Чтение онлайн

Дмитрию самому было интересно перейти границу Радиуса, а еще появилась мысль демонтировать звезду перехода из дома Филиппа и перевезти ее в приграничную крепость. Зачем там два перехода, если застава Рохны не так далеко от дома новоиспеченного лорда? На коне, часа за два до его поместья доберешься, да и драгоценный магический порошок на активацию нового перехода не нужно расходовать, если старый в крепость перевезти.

Наказав Юричу и добровольцам быть в боевой готовности, так как планировал их перевести порталом в крепость уже сегодня вечером, Дмитрий, захватив Горо, поднялся с ним на верхний этаж и вдвоем они ушли в земли вардов, активировав семилучевую звезду, установленную еще в доме Филиппа Кортура.

Привычную камуфляжную куртку Димка снял, завернул в одеяло и приторочил к седлу, оставшись в черной кожаной броне. На голову надел шлем из кожи карраханского дракона, а на плечи накинул серый плащ из грубой, но плотной рогожи, спина и капюшон которого были подбиты волчьим мехом. Вместо карабина за его спиной висели ножны с большим мечом. Дмитрий хотел поменьше отличаться от местных, чтобы не шокировать своим видом крестьян и ремесленников других феодов. Ведь не секрет, что многие лорды не поддержали его, переметнувшись к магистру Бертрану, так как Дмитрий был для них чужаком из другого мира.

Сейчас, если бы не пятнистые штаны, чуть виднеющиеся из-под плаща, и рукояти большого револьвера, выглядывающего из нагрудной кобуры, его можно было бы принять за варда — рыцаря или наемника на службе у влиятельного сеньора. Впрочем, это наши современники обратили бы внимание на такое несоответствие средневековым канонам, местные же обыватели попросту не обращали внимания на револьвер или приклад оружия, торчащий из чехла рядом с седельной сумкой, так как зачастую ни разу в жизни не видели огнестрельного оружия и не были с ним знакомы. Порой считали громовое оружие из рассказов тех, кому не посчастливилось столкнуться с охотниками за опытом, не более, чем выдумкой и страшилкой подвыпивших вояк.

Но так было раньше. Теперь же в Радиусе столкнулись куски нескольких миров и Дмитрий полагал, что если китайские хунхузы или попавшие сюда в гражданскую полудикие тунгусы еще не нападали на жителей баронства, то обязательно придут с целью пограбить местное население. Пусть китайские бандиты или тунгусы, сами порой более похожи на оборванцев, чем на воинов и только каждый второй, а то и третий имеет винтовку, но что им смогут противопоставить местные крестьяне — лук или охотничий самострел против свинцовой пули?

И в конце концов, кто знает, что на уме у местных китайских властей, не захотят ли они с помощью расквартированных в Чжалайноре двух армейских рот расширить зону влияния, заняв новые, уже заселенные людьми, территории? Поэтому Дмитрий, помимо бойцов Пруса и Линара, намеревался с помощью опытных скифовцев и уже обученных гвардейцев Гая, обучить и вооружить карабинами по пять-шесть дружинников каждого присягнувшего ему лорда. Полдюжины стрелков, конечно, не армия, даже не отряд, но лучше, чем ничего. Вся надежда была на Косту, если андроид сможет найти подход и договориться о покупке оружия у армейцев или у чинуш из росрезерва, то всегда можно увеличить количество вооруженных дружинников, да и в баронскую гвардию набрать еще десяток-другой солдат.

Миновав сверток к феоду убитого им в поединке лорда Бастиана, они сделали остановку лишь километров через двадцать, у поворота к феоду, где обитал недавно присягнувший ему лорд Нимрей. К поселку и дому лорда Димка направился с Горо, Гаем, Нефедовым и еще несколькими воинами. До традиционно небольшого деревянного замка лорда они ехали с полчаса. Поселок, расположившийся возле замка, был небольшой, примерно две дюжины дворов, но у дороги стоял трактир, а напротив находилась кузница, из трубы которой шел густой дымок и раздавались звонкие удары молота по наковальне. Чуть в отдалении, у озерца, находилась ферма, где в загоне мычало полтора-два десятка коров.

Лорд Нимрей, узнав от стражи, что прибыл сам барон, выбежал во двор, кланяясь и приглашая Димку и его попутчиков в дом. Пришлось долго отказываться, ссылаясь на дела и предстоящую долгую дорогу, но все же Димка пригубил традиционную чашу с вином и сказал лорду Нимрею, чтобы тот завтра утром отправил шестерых своих дружинников в приграничную крепость для обучения.

— Нет, так дело не пойдет! — скорее себе, чем Гаю сказал Ковалев, когда возвращались к тракту, — Эдак мы, ко всем заезжая, к ночи до места не доберемся.

Когда вернулись к дожидавшимся их воинам сборного отряда, Димка отправил вперед налегке четырех всадников, которые должны были заехать в три феода и передать лордам приказ о направлении людей в приграничную крепость для обучения стрельбе из громового, как его тут называли, оружия.

Три феода, лорды которых присягнули ему в верности, находились справа от имперского тракта и располагались по берегу реки. Теперь Димка делал по-другому, он чуть приотставал от основного отряда, чтобы остальные воины не видели его помутневших глаз и невидящего взгляда. Горо и Лотар страховали его, ехав с обеих сторон, пока Дмитрий осматривал окрестности взглядом летящего ворона. Так он получал хотя бы небольшое представление о входящих в баронство землях, замках лордов и поселениях их крестьян. Впрочем, ничего интересного — как правило, небольшой деревянный замок, да главная деревенька на три-четыре десятка дворов, не считая полудюжины разбросанных в отдалении хуторов.

Еще, через три часа пути сделали получасовую остановку, но Дмитрий не стал перекусывать, а лишь перебрался из седла в телегу. Снова выпустив вороненка, он продолжил осматривать тракт и разбросанные по правую и левую руку от него деревеньки. До сгоревшего замка барона, по общим прикидкам, оставалось около четырех часов пути, но Димка не стал гнать пернатого питомца так далеко. Он осмотрел глазами вороненка замок и поселение лорда Винтрея, которое, если не считать его бывших земель, находилось третьим по счету феодом на берегу Быстрицы от холма Рохны, отметив про себя, что его замок, а вернее центральная квадратная башня и арка ворот, были сложены из серых каменных блоков, представляя из себя более-менее надежное укрепление.

Когда вороненок вернулся к тракту, то Димка его глазами увидел сверток к землям феода, располагавшегося с противоположной стороны от мощеной дороги, почти напротив феода лорда Винтрея. Вороненок сделал большой полукруг, разворачиваясь и частично пролетая над землями одного из лордов, поддержавших магистра Бертрана и выступивших против старого барона. За густым перелеском открылась поляна с большим одиноким вязом посередине, еле заметная грунтовая дорога проходила через эту поляну до символических ворот возле какого-то строения, но не это привлекло внимание Дмитрия. На раскидистом вязе, на нижних его ветвях, словно грозди какого-то плодоносящего дерева, висело пятеро повешенных.

«Продолжается смута и братоубийственная война, развязанная магистром? Или стражники поймали и повесили бандитов? — предположил Ковалев, — Кто приказал, если лорд этого феода погиб и земля была бесхозной? Хотя у погибшего лорда могла остаться жена или сын, которые могли взять правление в свои руки. Много вопросов и пока нет ответов. Нужно заехать в этот феод, раз уж взялся собирать разодранные смутой земли баронства. — решил Дмитрий, — Завтра же съездить и посмотреть, кто там раздает приказы вместо сгинувшего в смуте лорда-рыцаря.»