Чтение онлайн

— А оттуда нас со временем не попрет администрация? — засомневался Ковалев.

— Нет, это здание уже в нашей собственности, в отличие от Востока, да и переделали мы там многое. Чтобы обратно детский сад открыть, здание основательно перестраивать нужно. Не пойдет на такое Василич.

Валерий Константинович, отец Сани Черепанова, был не высокого роста, но жилистым и с мозолистыми руками рабочего человека. Как оказалось, всего год назад, как железнодорожник, он в пятьдесят пять вышел на пенсию. Мать Сани, как бывший сотрудник госстраха, теперь тоже пребывала в состоянии безработной. Жили, можно сказать, натуральным хозяйством — сажали огород, держали кур и пару свинок. Да еще Валерий Константинович любил порыбачить с удочкой, но выходило у него неплохо и уловом он пару раз в неделю разнообразил семейное меню. Машины — его хобби и он частенько ремонтировал сам или помогал с ремонтом знакомым и соседям.

— Жигуль, Москвич, переберу сам, даже с движком проблем не будет, а вот иномарки ваши не знаю. — мотнул он головой, — И как деньги колоть будем, я работаю — ваше помещение или помогать будете?

— Нет, Валерий Константинович, — покачал головой Димка, — за работу все деньги ваши. Тут как хотите, или один работайте, или помощника возьмите. Наша прибыль с запчастей. Сами знаете, что сюда машины и люди проваливаются, — начал издалека Димка, — ну вот, одну машину мы нашли, только разобрать нужно. Жигули шестерка, кроме движка состояние отличное. Она не здесь и сюда мы ее не потащим, но какую запчасть нужно — снимем, без проблем. Ну и еще, парочка машин на примете есть. Обратится клиент — говорите по запчастям, если будут, то беретесь делать.

— А с гаражом проблем нет, гараж большой на территории стадиона стоит. Прям на въезде. Мы его раньше под склад использовали, а теперь вовсе пустует. Туда, без проблем, два грузовика загнать можно, его же под автобус для спортсменов ставили.

— А яма есть? Электричество? — спросил Санин батя.

— Электричество есть, — кивнул Карате, — а яму можем выкопать — не проблема.

— Значит, говорите от меня вложений никаких? — потеребил подбородок Константиныч и посмотрел на сына, — Ну так-то, интересное предложение. Только вот не пойму, вам-то какая прибыль, если все деньги за ремонт я буду себе забирать?

— Бать, ну сказали же пацаны, что на запчасти будут свое накручивать. Тут все одно других не достать. И чего раздумывать, сам же сидел кряхтел, что с пенсией тебя кинули и подработку искать будешь?

— Ну да, есть такое дело. — согласился отец, — И не одного меня с пенсиями кинули, то не платили последние два месяца, то вовсе все сообщение с внешним миром пропало и не ясно, что дальше будет.

— Все пенсионеры в Радиусе пострадали, есть такое!
– кивнул Карате, — Нам вон тоже только одну зарплату, как тренерам-бюджетникам, выплатить успели, теперь сами крутимся.

— Ну у вас-то бизнес, а мы выживай как кто умеет!

— Ничего, продержимся как-нибудь. Смирнов обещал всем пенсионерам Асино и Ягодного продовольственные пакеты раз в месяц, если связь с большой землей не восстановится. Еще уголь, дрова и электричество в половину цены.

— Это с каких щедрот, такие привилегии? — удивился Константиныч.

— А вот, как раз за счет бизнеса, батя. С нас будут налоги брать и вам немного компенсировать за уголь и электричество. — развел руками Череп, — Ну так как, согласный свое СТО открыть?

— Согласный, чего там! — махнул рукой его отец, — Но только русские ремонтировать буду, пока за иномарки не возьмусь.

— Все как сами решите, да на иномарки у нас и запчастей пока нету. — успокоил его Николай.

В Ягодном Дохлому понравилось — тут работало все, и гостиница, и видеосалон, и масса мелких забегаловок и кафешек, и магазинчики с рынками шумели продавцами и многочисленными покупателями — все крутилось и переливалось яркими красками насыщенной жизни. Даже,водители, таксующие на своих авто, часто встречались в оживленных местах. За последние годы, когда в Радиус потек ручеек переселенцев по здоровью, поселок увеличился втрое и, по правде говоря, населением уже давно не уступал городу. Все потому, что первые годы, боясь прибывающих сюда тяжелобольных, власти Асино запрещали им покидать Ягодное в течение года, установив таким образом длительный карантин. А прижившись в Ягодном, проведя тут год и больше, выздоровевшие люди уже не спешили переезжать, меняя шило на мыло. Серый и тихий Тегульдет на фоне Ягодного был действительно мрачным захолустьем.

Ну да, там каждый второй бывший зека, оказавшийся здесь без копейки денег, которому, считай, пожизненное впаяли, хоть и назвали такую ссылку «жизнью с чистого листа». А тут тоже почти новая жизнь, но уже двое из трех жителей Ягодного — переселенцы по здоровью, которым при помощи магического эфира удалось побороть свой недуг. Там бедность, тут веселье и достаток! Пусть достаток напускной и не для всех, но он есть. И Дохлый твердо решил заработать столько денег, чтобы со временем обосноваться в Ягодном в числе тех, кто, ни в чем себе не отказывая, вкушает плоды этого достатка.

Вот только дома тут стоили целое состояние и отдавать большую часть своих монет и монет, доставшихся ему от Шрека, Дохлый был не намерен. Пока не намерен. Зачем тратить последнее, если возле серых земель много поселков стоят заброшенными? Тот же Латат, через который раньше заезжало больше всего переселенцев, сейчас никому не нужен. Там даже областная администрация таможенный пункт контроля за поступающими в Радиус товарами открывала, но проработал тот недолго. И сейчас дом, расположенный возле дороги, всего метрах в ста от серой зоны межмирья, стоял пустым, но вполне пригодным для жилья.

Первым делом Дохлый решил еще раз проверить свой новый дар и появившуюся в связи с этим теорию. Он решил совершать вылазки в эти серые земли, что простирались теперь за границей Радиуса. Примерно неделю назад, когда только слетел дымчатый купол, им по делу колдуна пришлось вдвоем с Кузякиным — Шреком скататься до приграничной деревушки. Там Дохлый первый раз проверил себя на выносливость, подтверждая наличие полученной после бури силы и свою догадку. Там Саша и предложил своему дружку обследовать видневшийся вдали дом. На машине заехать в серую зону не вышло, она заглохла, проехав всего метров десять, и они вдвоем вытолкали ее обратно.

Дохлый прошел по серой зоне около полукилометра, может, чуть меньше. А вот его здоровяк-дружок не одолел и половины этого расстояния. После первых ста метров его начало пошатывать, еще через сотню несколько раз вывернуло, выплеснув из желудка весь завтрак и вдобавок пошла носом кровь. А вот Дохлый чувствовал себя сносно, ну по сравнению со Шреком, конечно — головокружение ощущал и он. Когда Шрек сказал — «ну его нахер, такие прогулки!» и повернул назад, Дохлый прошел еще метров двести и только тогда у него сдавило голову словно металлическим обручем. Он стал ощущать нехватку внутренней силы, что понемногу тянул из сгустка внутри себя. Пройдя еще три десятка шагов, ощутил и у себя во рту металлический привкус и сильную тошноту. Только тогда он повернул назад, но все равно чувствовал себя победителем в этом нечаянном соревновании. Шрек же, показав слабость, еще больше злился и доводил своего подельника тупыми шутками и подколками, видно, компенсируя свою беспомощность за пределами Радиуса.

Уже потом, задавая некроманту наводящие вопросы, Дохлый уяснил, что внутренняя сила инициированного — это мана и ее можно развить, прокачивая, как атлет мышцу. Теперь же Дохлый, поселившись в Латате, решил проверить свои догадки, узнать наверняка — прокачается ли его мана, если делать ежедневные вылазки в серую зону межмирья. Нет, он понимал, что скорее всего, уйти через серые земли во внешний мир вряд ли удастся. У него были насчет этих вылазок другие мысли — он придумал как использовать свою внутреннюю ману, чтобы разбогатеть здесь.