Чтение онлайн

В смысле не к членовредительству!

Ну там… потренироваться как-то… теорию вызубрить…

Так бы я, по крайней мере, знала, почему героини в кино во время этого дела так жутко мычат.

Правда, парни всё равно невесёлые какие-то. На постных лицах нет ни капли недавнего энтузиазма. Нет, я смотрюсь в зеркало и объективно считаю, что внешностью меня природа не обидела, но всё равно уверенность в себе страдает.

Не хочу нагнетать, однако похоже на то, что никто не горит желанием со мной целоваться. Ещё пару таких казусов и я точно понесусь с копилкой к знахаркам, чтобы как положено снять всё то, что в таких случаях снимается, помимо денег с карты.

В гробовой тишине вхожу в комнату, поворачиваюсь, как было велено, спиной к двери и нервно принимаюсь ждать…

Волнуюсь, конечно. Даже жалею, что согласилась в этом участвовать. Но самое время напомнить себе, что на втором курсе невостребованными остались только зубрилы, дурнушки — и я, почему-то.

Что ж…Кто бы ты ни был, я сделаю всё, чтобы это исправить.

Если вы утверждаете, что не теряете присутствие духа в кромешной темноте, значит, рядом никогда не дышал неизвестный. Это накаляет просто до чёртиков!

— Ты кто? — шёпотом обращаюсь в пустоту.

Та в ответ тяжело стучит ботинками. В принципе, ничего удивительного, суть игры как раз в том, чтобы соблюсти инкогнито. Ну и ладно, попытка не пытка.

Одно радует — судя по весу, мне точно попался парень. Ну или та корпулентная молчунья, что сидела с краю. Ничего не имею против бодипозитивно настроенных барышень, но только не тогда, когда на кону мой первый поцелуй.

Густая, интимная темнота, элемент загадки — всё слишком идеально, чтоб обойтись без подвоха. Я подсознательно боюсь, повторить свой неудачный опыт.

Обернувшись, выставляю руки перед собой и пытаюсь на ощупь определить пол партнёра.

— Эй! — протестую обиженно, получив звучный шлепок по пальцам, когда тянусь, надеюсь, к лицу. — Не советую распускать руки. Мой папа тебе за такие дела фаберже открутит.

А в том, что комплекция у возвышающегося надо мной истукана мужская, сомнений больше нет. Грудная клетка у него твёрдая и плоская как доска. Очень тёплая, волнительно вздымающаяся… и гладкая — понимаю, когда он вдруг нагло просовывает мои руки себе под футболку.

Нахал!

Это что получается, теперь волю рукам даю я?!

От внезапной неловкости сохнет в горле.

Всё, что я вижу — светящийся в темноте принт. Ткань натягивается на моих костяшках, детально отображая отливающие зелёным фосфором клыки.

Парень молча позволяет себя нерешительно трогать, лишь дышать начинает чуть громче. Его короткие влажные выдохи касаются кожи…

Боже ты мой. Как близко!

Я ловлю себе на смутном желании сбежать. Никогда не была робкой, но и чужое сердце в ладонь мне рвётся впервые.

С запозданием понимаю, во что ввязалась своей импульсивностью. Вот только время отмотать назад уже нельзя.

Как бы я ни настраивала себя на то, что меня попросту высмеют, если выскочу, вереща как последняя дура. Как бы ни убеждала себя минуту назад, что всё получится, нужно только встать на носочки и податься вперёд, однако, когда чужая рука по-хозяйски ложится мне на затылок, я моментально теряю весь свой запал.

— Стой, пожалуйста! — прошу чужим охрипшим голосом. — Я сама… Сама всё сделаю. Не мешай, хорошо?

Уверена, что правильно определила последовавший звук.

Он насмехается надо мной! Я прямо вижу, как он мысленно надо мной угорает!

Как там в умных книгах пишут — нужно довериться инстинктам, тогда всё получится?

Ну что, родимые, не подкачайте. На вас вся надежда…

И ведь реально улыбается! Губами чувствую, как иронично кривится его рот. Кривится и больше ничего не делает. И я тоже не представляю, что делать дальше.

Мозг в аварийном режиме подкидывает идею, весьма спорную, учитывая сомнительный источник, но выбирать не приходится. Одно из преимуществ дружбы с парнем — доступ к разного рода любопытному чтиву. А Костя как истинный сын маминой подруги, конечно же, оттачивает свою идеальность во всём. В общем, тратить время на ерунду он бы точно не стал.

Поэтому вдохнув поглубже, с чувством принимаюсь нашёптывать в неподвижные губы:

— Где ты, тот, кто замкнёт на себе мои мысли? Я ведь столько всего должна тебе рассказать! А мы словно колибри в секунде от встречи повисли. Можем мимо пройти и друг друга в толпе не узнать…

Я не стесняюсь своих стихов, но впервые читаю их конкретному парню. Даже не так. Оказаться рядом может кто угодно! Просто в этом немом сгустке темноты сейчас сосредоточены все мои грёзы, смутный образ — живое воплощение того, в кого бы я могла без памяти влюбиться.

Взволнованно перевожу дыхание, переживая, не посчитал ли он мой поцелуй смешным и глупым. Если верить статье в журнале Костика, то при дворе Людовика пятнадцатого шептать друг другу в губы стихи и комплименты было мейнстримом, а при правильном исполнении у влюблённых должно взволнованно забиться сердце. Но парень молчит, отчего возникает иллюзия, что бьётся только паника в моей самонадеянной башке.

Зачем я так поторопилась? Нужно было просто ему не мешать!

Похоже, от смятения даже те четверостишья, что я давно учила в школе, сейчас решили вырваться наружу. Скороговоркой выпалив программу выпускного класса, я судорожно вдыхаю воздух, находясь на грани истерики.

Объект моих опытов по ощущениям уже даже не насмехается. Требовательно стягивает в горсть мои волосы и на контрасте начинает невесомо целовать глаза, нос, подбородок…

А потом, едва я кое-как расслабляюсь под россыпью порхающих прикосновений, совсем неожиданно для себя уже по-взрослому чувствую на губах нажим его рта. Уверенный, невыносимо медленный, с капелькой затаённой ярости. У меня на полном серьёзе кружится голова, напрочь путая мысли.

Покачнувшись от новизны впечатлений, растерянно веду ладонями по лопаткам парня к пояснице. Тепло чужого тела трещит под кончиками пальцев, так остро воспринимается первая близость. И от этой близости, от жгучих поцелуев в груди разливается незнакомое тепло, а сильным рукам, пленившим меня, невозможно сопротивляться. Я и не собираюсь. Я перед ним слаба и безоружна, но это так приятно! Это даже лучше, чем я мечтала.

Мой идеальный первый поцелуй…

С приятным привкусом фисташек… С немалым опытом, проскальзывающих в уверенных движениях. И разочарованием, когда от стука вздрагивает дверь.

— Эй, вы там не слишком увлекайтесь! А тут у некоторых разыгралась фантазия… — женский голос безжалостно рушит наше уединение.

Поцелуй сразу же прекращается. Практически сразу хлопает дверь. Я остаюсь наедине с кромешной темнотой. Потрясённая. Взволнованная. Одуревшая. С ощущением только что случившегося непостижимого волшебства. И я уверена, что, выйдя через минуту после своего молчаливого партнёра, сразу узнаю его, почувствую. Он себя как-нибудь выдаст.