину свою месил, – Ольд скривился и покрутил пальцем у виска.

– Да что не так? Почти гениально же, если получится.

– Ага, а пыльца твоя как вылетать будет, если вы бревно глиной обмажете? А если там поры какие-то в древесине нужны для этого? А если вы сейчас своей дриснёй все замажете, и оно работать перестанет? – Ольд загибал пальцы, и с каждым загнутым пальцем голос его становился громче. – И я тебе могу таких «если» хоть до утра перечислять, дурья твоя башка! Не дам такой материал портить, хоть ты тресни! Прямо сейчас киянкой тебе по лбу стукну, если полезешь!

Про киянку шутит, конечно. Или не шутит?.. Нет, проверять если честно как-то не очень хочется, киянка у него увесистая, буковая, я ее видел в мастерской и запомнил.

Но если отбросить эмоции и подумать, мужик ведь может быть прав. Я привык полагаться на собственный опыт и совсем забыл, что мой опыт связан с другим миром. Да и опытом назвать сложно, скорее теоретические знания из учебников и институтских лекций. Тогда как у Ольда годы практики, и практика эта полностью связана с материалами здешнего мира. Да, он не практик, через его пальцы Основа не течет и узлов он не видит, но через его руки прошло столько разной древесины, что и представить страшно.

Не стоит забывать, что даже в деревне хватает людей, которые разбираются лучше меня в тех или иных вопросах. Я может и особенный практик, местами даже очень, но всегда стоит помнить, что и остальные тоже не пальцем деланы. Лучше иногда спросить совета и прислушаться к чужому мнению, чем потом разгребать последствия собственной гениальности.

– Ладно, ты хотел пыльцу, ты ее получишь, – кивнул ему. – Давай пробовать, но очень экономно и аккуратно.

– Ну хотя бы так, да, – согласился Ольд и заметно смягчился. – Я же тоже не утверждаю ничего наверняка, сам впервые такое дерево вижу. Но надо аккуратнее быть.

– Вот и давай тогда думать вместе, я с твоим мастерством спорить не буду. Какие у нас варианты? Попробовать вылепить черепицу на нем было бы как минимум полезно, да и закончить хочется поскорее. Мать Сурика сам знаешь, может и не дождаться.

Сурик, услышав это, опустил глаза и сжал губы, но промолчал. Ольд тоже примолк, потер подбородок и вздохнул.

– Так отнесите к ней бревно, жахните пыльцой, и… – он задумался, пожевал губу. – А, точно, слышал, что она разлетается куда попало, и ты вот говоришь, что закончиться может. Хотя погоди, а почему тогда решил встраивать бревно в конструкцию, если оно заканчивается и потом станет обычной болванкой? Или вообще в труху рассыплется?

– Так чтобы не рассыпалось, у меня кое-что есть, – полез в карман и вытащил два камня. Один покрупнее, темный, с едва заметным свечением в тонких трещинках, второй поменьше, с теми же характерными прожилками и отметинами от лопаты.

– Ух… – Ольд пригнулся, чтобы рассмотреть поближе. Подвинул руку с камнями к факелу, прищурился. – Да ну? Это то, о чем я думаю? Сердце голема?

– Ага.

– Ой, не буду даже спрашивать откуда, – Ольд покачал головой, но глаза у него блеснули. – Но уточню, нахрена. Ты их куда хочешь сунуть? Или привязать? Я, если что, в курсе, что ты какой-то неправильный практик, что-то со строительством связано, об этом уже все знают. Так что объясни просто, мне надо понимать, что вообще с этим бревном делать.

– Не буду вдаваться в подробности, но если объяснять на пальцах, – повертел камни в ладони, – вот с этой стороны, в сердцевину хочу вставить один, он будет питать восстанавливающие руны. А с той стороны второй, поменьше, он и будет питать само бревно, чтобы оно пыльцу пускало. Как-то так. Сам пока точно не знаю, что из этого выйдет.

– Ну вот и я не знаю, но вполне решаемо, – Ольд выпрямился и махнул рукой. – Давай, делай пыльцу, смотреть будем.

Присел рядом с бревном. Действительно, я изначально понимал, что в процессе работы придется потратить какую-то часть запаса прочности, без этого нормально не выстроить рабочий процесс. Так что положил ладонь на срез и выпустил буквально капелюшку Основы.

Все как обычно, Основа скользнула по волокнам, добежала до ближайших узелков, и из ствола высыпалась пыльца. На легком вечернем ветерке белесое облачко полетело куда-то над крышами домов, едва заметно мерцая и искрясь в свете факелов.

Работяги на рогоже отвлеклись и некоторое время смотрели вслед пыльце, разинув рты. Сурик тоже замер, и на лице у него промелькнуло что-то такое, от чего перехватило горло. Надежда, наверное, или просто усталость от ожидания, которая на секунду уступила место чему-то светлому.

Мужики пришли в себя от недовольного голоса Ольда.

– Эти-то ладно, – буркнул он, мотнув головой в сторону лепщиков. – Но ты куда пялишься? Вот, смотри на бревно. Видел?

– Что видел?

– Понял, ничего ты не видел, – Ольд вздохнул с таким разочарованием, будто объяснял ребенку, почему нельзя есть песок. – Я пока сам не понял точно, но зато заметил, что пыльца больше из разрезов идет, – указал на следы от удара мечом. – Там, где кора повреждена. А где целая, почти не сыплет. Так вот, видимо кора не выпускает пыльцу, или пропускает ее совсем слабо. Давай попробуем зачистить участок и еще разок пыхнем?