Чтение онлайн

– - Ну, вы об этом еще пожалеете.

– - Чего-о?! Да пошел ты!..

– - ...я вам устрою!..

Все это быстро пронеслось в еще абсолютно трезвом мозгу комдива. Так неужто этот злобный коротышка с бербазы смог раскрутить такую фронтовую операцию с использованием авиации? Ну, гигант! Самородок! А вернее выродок. Ну-у... Прямо Жуков, не меньше.

– - Ну и..? Чего молчишь, мать-перемать? Лапу к уху - и вперед. Некогда мне тут лазговолы лазговаливать.
– Комбриг явно торопился.
– Отгоняйте "КамАЗы", доглужайте третий - и впелед. Автоклан можно и здесь оставить, пусть оставшиеся баки лазделывает.

Автокран - это чтобы красно-медные решетки с двуокисью губчатого свинца из пластмассовых баков вытаскивать. Во-во, твою мать! Еще и третий "КамАЗ", и автокран! Вот это - кража века, вот это - номер! Надо делать что-то, пока комбриг не свалил. ЧТО???

– - Товарищ комбриг, это выше моего воображения, но, чувствую - здесь что-то не так. Товарищ майор, согласитесь - мы видим друг друга впервые. Факт?

– - Факт, - спокойно подтвердил майор.

– - Вот видите, товарищ комбриг, а ведь я и есть тот самый "командир дивизиона электриков", который якобы договаривался о вывозе батареи... А я ни сном, ни духом, товарищ комбриг...

У бригадных ворот КПП повисла зловещая пауза... вместе с пылью притормозившего "запорожца", перегруженного мешками с картошкой и иным сельхозинветарем. Из дверцы высунулся по пояс изумленный водитель, оказавшийся временным старшиной бербазы.

– - Ни хрена себе!..
– начал негодовать мичманок, но, заприметив комблига, так и остался с открытым ртом.

А комблиг начал - сначала нехотя, а потом со все более возрастающим ужасом - соображать. Это что?
– батарею пытаются похитить?!

– - Мичман, а ну-ка, иди сюда, не стой там, мать-перемать. Что за балдак, почему баталеи вывозят?!

– - Не могу знать, товарищ комбриг, сам притормознул... ведь в суточном плане нет...

– - Во олганизация! Не блигада, а публичный дом: никто ничего знать не хочет, а только давать, - от возмущения комбриг даже материться перестал. Он командовал бригадой меньше полугода, так что мог себе позволить. Его предшественника сняли именно за бардак и еще за кой-какие махинации.
– Один я должен все знать, во все вникать... Вот сейчас алестую всех до понедельника, а уж там лазбелемся, что к чему...

Ну-у... этого только не хватало. Сообразительность у всех резко возросла.

– - Товарищ ПОЛКОВНИК, - первым не выдержал майор, поняв, что не все идет по плану.
– Я в вашей организации... это... может чего-то и перепутал... Договаривался о вывозе батарей старшина бербазы, это который временно...

– - Товарищ майор, я и есть как раз тот старшина, который "временно", но вас я вижу впервые, да и вы меня тоже, как я понимаю...

– - ТАК!!! ДЕЖУЛНЫЙ!!! (Я, товарищ комбриг!!!) ВСЕХ!!! Всех - под алест!!! И машины, и водителей, и сталших, и вас всех!!!

Вот тебе, бабушка, и Юрьев день, живо вспомнилось - отголоски крепостного права.

– - Вызывайте начальника калаула с галнизонной гауптвахты - и всех, ВСЕХ!!! на полную катушку от моего имени, а в понедельник лазбелемся.

А ведь отменили, сто двадцать лет назад...

– - Товарищ ПОЛКОВНИК, я начальник штаба авиаполка дальних бомбардировщиков-ракетоносцев (ну, дает!) и в ваш гарнизон не вхожу, так что... не имеете права, - начал качать права летчик-майор, но первым свет в конце туннеля увидел комдив-два.

– - Товарищ комбриг, я служил в этой бригаде три года на головном РТМе и стоял начальником караула. Посадка старших офицеров на гауптвахту - дело тонкое...

На гауптвахте не было камер для старших офицеров - а положено! Это намек на то, что я, мол, сидеть не буду. Прецеденты были, и ничего тут не поделаешь.

Опять же - начальник штаба авиаполка, его сажать - а вдруг у них самолет угонят, а он у нас под арестом. На нас повесят... это комдив рассуждает за комбрига, поскольку знает, как тяжко отменять военачальнику свое "я сказал!!!" Доводы, конечно, веские, но надо найти другое решение, и чтобы самому чистеньким уйти.

– - Товарищ комбриг, арестуйте машину с автокраном, и пускай дальше баки разделывают, а в понедельник оставшиеся подвезем. Сделают - отпустим, а начальник штаба бомбардировщиков за ними и приедет. Тогда спокойно во всем и разберемся...
– сказал комдив-два.

– - ВСЕ!!! Хватит мне тут плоповеди читать, мать-перемать!!! Лазвелось вас, умников, аж камел не хватает! (Ой, ура...) Дежулный!!! (Слушаю, товарищ комбриг!) Эти две загоняй под лазглузку и - свободны, а вон тот "КамАЗ" с автокланом я до втолника алестовываю. Что делать и как - они знают. Сделают в понедельник - отпущу в понедельник.

– - Товарищ полковник!
– снова напыжился начальник штаба летчиков.

– - Майол, мать-перемать, запомни, я - не полковник, а капитан пелвого ланга и командил отдельной блигады. Это - лаз. За такой гастлольный выезд на вас уголовное дело - заплосто. Попытка хищения длагметаллов с воинской части... Ком ТОФ - бывший подводник, и он нас быстлее поймет и подделжит. Это - два. И тли - я толоплюсь. Если вас не устлаивает втолой валиант пелеходим к пелвому. Всем все понятно?!

– - Так точно, - дружно, все разом, хором, а майор - так громче всех.

"КамАЗы" ушли под разгрузку, комбриг упылил в поселок, дежурные приступили к дежурству. Перед воротами КПП остались двое - комдив-два и летун-майор. Обоих терзала примерно одинаковая мысль: "Ну ни хрена ж себе!.." Только майор-летчик демонстративно молчал и делал вид, что он здесь один.

– - Ладно, майор, жизнь продолжается, - примирительно начал комдив-два, - я вот, хоть убей - не пойму, как же ты смог организовать такую аферу? Откуда такие обширные познания о нашей дезорганизации? Ведь чуть-чуть не получилось... А всех собак бы на меня спустили...

Майор вздохнул, походил вдоль ворот КПП и замолчал еще больше.

– - Ну и дела... прости, Господи, - уже молча домысливал комдив, пыля в пионерлагерь - как всегда, слегка опаздывая. Утешало одно - без него не начнут, а если и начнут, то не закончат: примерно 80% алкоголя поставлял он.

"Что это было?!" - пытался целых пять км понять комдив-два, но концы не сходились с концами. Если это не происки ЦРУ и прочих спецслужб, то... то этого не может быть!!!

В лагере было все отлично: солнце улыбалось, море смеялось, пионервожатые ржали, как табун молодых кобылиц... О детективной истории как-то сразу забылось.