Радуга лабиринты разума
Шрифт:
Так что, герметисты или гностики, называй как хочешь, имеют непосредственное отношение к образованию христианства как религии и написанию главной религиозной книги, всем известной как Библия. Основанной на фундаменте древнего знания о Человеческом теле и Богочеловеке внутри него.
– Вот тебе и краеугольный камень, - заметил Ростик.
– Все ясно, - сказал Клим.
– То есть, это было на самом деле?
– Иного и быть не могло.
– И как подтвержение этому, переведенный Карлой радужный текст, - сказал Рост.
– Еще то, что оригинальные тексты гностиков практически не сохранились. Если бы не находка свитков Мертвого моря и библиотеки Наг-Хаммади, мы бы так и не узнали какими плодовитыми были писатели гностики.
С наслаждением кота загнавшего мышь в угол, я достал копию папируса с утраченным названием, известного под № 19 из библиотеки Наг-Хаммади, в котором содержится любопытная трактовка крещения Иоанна: - «Река Иордан есть сила тела, то есть сущность удовольствий, и вода Иордана есть желание плотского сожительства» - прочел я.
– Вот тебе первоисточник подтверждающий мою теорию сокрытого в Библии.
– Косвенно, может и да, - неуверенно проговорил Клим.
– Но, тогда как быть с искуплением?
– Догмы, утверждения, бесспорные истины. Все это уводит нас от реальности, в которой ортодоксальная церковь видит средством искупления - веру, а гностики - истинное знание. Они оба недалеки от истины, ведь искупление это Спасение, где истинное знание - это познание самого себя, а вера - это принятие этого знания.
Я устал и мне захотелось домой. У меня больше не было желания делиться с ним сокровенным. На миг мне показалось, что он сейчас не в той весовой категории, чтобы оценить это по достоинству.
Я снова осмотрел довольно просторную комнату. Лампа горела ярко-белым светом, освещая все ее потаенные уголки. Внутри было тепло, несмотря на прошедший ночной дождь. Странно! За все это время, нас никто не побеспокоил, хотя свет лампы в этой усадьбе, ночью привлек бы внимание любого прохожего.
Не знаю, правильно ли я поступил, поделившись своими мыслями с друзьями. Я втянул их в игру, о которой сам пока не имел понятия. Да и если бы не Радужный текст, то может и не было бы этой истории, не сидели бы мы здесь, в полуразрушенном доме с мезонином и не разговаривали о религии и философии. Я пока не знаю, чем закончится история перевода текста Библии, но одно могу сказать наверняка, начало положено.